Чтение онлайн

Так и вышло, что однажды утром, когда под высоким куполом чертога разлился сумеречный свет, Бартелл и Эмли опять покинули насиженное место. В отряде было еще четверо, и они держали путь к Неспящему Желобу. Это был огромный дождевой слив, куда уносились избыточные потоки. Обычно люди ходили туда после подъема воды. В Желобе текли относительно чистые воды, там легко было собирать всякую полезную мелочь. К тому же возле него сходилось много жителей, люди обменивались новостями и слухами.

Шестерка добытчиков шла быстро. Остановились всего раз – возле Дробилки. Предводительница, худая, с жестким лицом женщина по имени Исольд, указала рукой вниз. Бартелл присмотрелся к механизму и увидел, что один из громадных цилиндров, перемалывавших плывущий мусор, отсутствовал.

Когда они отошли достаточно далеко, чтобы стало возможно разговаривать, Исольд мало-помалу подобралась к нему.

Бартелл покосился на нее, и женщина подмигнула.

– Сведения… – лукаво шепнула она.

Бартелл нахмурился.

– Сведения порой стоят денег, – сказала она. Наверное, у него по-прежнему был непонимающий вид, потому что она продолжала с некоторым раздражением: – Дробилка разваливается, соображаешь? Механизм уже расшатан. Еще буря, и новой бочки недосчитаемся. Так дело пойдет, и в Чертоги нанесет весь городской хлам. Сначала забьет тоннели внизу, потом выше… дойдет и до Чертогов. А потом весь Город затопит!

– А что, за машинами никто не следит?

– В прежние времена, говорят, регулярно присылали команды для осмотра и починки, но это прекратилось много лет назад. – Она мотнула головой. – Почему – мне неизвестно.

Бартелл в недоумении смотрел на нее. Немолодая женщина с блестящими, как бусинки, глазами, куталась в старое одеяло с прорезями для рук. Сколько она уже здесь живет? Спросить бы, да без толку. Она наверняка ответит ему то же, что отвечали все и всегда: «С незапамятных времен…»

– Но кое-кто готов заплатить за такое сообщение, – добавила она. – Кое-кто при власти. – И кивнула, придавая весу словам, но он только пожал плечами.

Когда он сам был «кое-кем при власти», происходившее в потаенных недрах Города занимало его менее всего. Если бы некто выполз из сточного люка и оповестил его о поломке механизма, мельчившего под землей дерьмо и всякую дрянь, он бы послал вестника куда подальше. Да, пожалуй, напутствовал бы зуботычиной и пинком.

Да что теперь вспоминать.

– Должно быть, сообщение важное, – ровным тоном сказал он женщине. – В толк не возьму, кому бы передать.

И это была сущая правда. Во дворцах императора кишмя кишели всякие распорядители и управители. Войско ведь не сдвинется с места, покуда легионы писцов не произведут сорок возов необходимых бумаг. Строительство новых мостов и дорог начиналось лишь после того, как свою работу, причем далеко не бесплатную, совершали тысячные орды советников. Растянутые и оттого все более уязвимые пути доставки в Город съестных и прочих припасов являлись предметом постоянного раздора между дворцовыми сановниками, распорядителями и, конечно же, полководцами.

Но кого волновало происходящее в подземельях? В том, другом, Городе, что изо дня в день вершил свою незримую, неприметную и такую важную службу?

Исольд нахмурилась.

– Императору, а кому же еще? – с жаром проговорила она. – Кто-то обязан пойти к императору и все рассказать!

Тут она оглянулась, заметила, что люди замедлили шаг, и, оборвав разговор, рявкнула: «Поспешай!» – и сама побежала вперед, высоко держа факел.

Бартелл невольно припомнил последний раз, когда ему довелось лицезреть императора. Как же горячо он надеялся, что больше никогда не увидит этого человека!

Исольд, возглавлявшая отряд, между тем задала весьма бодрый темп, благо дорога позволяла. Люди шли по широким каменным плитам вдоль неглубокого потока по правую руку. Шестерка жителей растянулась цепочкой. Эм и Бартелл с факелом замыкали строй.

Неожиданно Исольд закричала, и мгновением позже Бартелл уловил некое движение слева. Он успел присесть, крутануться – и мимо скулы просвистела дубинка. Бартелл сделал ответный выпад факелом, влепив кому-то вскользь. Взгляд успел выхватить темные движущиеся фигуры. Напавший на него был рослым и необъятным, но не слишком проворным. Он вновь замахнулся дубиной, но старый воин уже извлек кинжал и полоснул ему по предплечью. Выронив оружие из бесполезной руки, мужик зарычал и устремился на Бартелла, целя ему в живот головой. Тот, прижатый к воде, бросился в сторону и выронил факел. Падение оказалось скверным, резкая боль в колене вынудила его охнуть. Все же он заставил себя подняться. Нападавший упал на самый край и как раз поднимался на четвереньки. Бартелл что есть силы пнул его в ребра. Мужик свалился за край и исчез в потоке, даже не вскрикнув.

Бартелл оглядывался в поисках Эмли. Ее нигде не было видно. Оставалось надеяться, что девчушка ускользнула в потемки. Рядом слышались крики и звуки борьбы, но факел остался только один, в голове отряда, да и тот лежал на полу. Бартелл увидел человека, занесшего меч над кем-то скорчившимся под ногами. Он перевернул кинжал и метнул, направляя в голову разбойника. Былые навыки не подвели. Нападавший свалился замертво – кинжал попал ему в голову. Бартелл подбежал к упавшей женщине, но та была мертва.

Еще одну женщину из их отряда, светловолосую, тащил в темноту вооруженный ножом бандит. Бартелл подхватил кинжал и погнался за ним, но злодей, заметив его приближение, мгновенно перерезал женщине горло и тотчас скрылся в боковом тоннеле.

Ругаясь, Бартелл вернулся к единственному выжившему. Юнец отчаянно и безнадежно отбивался от налетчика с мечом. Мальчишка держал в руках окованную палицу, но действовал ею так бездарно, что нападавший почти загнал его в воду. Парень был уже ранен и то и дело сгибался от боли.

Бартелл закричал. Налетчик оглянулся, замахиваясь окровавленным мечом. Ярость наполнила тело молодой прытью. Бартелл рванулся вперед и сделал выпад ему в голову. Мужчина отскочил и косо рубанул, целя в живот. Бартелл неловко увернулся.

– У меня меч, дедуля, а ты с ножичком… – проворчал чернобородый разбойник и расплылся в улыбке.

Бартелл не ответил. Он дышал полной грудью, взывая к стародавним умениям. Противники стали кружиться, и чернобородый улучил момент оглядеться в поисках спутников.