Город Трора
Шрифт:
Южнее Зеленой долины почему-то считают, что перед смертью, в самый последний момент, в голове человека с огромной скоростью проносится вся его жизнь.
Жители Севера резонно возражают — мол, какие там воспоминания, когда тебя с размаху тычут носом в занозистую колоду! Да и что было вспоминать Вану? Не хотел он ничего вспоминать.
…Топор больно ударил Вана по шее и разлетелся на куски. Как ни странно, наш музыкант все понял сразу. Он оглянулся на Трора.
О, Трора было не узнать! Теперь на нем были шитые золотом сапоги, куртка и штаны из фиолетового шелка и, главное, кроваво-красная мантия.
— Ап! — сказал Трор, и с Вана упали веревки. Стража тоже упала. Лицом вниз.
— Судью сюда! — велел Трор. Тут же из воздуха возникли два гигантских медведя и, после недолгих поисков, извлекли из-под стола господина судью.
— Скажи «ква»! — велел ему Трор.
— К-к-к-ва… — пролепетал бледный, как мел, толстяк и тут же превратился в жабу. Жаба эта стала расти и росла до тех пор, пока под нею не проломились доски эшафота. Тогда она заблестела медью.
— Ап! — снова сказал Трор, и бронзовая жаба взлетела в небо и опустилась вновь где-то за домами.
— Теперь у вас в парке новый памятник, — сказал Трор, и голос его разнесся по всей долине. — Это и есть _в_а_ш_ Трор. А настоящий Трор уходит. Живите, как хотите.
В тот же миг эшафот исчез, а Вон и Трор оказались далеко за городской стеной, на самом перевале.
— Отсюда я впервые увидел долину, — грустно сказал Трор. — Пошли, что ли?
И они пошли прочь.
А через час, как только взошло солнце, оркестр на городской площади исполнил «Гимн Города Трора».