Чтение онлайн

– Может быть, Карла попросит ее, – продолжала она. – Мне на это не хватит духу.

– Почему бы тебе самой не попросить Карлу? – спросил он, совершенно не понимая, какой линии поведения ему придерживаться в ситуации неожиданно возникшей дружбы Карлы и Джейси. Карла не особенно раскрывала детали их отношений. О Джейси она отзывалась весьма коротко и туманно.

– Джейси выходила замуж только за французов, – однажды сообщила она. – Все ее мужья были французами.

Дуэйн предполагал, что она разовьет эту интересную тему, но Карла как в рот воды набрала.

– Ее дети говорят идеально по-английски, – в следующий раз доложила она. – В Европе они изучили кучу разных языков.

Нелли, далекая от идеала, развалясь на диване, следила за телеигрой и одновременно слушала дыхание Джо Кумса в телефонной трубке. Дуэйн попытался припомнить, когда в последний раз слышал, как Нелли произнесла хотя бы одно связное предложение на любом языке, но решил не расстраиваться, сравнивая своих детей с детьми Джейси. Может быть, они вовсе и не были такими блестящими, какими их представляла себе Карла.

Дженни Марлоу перечитывала текст, посвященный Техасвиллю, с графитовым карандашом в руке.

– Я думаю, что у меня скоро разовьется патологическое состояние тревоги, – сказала она. – Вот уж не ожидала, что когда-нибудь буду директором-распорядителем всего праздника. Дуэйн, если я освобожу тебя от роли Джорджа Вашингтона, ты согласишься сыграть одного из Браунов в истории с Техасвиллем?

– Какого? Того, который упился до смерти, или того, кто жил с гремучими змеями?

– Эда Брауна, того, кто жил с гремучками. Существует легенда, что по ночам он расхаживал с ними, положив себе на руки и плечи. Он пел, а змеи гремели и шипели. Поговаривают, что он научил их исполнять какой-то ритмический танец. Что-то вроде ча-ча-ча.

– Не доводилось слышать! – удивился Дуэйн. – Ча-ча-ча?

– Ча-ча-ча, – задумчиво повторила Дженни. – Пожалуй, это надо занести в сценарий. Если использовать неядовитых змей, эффект получится потрясающий.

Спустя несколько дней Дуэйн снова оказался на дороге, ведущей в Даллас. Поездка занимала два часа и к числу любимых Дуэйном не относилась. На этот раз его сопровождали Карла с Сонни. Карла отправилась, чтобы поднять мужчинам настроение, упавшее ниже некуда. Особо плохо было Сонни, у которого случился самый тяжелый за последнее время приступ склероза, и его срочно пришлось везти в Даллас к невропатологу.

Вечером в минувшее воскресенье он вышел из своего магазина и как сквозь землю провалился. Покупатели заходили и останавливались, считая, что он, должно быть, в ванной или пошел за чем-то в свой отель. Но прошел час, а Сонни не появлялся. Рабочие сами себе готовили бутерброды с сосисками и мясом в микроволновой печи, оставляя банкноты с мелочью у кассы, и уезжали на работу. В ранние часы торговля шла бойко; вскоре на прилавке скопилось столько мелочи, что рабочие пересыпали ее в мешок.

Бобби Ли тоже зашел в магазин и сразу же ударился в паранойю. Он немедленно связался по радиотелефону с Дуэйном.

– Я думаю, что террористы похитили Сонни Кроуфорда, – уверенно заявил он.

Дуэйн как ошпаренный выскочил из кровати. Бобби Ли обладал способностью свои самые параноидальные догадки излагать основательно и степенно, и ему невозможно было не поверить хотя бы в первые пять секунд. Дуэйн почти оделся, пока до него не дошло, что вряд ли ливийские террористы стали бы избирать местом своего нападения магазинчик Сонни.

– По телевизору передали – в Штаты заброшен отряд диверсантов, – напомнил Бобби Ли, когда Дуэйн засомневался в правдивости его слов.

– Там ничего не говорилось про Талиа.

– В свое время мы были самым нефтедобывающим округом в Техасе, – стоял на своем Бобби Ли. – Они могли усмотреть в нас угрозу Персидскому завалу.

– Персидскому заливу, – поправил Дуэйн, пожалев, что оделся так быстро.

Карла включила ночник и принялась читать «Плейгерл».

– В Персидском заливе этой нефти завались, – продолжал Дуэйн. Иногда у него возникало желание добиться от Бобби четкости и ясности в изложении мыслей.

– Все равно, он – у них, – ответил Бобби Ли. – Может быть, они спрятали его в школе.

Дуэйн отключил связь.

– Бобби Ли считает, что ливийские террористы схватили нашего Сонни, – сообщил он жене.

– Непонятно, где они нашли столько моделей с такими длинными членами, – проговорила Карла. – Здесь их днем с огнем не сыщешь.

– Ты не слышала, что я сказал? – спросил Дуэйн.

– Бобби Ли заслуживает того, чтобы ему оторвали башку, – заметила Карла. – Теперь мне ничего не остается, как лежать всю ночь и мучиться фантазиями.

– Едем в город, – предложил Дуэйн. – Я помогу тебе оторвать ему башку.

Карла решила принять предложение, но оно не понравилось Шорти, и Дуэйну потребовалось пять минут, чтобы поймать псину. Шорти не привык к тому, чтобы Карла разъезжала в машине поздно ночью. По мнению Шорти, Карла была горьким лекарством. Он залез под «бьюик» Минервы и оставался там, пока Дуэйн не выгнал его оттуда метлой.

– Мог бы оставить этого чертенка в покое, – сказала Карла, когда Дуэйн схватил собаку и закинул в пикап. – Ты больше ему предан, чем мне.

– Нет, не больше.

Едва он сказал это, как перед ними дорогу перебежали семь койотов. Шорти выскочил из набиравшего скорость пикапа и устремился за ними. Дуэйн в ужасе резко затормозил.

– Сожрите его, койоты! – закричала Карла, высовываясь из кабины.

Вскоре вернулся запыхавшийся Шорти.

– Видишь, даже койотам он не по вкусу, – сказала Карла.

Когда они проехали мили три, она заметила:

– Вокруг нас полно этих животных. Я боюсь, Дуэйн.

Они въехали на вершину холма. На фоне совершенно черного неба город был расцвечен крошечными мирными огнями.

– Койоты тебя не тронут.

– Но они могут утащить маленького Майка и воспитать его как Маугли.