Чтение онлайн

Она слышала, что там живет какой-то сатанинский культ и приносит в жертву женщин. Джессика почти пожалела, что они не принесли в жертву Фэй, чтобы избежать страданий, изуродованного тела и чертовски глупого мозга.

– Сексус Кининг, - пробормотала Фэй, слюна стекала по ее губам.
– Я видела его...

– Что, дорогая?
– сказала Джессика, обтирая складки живота.

– Храм плоти.

Такие разговоры были не в новинку для санитарки психиатрического отделения. Пациенты часто жили в заблуждении и придумывали свои собственные слова, свой собственный язык.

– Не позволяй им снова заставить меня пойти туда...

Шлеп, шлеп, шлеп, - шлепала губка.

– Тебе не нужно идти куда-то, куда ты не хочешь, милая. Ты можешь остаться здесь и смотреть телевизор, где это безопасно. И завтрак скоро будет готов.

Фэй выплюнула желчь.

"Отлично", - Джессика окунула губку.

В конце концов настало время того, что она всегда откладывала. Она могла бы этого избежать, просто сказать, что сделала это, но тогда у пациента может появиться сыпь или что-то еще, и тогда придется чертовски заплатить.

"О, Боже... Что она сделала?"

Джессика раздвинула ноги Фэй цвета риса, поморщилась, когда она протерла губкой область гениталий. Врачи и медсестры заранее сообщили ей, что некоторые пациенты психбольницы калечат себя - обычно из-за чувства вины, а некоторые даже калечат свои гениталии. Но Джессика увидела это впервые.

Лобковая область Фэй Маллинз выглядела изгрызенной.

Джессика все равно ее вымыла, думая:

"Не смотри, не смотри", - но не смогла удержаться от одного-двух взглядов.

– Они это сделали, - Фэй пробормотала.
– Они это сделали.

– Кто это сделал, милая?

– Беларий и его друзья в Храме плоти.

Джессика давилась, пока делала остальную часть работы.

– Он снова грядет...

– Что грядет, милая?
– спросила Джессика, просто чтобы отвлечься.

– Храм плоти.

Джессика уставилась.

– Вместе с Беларием. Скоро.

Фэй слабо хихикнула, ухмыляясь вверх зубастым ртом. Она раздвинула ноги еще шире.

Джессика застонала. Да. Она очень хотела бы остаться учиться в школе.

* * *

Уэстмор проснулся вяло около девяти утра, квадратные лучи солнечного света прорезали атриум из странных высоких окон. Он спал без сновидений. Прошло некоторое время, прежде чем утренние шестеренки начали вращаться, и он вспомнил все, что произошло вчера.

"Беларий", - подумал он.

Сейчас это было почти так же жутко, как когда он услышал странное имя на пленке.

"Я не верю в демонов", - напомнил он себе, доставая туалетные принадлежности из маленького шкафчика в своей кабинке.

В халате Marriot-Courtyard, который он стащил много лет назад на съезде журналистов, он воспользовался большой ванной комнатой у кухни, принял душ, побрился и оделся. Затем он был готов...

Но к чему?

Он хотел позвонить Вивике, но передумал.

"Позже, когда мне будет что ей рассказать".

В офисе он несколько часов печатал какие-то заметки на своем ноутбуке, а потом ему в голову пришла запоздалая мысль:

"Сейф!"

Но когда он посмотрел, сейф все еще был закрыт, и не было никаких признаков слесаря. Мак все еще смотрел телевизор, когда Уэстмор уснул. Она открыла сейф и доложила Маку? Он посмотрел вниз из окна и увидел, что ее грузовик исчез. Он должен был знать.

Вернувшись в атриум, он услышал, как по крайней мере один из мужчин храпит; он предположил, что большинство из этой толпы были любителями поздно ложиться спать. Затем одна из женщин - Адрианна, подумал он - тревожно пробормотала во сне:

– Нет, нет!

Кошмары.

Он нашел кабинку Мака и постучал по краю перегородки.

– Мак? Эй, Мак?

– А?

– Извини, что разбудил, но что случилось с девушкой из слесарной мастерской?

Ворчание и кашель, затем Мак вышел из-за занавески своей кабинки, одетый только в боксерские шорты. Он прогнал сон из глаз.

– Блин, я не знаю. Она еще здесь?

– Сейф все еще закрыт, а ее грузовик уехал.

Он подошел к эркерному окну и поморщился, когда отодвинул шторы, впустив в комнату немного солнца.

– Блин, - снова сказал он.
– Может, она еще не закончила. Может, она вернется. А может, она просто не смогла открыть этого сукиного сына. Она ведь сказала, что никаких гарантий нет.

– Ты видел ее вчера вечером?

Мак явно был только наполовину проснувшимся.

– Ну, нет. Я имею в виду, не позже.

– Слушай, чувак. Что за тема с ней?

– А?

– Вчера вечером ты сказал что-то вроде того, что она хороша не только в замках. Что за тема такая?

Мак запил грог, затем пожал плечами.

– Я ее трахнул, чувак. Я же говорил тебе, что она на меня запала.

"Невероятно".

– Ты хочешь сказать, что у тебя был секс со слесарем?

– Да. Она приставала ко мне, понимаешь, о чем я? И она также горячая штучка. Убийственные сиськи, - Мак потащился на кухню, все еще потирая глаза.
– Ты поставил кофе?

Уэстмор покачал головой. Маку было, наверное, лет двадцать пять.

"Дети, Иисусе. Они занимаются сексом с людьми, словно переключают каналы на телевизоре, - Уэстмор задумался о собственной морали.
– Или, может, я просто придираюсь..."

– Да, я думаю, ее зовут Вэнни. Она пришла сюда около десяти часов вчера вечером, - сказал он позже мужчине по телефону. Он звонил начальнику слесарю.
– Она сказала, что вернется, чтобы закончить работу?

Мужчина, казалось, был сбит с толку.