Грабители
Шрифт:
– О чем все-таки ты хотела поговорить? Она вздохнула.
– О Зосе. Кто-то за ней ходит, следит за каждым ее шагом.
Кортель подумал, что его ребята не очень чисто работают.
– Что же она заметила? – спросил он.
– Какого-то мужчину. Несколько раз, садясь в такси, она замечала, как он берет следующее и едет за ней. Гложет, это давно длится, но она только позавчера заметила.
– Смогла бы она его узнать?
– Едва ли… Видела она его вечером, да и то издалека. Говорит, высокий, худой…
– Скажи, Бася, это Зося тебя просила поговорить со мной?
– Нет, нет… Упаси боже!
– Даже так?… – Он подошел к Басе и положил ей на плечи руки и тут же почувствовал частое дыхание девушки. – Послушай, Бася, прекратим, пока не поздно, эту игру. Ведь ты же вставляешь нам палки в колеса… – Кортель подчеркнул слово «нам». – Ну, что ты знаешь?
Она молчала.
– Тогда я скажу тебе сам: Зося прячет Болека. Она поверила ему и боится, что если мы теперь арестуем его и он предстанет перед судом, то будет осужден за убийство, которого не совершал. Каждый получает то, что заслужил.
Бася торопливо полезла в сумочку и поднесла к глазам платочек.
– Почему ты плачешь?
Она посмотрела на него уже сухими глазами.
– Плачу? Тебе показалось. Ты ничего но понимаешь, Станислав! – воскликнула она. – Или притворяешься! Ты на самом деле веришь, что на свете всегда побеждает справедливость? Как в приключенческом романе! Невиновный не будет наказан! Что ты сделаешь, если схватишь этого парня? Отдашь его прокурору, да? А прокурор? У него все доказательства, показания тех двоих… ты ведь сам говорил. Он напишет обвинительный акт. И Болен получит пятнадцать-двадцать лет. Что касается смертного приговора, то у суда всегда остаются какие-то сомнения… Те двое до прихода Болека не входили в кабинет.
– Откуда ты все знаешь?
– Знаю.
– От Зоси, конечно. Окольский ей рассказывал.
– Ты угадал, от Зоси. А сделал ли ты что-нибудь, чтобы найти убийцу? И вообще, ты мог хотя бы предположить, что девушку убил кто-то другой?…
Кортель молчал.
– Ты ничего не сделал! Ты думаешь только об одном: как бы схватить третьего грабителя…
– Почему тебя это так волнует?
– Странные слова! Да он же парень моей подруги! И не просто парень! Я знаю его. А кроме тебя и Зоси, у меня нет более близких людей.
Она умолкла.
– И поэтому ты решила ей помочь. – Кортель взял ее за руку. – Расскажи мне все.
– Тебе или сотруднику городской комендатуры?
Он пожал плечами.
– Это одно и то же.
– Если я когда-нибудь стану твоей женой, ты будешь рассказывать мне все?
– Это будет зависеть от тебя.
– Почему?
– От того, что ты мне сегодня расскажешь.
Она встала около окна спиной к нему. Уже темнело, на фоне неба мерцали первые неоновые лампы.
– Трудно мне, – тихо сказала Бася, – и очень грустно…
– Доверься мне, – повторил он.
Она внезапно повернулась.
– Мне нечего тебе сказать, любимый. Во всяком случае, не в этом дело.
IX
Почему именно ему, Станиславу Кортелю, не везет? Отчего не встретилась ему такая девушка, как Мария? Но что делать? Отречься от Баси? Кортель чувствовал, что этого он не сможет сделать. Ушел от нее, даже не попрощался. Смешон, как обиженный мальчишка. Она проводила его до дверей и встала на пороге, ожидая, что он посмотрит на нее. Кортель не оглянулся.
Заходя в кафе, он увидел в зеркале свое отражение. На него смотрел среднего роста мужчина, несколько сутуловатый, в мешковатом костюме. Любовник-герой! Как он мог поверить, что она любит его? А может, все-таки любит?… Сказала бы тогда правду. А она… Да, он должен использовать полученную от нее информацию. Так и подумал: «полученную информацию». Он стал смотреть на Басю так, как будто она была каким образом связана с этим делом. Подозреваемая? Сообщница? Ерунда, конечно, просто-напросто взбалмошная девчонка. Однако доложить шефу о разговоре с Басей с Рыдзевским необходимо. А может, не надо?
Утром Кортель составил рапорт для шефа. Майор был не в настроении, сидел неподвижно за столом, и его круглое, даже чуть толстощекое лицо доброго парня» приняло строгое выражение. Кортель многое собирался ему сказать. Наблюдение за Зосей Зельской и Золотой Аней не давало никаких результатов. Рапорты осведомителей также были «пустыми». Они перетрясли все злачные места, квартиры всех друзей Окольского, но безуспешно.
– Вы пошли плохой дорожкой, – сyxo констатировал майор. – Зря тратите время своих сотрудников.
– Зося Зельская знает, где прячется Окольский.
– Откуда такая уверенность?
– Знает, – повторил Кортель.
– Интуиция? – Майор не улыбался, потому что улыбка сразу же придавала его лицу привычное добродушие. – Попробуй из нее что-нибудь выжать.
– Я пытался.
– Ну хорошо. Я допрошу ее лично. Думаю, что Окольский спрятался где-то в провинции.
– Я думаю, что он в Варшаве, – возразил Кортель.
– Думаю, думаю… – вспылил майор, – а меня сегодня вызывают в Главную комендатуру, что я сообщу им?
– А разве у них нет дел, которые тянутся месяцами?
– Есть. А что из этого? – бросил он резко. Кортель ничего не ответил.
Он знал уже, что должен делать, но об этом пока не собирался говорить майору.
– Я полагаю, что в следствие необходимо ввести новую версию.
– А именно?
– Предположить, что убил кто-то другой, не Окольский, – все же сказал он.
– Час от часу не легче! – Глаза шефа потемнели. – Ты хочешь всем все запутать? Соболь многократно допрашивал Циклона и Желтого Тадека. Разве ты не читал протоколы? Хотя у нас бывает и так, – добавил он, – левая рука не знает, что делает правая. Не подлежит никакому сомнению, что Окольский первым вошел в кабинет. Впрочем, ты ведь разговаривал с Зельской. Она тоже подтвердила это со слов Окольского. Он не сознался только в убийстве, Что же, по-твоему, еще может входить в расчет?