Чтение онлайн

Брови Нивыска нахмурились.

– Там привидения, - добавила девушка.

– Мы шутим!
– сказал парень. На предплечье у него была татуировка с надписью: ПОВТОРЕНИЕ - ТВОЙ ВРАГ: - В прошлом месяце там произошло массовое убийство. Странный богатый парень зарубил топором кучу гостей дома.

Теперь Нивыск улыбнулся.

– Итак, я это слышал. Спасибо за указания, - Нивыск неосознанно поиграл с большим крестом на шее.
– Позвольте мне оставить вас сейчас с этим: "Не бойтесь, держитесь спокойно и увидите спасение Господне". О, и обойдут вас стороной дьявольские лучи.

– Круто, - сказал парень.

– Почему вы идете в особняк Хилдрета?
– спросила девушка.

– Я демонолог и исследователь технических паранормальных явлений, - сказал Нивыск, вернулся в свой фургон и уехал.

Через пять миль и мост позади себя Нивыск заметил крошечный дорожный знак на дороге, ведущей на Проспект-Хилл-роуд. Потом он поморщился над выбоиной, услышал, как сзади что-то цокнуло.

"Вероятно, это приточные трубки хроматографа, - опасался он.
– Или мой барометр за 50 000 долларов".

Затем он увидел еще один знак: ШОССЕ 666.

"Вы, должно быть, издеваетесь!" - подумал он.

Он недоверчиво взглянул на карту и увидел, что дорога действительно существовала, но, к счастью, вела в другое место. Затем он замедлил ход в правой полосе, ожидая своего поворота.

Мусульманин лет девятнадцати или двадцати путешествовал автостопом. Глаза Нивыска встретились с ним, и он почувствовал, как что-то сжалось в его груди. Попутчик напомнил ему молодого курда, изгонявшего демонов из женщины в Ниневии, мальчика по имени Саид. В голове словно туманилось воспоминание: как, когда обряд закончился, мальчик улыбнулся младшему, стройному и гораздо менее лохматому Нивыску. Как их глаза встретились. Безмолвное приглашение прозвучало на губах курда, и какой обидой показались его глаза, когда Нивыск вздохнул и отвернулся.

Нивыск коснулся своего креста.

"Спасибо, Боже, что дал мне силы никогда не нарушать свои обеты..."

Он знал, что связь была полностью отключена, но, похоже, его подавленное либидо бушевало последние несколько дней - с тех пор, как он получил письмо от Вивики Хилдрет.

Куда бы он ни пошел теперь, казалось, что на него направлена похоть из стольких широко открытых глаз.

Он закусил губу и поехал дальше, наблюдая, как мальчик исчезает в обзоре заднего вида.

Он на какое-то время отключил свой разум.

"Этого не может быть", - пожаловался он себе позже, но все равно резко повернул налево.

Он знал, что приближается северная межштатная автомагистраль, и не похоже, что там осталось место для слишком большого количества поворотов. На карте дороги тоже не было, но запись в телефонной книге была. Может быть, эта парочка на заправке прямо сейчас смеется над стариком... Но как только он потерял веру, менее чем в сотне футов вверх по гравийной дороге, на которую он только что свернул, появился изогнутый знак: ПРОСПЕКТ-ХИЛЛ-РОУД.

"Зачем ставить здесь этот чертов знак! Он должен быть на углу, ну, там, где люди смогут его ВИДЕТЬ!"

Затем в его голове мелькнула еще одна диссоциированная мысль.

"Или, возможно, они не хотели, чтобы люди его видели..."

Дорога вилась через густой лес, полный плакучих ив и очень странных, очень высоких сосен. Он не заметил ни одной пальмы, которой славилась Флорида. Испанский мох свисал с ветвей деревьев, обрамляющих дорогу, создавая зеленую завесу.

"Кто построит дом - или, тем более, особняк - посреди леса?"

Дорога продолжала виться вверх и, казалось, становилась все уже. Ветви, похожие на руки скелета, царапали боковые панели фургона, а над головой, более широкие, ветки пересекали дорогу, соединяясь, образуя паутинный туннель, фильтрующий солнечный свет. Вскоре Нивыск убедился, что едет не по той дороге, когда его наконец вытащило на зеленую поляну, окруженную кольцом деревьев.

А там, словно в засаде, стоял особняк Хилдрета.

"Боже мой, он огромный..."

Нивыск замедлил скорость, затем остановился, чтобы посмотреть на это место. Перед ним предстала готическая необъятность: пять этажей серого кирпича, смотрящие назад. Витражи блестели, как причудливые темные драгоценные камни; расположенные каменные веранды казались спрятанными в тяжелых стенах. Были ли высокие угловые стойки здания железными? Он предположил, что на замысловатых карнизах сидели декоративные горгульи, похожие на преображенных ворон. Эркеры с покатыми шиферными полукровлями выступали из восточного и западного крыльев первого этажа, а витражи ромбовидной формы располагались по бокам центральной конструкции особняка. Парапеты с обеих сторон простирались над наклонными мансардными окнами пятого этажа, увенчанными шипами.

Нивыск, хоть он и не был экстрасенсом, чувствовал, как дурное предзнаменование нависло над этим местом, словно мутное облако.

Он действительно вышел из фургона, чтобы посмотреть дальше, на расстоянии еще ста ярдов. Ощущение в животе и просто то, как солнце было наполовину закрыто самой высокой вершиной особняка, напомнили ему о времени, когда он был в Иерусалиме, к северу от Дамасских ворот. Там ему удалось изгнать нечистую силу - из младенца, - и когда он поднял глаза, он увидел аналогичную тьму прямо над тем местом, где, вероятно, был похоронен Христос. Теперь он закрыл глаза, но все еще мог видеть солнечный свет сквозь веки, и молился:

– Да, Боже, на этот раз мне действительно понадобится мужество. Пожалуйста, дай мне смелости.

Когда он снова открыл глаза, то заметил, что массивная арочная дверь дома теперь открыта. Кто-то стоял под краеугольным камнем и махал ему рукой.

* * *

– Я польщена, что вы находите меня привлекательной, - сказала Вивика Хилдрет, сузив глаза. Она распрямила ноги, а затем снова скрестила их на проволочном стуле.
– Всем нравится, когда ими восхищаются, даже если они ведут себя так, будто это по-другому.

Уэстмор чуть не упал со стула. Внезапность комментария - полная смена темы - поставила его в замешательство. Он покраснел, потому что знал, почему она это сказала.

– Я... прошу прощения. Кажется, я... смотрел на вас. Я не хотел этого делать.

– Может быть, пристально смотрели. Не волнуйтесь, мистер Уэстмор. Мне от этого только лучше. Большинство мужчин я отталкиваю.

К этому моменту Уэстмор уже привык к неловкости этого дня.

– Я не знаю почему. Вы очень интересная женщина.