Чтение онлайн

Да, комбинация, хуже не придумаешь.

А вот детектив Джек Хэммонд думает совсем иначе. Он даже не вполне ясно выразил свои мысли, – кто его знает, может, он сам принадлежит к какой-нибудь культовой группировке, – только туманно намекнул на воскресение из мертвых, на какие-то пророчества, короче, нес чепуху вроде этих психованных сектантов. Вот почему его убрали из дела.

Хортон вышел в коридор, посмотрел в обе стороны. В дальнем конце он увидел капитана, который все еще сидел в своем кабинете, – его силуэт четко вырисовывался на стеклянной перегородке, которая выходила в холл. Как раз в этот момент он плеснул себе немного виски в чашку из-под кофе «Макдоналдса». Хортон нахмурился. Капитан Фернер пьет на работе? Он не мог поверить своим глазам. Из всех уставных крыс, каких только Хортон когда-либо встречал, капитан был самой выдающейся. Он приходил в ярость при малейшем отклонении от положенной процедуры. Это совершенно не было на него похоже.

Хэммонд. Фернер.

Слишком уж много происходит каких-то странных вещей.

Капитан поднял голову и через стекло увидел Дэвида. Хортон немедленно ретировался назад в компьютерную комнату. Встал перед принтером и начал сворачивать сообщение в рулон.

Некоторое время спустя он услышал тяжелые шаги капитана. Тот шел по коридору. Но он не выглянул из комнаты, а капитан не остановился.

Полицейский Деннис Мак-Комбер выехал со стоянки закусочной Винчела. В руке он держал рогалик с корицей, а между коленями был зажат пластиковый стаканчик с кофе. Он объезжал центр и окраинные кварталы города, высматривая пьяниц, курильщиков марихуаны, группы подозрительных личностей, припаркованные машины, в которых занимались сексом, в общем, искал обычных пятничных вечерних правонарушителей. Он был рад, что снова оказался на улице и снова едет в машине. Не так уж это и весело, но работать с Хортоном по делу об убийствах – вот это мука так мука. Вся эта мишура отлично выглядит по телевизору, но на самом деле это жуткое дерьмо, и оно ему вовсе не по душе.

Он доехал до угла Спринг-стрит и притормозил у стоянки. Ему очень хотелось осветить фонариком темные углы автостоянки, а также места под деревьями, но у него были заняты руки – он все еще продолжал есть свой рогалик. Проглотив последний кусок, Мак-Комбер вытер руки, правя некоторое время, ухватив руль коленями.

Затем глотнул кофе. Работа по расследованию убийства была совсем не такой, какой он ее себе представлял. Совсем не такой. В полицейской академии, конечно, учили, как и что надо делать, но не готовили к этому психологически. Все на свете фильмы, да и все прочее, не могут дать представления о жутком впечатлении, какое производит на человека настоящая картина.

И никакие манекены, куклы, да и актеры, изображающие все это, никогда не сравнятся с настоящим трупом, как бы хорошо ни был наложен грим.

Практически нет ни одного трупа, который бы не был изувечен.

Мак-Комбер поежился, выключил кондиционер, хотя понимал, что это внутренний озноб. После случая с этим охранником Фаулером, с того самого дня, когда они побывали на винном заводе, ему постоянно снятся кошмары. Ему снился Фаулер, весь окровавленный и как будто без лица, он стоял в пещере цеха брожения и истошно вопил, раскрыв кровоточащую дыру, которая вроде бы была его ртом. В этих кошмарных снах его преследовал не только Фаулер, но и жуткие ожившие виноградные лозы и чудовищные чаны с черным вином. Он являлся на работу, заходил в полицейское управление и обнаруживал, что там все без исключения мертвы и страшно изувечены.

Вчера вечером Деннис напился – по-настоящему, в отключку, в первый раз с тех пор, как встретил Джулию. Она ничего не поняла, была напугана, и он сам чувствовал себя ужасно: с одной стороны, он жаждал прижаться к ней, чтобы найти сочувствие, с другой – причинить ей боль. Ему хотелось ее ударить, заставить заплатить за то, что он так погано себя чувствует. Приходилось сильно сдерживать себя, чтобы на самом деле не стукнуть ее по лицу.

Он свернул на Грейпвайн-роуд. Еще глотнул кофе, вкус его показался дерьмовым, и, опустив боковое стекло, он выплеснул остатки наружу, а стаканчик скомкал и швырнул на пол машины. Он подъезжал к самому неспокойному месту в районе и замедлил ход. Ему хотелось действовать.

Полицейский был вознагражден – он увидел красную машину марки «мазда», припаркованную под деревом в стороне.

Мак-Комбер притормозил, выключил фары, а затем и мотор. Взял свой фонарь, вылез из полицейского автомобиля и, положив правую руку на рукоятку пистолета, пошел вперед. Когда глаза привыкли к темноте, он увидел на заднем сиденье парня, совсем подростка. Тот отклонился назад, закрыв глаза, на лице – сплошное удовольствие и расслабленность. Через некоторое время с колен поднялась голова. Это была девушка. Она отбросила назад волосы, которые попали ей в глаза, и снова наклонила голову.

Мак-Комбер усмехнулся. Это даже не просто неплохо. Это может быть даже весело.

Напустив на себя самый серьезный вид, он подошел к машине и громко постучал по стеклу со стороны водителя, светя фонарем и вглядываясь внутрь.

Девушка выпрямилась и тупо уставилась на него, все еще держась пальцами за возбужденный мокрый член парня. Это была дочка шефа.

Мак-Комбер с удивлением разглядывал эту пару. Они оба были пьяны до крайней степени. Это было видно по их остекленевшим глазам, по идиотской расслабленной вялости их ртов. Свет фонаря отражался на их потной коже. Настроение повеселиться пропало, но он решил не показывать, что знает, кто эта девушка, и дал парню знак опустить стекло.

Ждать пришлось долго. Он старался не смотреть на все еще напряженный орган, торчащий из запахнутых в спешке штанов.

– Чем вы здесь занимаетесь? Что это еще за упражнения? – Деннис говорил строгим голосом, так, как и положено полицейскому. Парень был очень испуган, но на дочку шефа, кажется, это впечатления не произвело.

Она подняла с пола машины бутылку с вином, сделала большой глоток и только после этого посмотрела на него.

– Пошел в жопу.

Дочка шефа или не дочка шефа, но таких шуток он не потерпит.

– Могу я посмотреть на ваши водительские права?

Парень нервно облизнул губы.

– Прошу вас, пожалуйста, не надо. Мы очень извиняемся. Пожалуйста…

– Ваши права, – повторил Мак-Комбер.

Парень пошарил в карманах и дрожащими руками вытащил бумажник.

– Мистер Холмен, – медленно прочитал Мак-Комбер фамилию рядом с нечеткой, плохо выполненной фотографией. – Прошу вас и молодую даму выйти из машины.

– Но мы больше не будем…

– Пожалуйста, выйдите из машины.

Он не собирался делать ничего особенного, только немного попутать их, пройти тест на алкоголь в крови, затем отпустить с предупреждением, но из «мазды» в его голову полетела бутылка.

– Пошел в задницу, ты, свинья, – закричала дочка шефа.

Бутылка упала на асфальт и с шумом разбилась на мелкие осколки.

Мак-Комбер знал, что этот порыв гнева может повредить его служебной карьере, но он в бешенстве обошел машину, вытащил упирающуюся девицу, поставил ее на ноги и заломил руку за спину.

– Меня насилуют! – завопила она.

– Если вы, юная дама, не будете подчиняться, то остаток ночи проведете в тюремной камере.

– Она не хотела этого делать, – бормотал парень.