Чтение онлайн

Открыв ежегодник с фотографиями выпускников 1959 года, она уже через минуту нашла Лукаса Дрэкмена и ксерокопировала его фотографию. Уходя, сказала макаронине с усами, что хочет показать ксерокопию мужу, чтобы получить подтверждение, что память ее не подвела.

Истомившийся на переднем пассажирском сиденье Тосиро Мифунэ принялся вилять хвостом и повизгивать от радости, увидев приближающуюся миссис Нозаву. Она осыпала пса добрыми словами, и печенья с ее пальцев он взял очень мягко, будто кролик, щиплющий траву.

Вернувшись в Чарльстон, она пошла в магазин канцелярских товаров, который принадлежал Кену и Бетти Норберт. Они с Бетти работали в некоммерческой организации по спасению бродячих собак и состояли в одном клубе рукоделия. Кен Норберт и мистер Нозава вместе играли в теннис и являлись членами торгово-промышленной палаты Чарльстона. Если бы этим магазином владели не Норберты, а кто-то еще, миссис Нозава все равно бы их знала.

Помимо канцелярских товаров магазин предлагал абонентские ящики. Тогда эта услуга еще не получила широкого распространения. Альтернатива состояла в отправке почтовой корреспонденции «До востребования». Ее получали, отстояв очередь к клерку за стойкой, который тратил немало времени на поиск каждого письма или бандероли. Абонентские ящики пользовались спросом, потому что далеко не всем хотелось проводить время в одном из местных почтовых отделений. Именно здесь на имя Дугласа Атертона арендовали абонентный ящик, куда круизная компания направила билет на тот рейс по Карибскому морю.

Для того, чтобы исключить использование абонентского ящика для противоправной деятельности, у тех, кто хотел его арендовать, Норберты требовали два документа, удостоверяющие личность. Однако в те невинные времена принимались чуть ли не любые документы, по большей части без фотографии.

Кен в день прибытия миссис Нозавы не работал, но Бетти была на месте, с двумя сотрудниками и лабрадором-ретривером Спенсером Трейси.

В магазине имена абонентов, их адреса, представленные документы и подтверждения платежей заносили в специальную книгу, причем старые Кен никогда не выбрасывал. На всякий случай. Склонившись над книгой 1961 года, обе рукодельницы выяснили, что Дуглас Атертон арендовал ящик первого июня, заплатив наличными за год. В качестве документов представил карточку социального страхования и студенческий билет Восточного Иллинойского университета, расположенного в Чарльстоне.

Миссис Нозава переписала всю эту информацию и показала приятельнице страницу ежегодника с восемью фотографиями. Ни одного из выпускников, само собой, не звали Дуглас Атертон, и, по прошествии шести лет, ни в одном Бетти не опознала человека, который арендовал абонентный ящик.

Когда миссис Нозава вернулась к «Кадиллаку» и села за руль, Тосиро Мифунэ принялся обнюхивать ее руки, потому что в магазине она несколько раз погладила Спенсера Трейси.

Подошло время кормежки Тосиро Мифунэ, после чего псу полагалась получасовая прогулка. Поскольку миссис Нозава всегда отличала главное от второстепенного, она не собиралась ни смещать время кормежки, ни лишать Тосиро части отведенного на прогулку времени. Потом ей требовалось переодеться к обеду с мужем и еще одной парой.

Из магазина канцелярских товаров она поехала домой, собираясь утром продолжить расследование, которое начала с подачи мистера Ябу Тамазаки из «Дейли ньюс». Она обещала связаться с ним не позднее завтрашнего вечера, и он никоим образом не намекнул, что информация требуется ему раньше. Между прогулкой и переодеванием она успела позвонить ему и доложить о предварительных результатах, и даже чуть покраснела, когда он похвалил ее за проявленные ум и эффективность, добавив, что она – «настоящий Сэм Спейд» [51] .

По пути на обед мистер Нозава спросил, не грозит ли это расследование какой-нибудь опасностью. Его жена ответила, что ее дорогие родители, так же как родители мистера Тамазаки, были иссеями, то есть эмигрантами первого поколения, и даже полнейшие незнакомцы оставались связанными нерушимыми обязательствами. Он согласился. По словам миссис Нозава, он обычно с ней соглашался. И одобрил ее решение написать письменный отчет, оттачивая свое мастерство изложения фактов на бумаге, за что я ему очень признателен.

За шесть недель после переезда из квартиры в доме без лифта в дом дедушки мистер Иошиока звонил мне пару раз, всегда днем, когда я был дома один, чтобы спросить, все ли у меня хорошо и продолжаю ли я играть на рояле. Я рассказывал ему о тех пустяках, которые происходили в моей жизни, а он делился со мной сведениями о жизни в многоквартирном доме, из которого мы уехали.

В тот вторник, после ухода Малколма и Амалии, но до возвращения мамы и дедушки, мистер Иошиока позвонил вновь, в четверть пятого.

– Как прошел твой день, Иона? – спросил он.

Я подумал о мисс Перл: ее совете, предупреждении, признании, что она – душа города, которая обрела плоть, и о большой черной сумке с удивительным содержимым.

– Пожалуй, мне от него досталось, – ответил я и рассказал обо всех событиях этого дня, за исключением мисс Перл. Если бы я когда-нибудь рассказал ему о ней, это могло произойти только в личном разговоре, лицом к лицу. Прежде чем он успел спросить, что случилось, я добавил: – Но при этом все у меня хорошо, просто отлично, я познакомился с такими клевыми ребятами, которые живут напротив.

Он позвонил по делу, не для того, чтобы поболтать.

– Ты видел сегодняшнюю газету? «Дейли ньюс» за вторник?

– Газету принесли, но я ее не раскрывал. Да и потом, в ней не все новости.

– На первой странице фотоснимок вчерашней демонстрации у Городского колледжа. Среди тех, кто на фото, мистер Смоллер и мисс Делвейн.

– Я видел их вчера по телику.

– Как тебе известно, телевизора у меня нет, и перспектива увидеть мистера Смоллера на экране не подвигнет меня на такую покупку.

– Я смотрел… увидел и моего отца.

– Это интересно. Твоего отца на фотографии нет.

– Они что-то замышляют. На войну им глубоко плевать.

– Прочитай газету, – предложил мистер Иошиока. – Думаю, ты увидишь, почему они пришли к Городскому колледжу. Но сначала я должен сказать тебе, что мистер Камазаки и мистер Отани наконец-то связались со мной. История обрела продолжение, и полную информацию я получу завтра. Я бы хотел увидеться с тобой в четверг. Когда тебе будет удобнее?