Готов на пять!
Шрифт:
С Мишей у нас не было бурного романа, была лишь симпатия и одобрение родителей как с его стороны, так и с моей. Две состоятельные семьи, которые позволили своим детям создать еще одну ячейку общества. К слову, я бы отсрочила это событие лет на пять, потому что на тот момент только закончила школу и собиралась поступать в институт, но «семья важнее», было сказано мне…
Да, мой мягкий характер никогда не позволял мне спорить, а нужно было топнуть ногой, нужно было сказать о том, что мне не хочется, что жизнь только начинается, что впереди у меня куча новых знакомств… А по итогу была беременность, которая оказалась не в радость, рождение ребенка и совсем ужасное материнство.
Бабушки первое время кричали о готовности помочь, потом их появление в нашем доме как-то довольно быстро сократилось до раза в месяц, а все потому, что у меня был не тихий и спокойный ребенок, которого мне долго и упорно пророчили… А капризный комочек, которому постоянно что-то было нужно, у которого тяжело прорезывались зубы, с которым мы прочувствовали все прелести бессонных ночей из-за колик в животике… Хотя, почему мы? Я! Во всем этом кошмаре, который длился больше двух лет, варилась я и только я.
Иллюзии по поводу новорожденных детей у меня быстро исчезли. Это еще в самом начале беременности представляла, как буду неспешно гулять по парку с коляской, как буду покупать миленькие вещички розового цвета и наряжать каждый день во все новое свою принцессу, что вместе с ней мы будем заниматься творчеством, развивать мелкую моторику и выговаривать первые слова уже как минимум к году!
Я тогда не знала, что материнство – это огромный и ежедневный труд. Это когда ты спишь урывками, когда не знаешь, какое сегодня число и день недели, когда твой утренний чай с последним глотком медленно оканчивается в вечернем, и ты просто не помнишь, что ела сегодня за день и ела ли вообще. Мне все описывали иначе, и, честно и искренне, я не была готова к тем трудностям, с которыми столкнулась в свои девятнадцать.
Но самое страшное – это оказаться один на один со своими проблемами, видеть брезгливость во взгляде мужа, когда он смотрит на ребенка, да и на тебя тоже. Когда ты просишь его элементарно дать тебе десять минут на душ, а он демонстративно разворачивается и уходит.
Этот брак с самого начала был обречен. Это потом я узнаю, что, благодаря мне, Миша просто свалил из-под опеки матери, пускаясь во все тяжкие. Ох, я ведь второго ребенка совсем не хотела, мне по горло хватило первого опыта, который не прошел бесследно для моего организма. Я долго находилась в депрессии и реально думала о том, чтобы покончить с жизнью…
Страшно, стыдно, но когда тебя все бросают, когда ты не справляешься, когда идет давление по поводу твоих моральных качеств, твоих чувств – хочется только одного. Я очень люблю Ромку, пусть он и не стал тем связующим звеном, пусть он так ничего и не поменял между мной и мужем, зато помог раскрыть мне глаза, понять многое, выучиться на профессию, которая мне нравится. Сейчас я могла зарабатывать самана почти все, а не кланяться в ноги «дорогому» и «любимому», выпрашивая деньги на колготки. Хватит, унижалась я долго, пролила слез и того больше. Я очень быстро повзрослела, и теперь вполне могу справиться со всем…
И уход Миши из дома должен был случиться. Конечно, жаль, что так поздно, но лучше так, чем никогда. Но вот эти голубые глаза почему-то до сих пор меня преследуют, как наваждение какое-то, вот честное слово!
Всю субботу мы с детьми провели дома. Мне бы с ними куда-то сходить, но сначала позвонили с работы и попросили посмотреть счета, потом звонили мои родители и интересовались здоровьем детей. Я, пользуясь случаем, спросила их, могут ли взять с ночевкой к себе хотя бы Аришку, но чуда не произошло.
Ладно, сами справимся… Вот только мне всегда страшно даже представить, куда денут моих детей, если мне вдруг станет плохо, если нужно будет уехать в больницу? Они совершенно никому не нужны, кроме меня. Бабушка если и заберет, то ни о каком комфорте речи идти не будет.
Передернув плечами, раздала обязанности по дому и принялась за уборку. Сначала нужно квартиру в порядок привести, ужин и обед приготовить, а уже поздно вечером сяду за работу.
– Мама, - позвала дочка, когда протерла везде пыль, - а можно я сегодня уроки делать не буду, а сделаю завтра?
– Завтра?
– удивилась, - ну, если ты успеешь, то делай так, как тебе удобно.
– Спасибо. И, мам, давай я еще тебе помогу, и мы поедем в магазин.
Я даже мытье тарелок отложила в сторону и развернулась к своему чаду.
– А что нужно купить?
– Ариша замялась и сказала:
– У меня блокнот кончился, я его разрисовала…
– А, - понятливо протянула, - тогда мне нужно еще десять минут, и сразу будем собираться.
Мы действительно собрались совсем скоро, даже не возникло никаких заминок. А когда стали спускаться, то синхронно остановились у деревянной двери с металлической ручкой. Именно за этой дверью была съемная квартира, где мы вчера замечательно провели время. Первой, конечно же, опомнилась я.
– Пойдемте, нам, кроме блокнота, еще хлеб надо купить!
Вот так мы, гуськом, и прошли мимо квартиры учителя, а потом спустились на первый этаж. До магазина решили идти пешком, благо, было совсем недалеко.
– Мам, - дернула меня за край куртки Арина, - а папа совсем больше не придет?
– Наверное, совсем, - пожала плечами, потому что за все это время Миша действительно так ни разу домой и не заглянул. Он даже мне не звонил, да и с Ариной давно не общался. Как ушел в свободное плавание, так и уплыл. Ну и ладно, обидно только, что перестал помогать. Я вытяну как-нибудь, но очень тяжело тащить на себе двоих детей да на обыкновенную среднюю зарплату, поэтому обязательно буду подавать документы на алименты, просто так гулять ему не дам!
Так наш день и прошел: уборка, магазин, готовка и совместный вечер за игрой. Наверное, мне очень давно не было так спокойно на душе, а еще появилась какая-то уверенность. Я точно знала теперь, что дочка под присмотром в школе, что ее там не бросят и не обидят. Уж Максим Сергеевич об этом позаботится!
Удивительный человек! Мужчина, а такой внимательный!
А утром следующего дня, когда мы привычно после завтрака решили поиграть в детской комнате в железную дорогу, мне пришло сообщение, которое вновь перевернуло мой внутренний мир.