Грааль
Шрифт:
Продолжая идти по кругу, мы пели вместе с Эмрисом:
Призову достопоклоняемого Господа
И от врагов моих спасусь.
Объяли меня муки смертные,
И потоки беззакония устрашили меня.
Цепи ада облегли меня, и сети смерти опутали меня.
В тесноте моей я призвал Господа и к Богу моему воззвал.
И Он услышал от чертога Своего голос мой,
И вопль мой дошел до слуха Его.
Жар от пламени заставил нас отступить, сделав наш круг шире. Тела начали гореть. Они сильнее раскачивались в потоках горячего воздуха. Ветки скрипели и трещали, когда пламя перескакивало с ветки на ветку, все выше и выше, устремляясь в самое небо.
Потряслась и всколебалась земля,
Дрогнули и подвиглись основания гор,
Ибо разгневался Бог…
Раздался долгий треск. Внезапно могучий ствол дуба раскололся, дерево словно обвалилось внутрь себя. Спираль искр вихрем взметнулась в высь, словно тысячи звезд взлетели в небо. А мне представилось, что это души наших друзей взлетели к Небесам.
Он простер руку с высоты и взял меня,
И извлек меня из вод многих;
Избавил меня от врага моего сильного
И от ненавидящих меня, которые были сильнее меня.
Они восстали на меня в день бедствия моего,
Но Господь был мне опорою.
Он вывел меня на пространное место и избавил меня,
Ибо Он благоволит ко мне.
Я произносил слова вслед за Мирддином и смотрел, как мерцающие искры поднимаются все выше. Я думал: «Прощай, Кай, стойкий мой товарищ, верный во всем. Прощай, Бедивер, верный брат. Прощай, храбрый Кадор. Прощайте, друзья мои, идите бестрепетно в Мир Господень. Прощайте…»
В горле стоял комок, глаза застилали слезы, горящий дуб превратился в сгусток света, и я услышал свист пламени, когда ветер ринулся в огонь, раскаляя костер добела. Свет залил всю поляну, отбрасывая тьму далеко за пределы нашего круга. Порывы холодного ветра налетали на нас из тьмы. Спина у меня замерзла, а лицо и руки обжигал огонь. Я вдруг понял, что слышу вовсе не крики ветра и рёв пламени, а дикий крик измученного существа, страдающего невыносимо. И оно стремительно приближалось к нам, привлеченное огнем.
Мирддин тоже услышал и прокричал:
— Ничего не бойтесь! Тот, кто услышал нашу молитву, более велик, чем тот, кто вопит перед небом и бросается на нас!
Рёв отозвался у меня в животе, земля знакомо задрожала. Сначала я решил, что вернулся Сумеречный Зверь и сейчас нападет на нас, но дрожь нарастала, и я понял, что нас атакует нечто намного более крупное и смертоносное.
— Слушать меня! — приказал Мирддин. — Взяться за руки, создать круг, если далеко, протяните друг другу копья, но ни в коем случае не разрывайте цепь! Даже если сам ад обрушится на вас, не выпускайте друг друга! Что бы вы ни увидели, что бы ни услышали, не разрывайте круг. Держите цепь. Даже если сам Дьявол выйдет против нас, нам ничего не грозит!
Я обернулся. Рядом со мной стоял Рис, в зловещем свете лицо его было мрачнее тучи. Мы взялись за руки и приготовились к нападению. Земля продолжала трястись, с таким звуком мог бы пробиваться отряд великанов, вырывающих деревья с корнями. Лес трещал и стонал. Что же может вызывать такие разрушения?
Внезапно звуки прекратились, земля перестала дрожать. Рев пламени позади нас, казалось, на мгновение стих, и даже ветер унялся. Я видел такое и раньше. Это затишье перед бурей. Враг готовится к нападению.
— Стоять! — приказал Артур. — Вот они!
Глава 31
Мы стояли, вглядываясь в темноту, огонь за нашими спинами отбрасывал длинные тени, выстраивая перед нами армию пляшущих фантомов. Затаив дыхание, мы ждали.
Деревья по краю поляны начали раскачиваться, словно во время урагана, но воздух оставался неподвижным. Я услышал низкий скрежещущий звук, и деревья расступились, словно отведенные гигантской рукой.
Горящий дуб позади нас издал ужасный треск, разбрасывая вокруг искры и куски пылающего дерева. Огонь за нашими спинами взметнулся еще выше; наши тени мелькали и танцевали на темной поляне. Среди расступившихся деревьев, там, где лес подходил к берегу ручья, появилась фигура одинокого воина на коне.
— Смотрите! — крикнул кто-то, и краем глаза я заметил движение, видимо, говорящий хотел протянуть руку и указать на приближающегося всадника.
— Не разрывать круг! — страшным голосом призвал Мирддин Эмрис. — Бог есть жизнь, и никакая злая смерть нам не грозит!
Всадник неторопливо приближался. Темный щит у него на плече поблескивал полированным железным ободком; сверкал отточенный наконечник длинного копья, а меч на бедре казался тускло-красным. Черная одежда воина и плащ с капюшоном, опущенным на лицо, не позволяли понять, кто к нам пожаловал. Складки плаща покрывали холку и бока коня. Казалось, он плывет по воздуху.
Темный всадник приблизился к нам на расстояние копья. И тут Эмрис приказал:
— Стой! Быстрая Верная Рука ведет нас. Зло не властно над нами. Ступай прочь!
Всадник не ответил. Он сидел, глядя на нас, а его конь нетерпеливо рыл копытом землю.
— Возвращайся в ад, откуда пришел, — снова закричал Мирддин. — Ты не можешь повредить нам.
В ответ воин передвинул щит на грудь и, чуть шевельнув поводьями, развернул коня и пустил его по кругу. Он сделал один круг, потом еще и еще, медленно набирая скорость с каждым проходом. К шестому или седьмому кругу лошадь шла легким галопом.
Копыта его скакуна стучали по земле в зловещем ритме, похожем на нарастающий бой барабана. Галоп ускорился, стук копыт стал быстрее.
Странные черные полосы плаща, свисающие с боков лошади, шелестели, как крылья. Я слышал дыхание его лошади, перемежающееся фырканьем и мерными вздохами. Плащ воина развевался за спиной, капюшон соскользнул с его головы, открывая хорошо знакомое лицо.
— Лленллеуг! — Это вскрикнул от удивления Артур. Он еще раз окликнул нашего героя. К нему присоединились другие голоса; я тоже закричал, надеясь сбить воина с ритма. Но он, не обращая внимания на наши крики, разогнал своего скакуна и опустил копье.