Грация!
Шрифт:
— Поверьте, так будет лучше, — прокомментировал парень. — Располагайтесь! У нас есть меньше часа до «пира во время чумы».
— Я поверить не могу, что твой отец так поступает! — неодобрительно покачала головой жрица, плюхаясь на кровать принца. — Я думаю, он околдован или вообще не наш король!
— Она ошибается, — вдруг сказала Грация Дилану. — Ваш замок кишит светлой энергией. Ни одной нежити или тёмной магии не проникнуть сюда без последствий.
— Да, я тоже впервые вижу отца таким… — принц задумался, подбирая слова. — Безразличным, что ли? Если он раньше был со всеми холоден, то это уже никуда не годится!
— В чём мы пойдём на бал, кстати? — невинно спросила Хина, на что пегас с принцем недобро на неё покосились. — Что? Меня этот вопрос волнует в последнюю очередь, поверьте! Всё дело в том, что я занимаю слишком важный пост в церкви и не могу грязная, потная, в боевом облачении явиться на приём… Церкви Света нельзя показывать слабость в такие тёмные времена!
— Хм… — Дилан стал задумчиво ходить взад-вперёд. — У меня есть кое-что, но обещай мне, Хина!
— Что обещать?
— Обещай, что не повредишь «его»! — совершенно серьёзно сказал принц.
— О чём речь вообще? — заинтересовалась Грация.
— Ты чего так разволновался, Дили? — приподняла бровь Хина. Парень явно собирался с мыслями, не зная, как подобрать нужные слова?
— Понимаешь… Слушай, мы ведь давно знакомы, верно? — жрица кивнула. — У меня есть один секрет, о котором я никому не рассказывал… В общем, ты знаешь, насколько я был близок с матерью? Когда её не стало, я сильно горевал и творил всякие глупости. Среди прочего, я выкрал любимое платье мамы из королевской гардеробной, когда узнал, что отец хочет избавиться от некоторых вещей королевы…
— Оно до сих пор у тебя?! — удивились Хина и Грация.
— Да, оно лежит в потайном отделении шкафа, — признался Дилан. — Не могу знать наверняка, но я считаю оно тебе подойдёт.
— Ты правда одолжишь мне это платье? — скромно спросила жрица. — Я понимаю, как оно для тебя важно…
— Ну великолепно просто! — Ангелина издала возмущённое фырканье.
— Что не так? — растерялся Дилан.
— МНЕ ЗАВИДНО! — обиженно ответила Грация. — В такие моменты я бы отдала что угодно, чтобы стать человеком, хотя бы на вечер! Мы с тобой так сблизились, столько пережили, а в итоге — сентиментальная вещь из прошлого достанется другой! Я протестую!
— Хина мой друг! — возразил парень. — Почему ты всегда ревнуешь к ней?
— Я не ревную! Ну… разве что — чуть-чуть…
— Мне отказать ей? Пусть идёт грязная, позорит честь церкви?
— Нет! — замотала головой Грация.
— Что это с ней? — Хина поднялась с кровати и подошла к Ангелине. Девушка попыталась коснуться головы пегаса, но Грация отклонилась от её руки.
— Не хочет идти на бал… — вздохнул Дилан. — Как и все в этом замке…
— Так что насчёт платья?
— Ох, да… Один момент.
Принц отправился к единственному шкафу с одеждой, отодвинул там скудный набор одежды на вешалках, надавил на внутреннюю стенку справа, открывая потайной отсек. Дилан извлёк небольшой деревянный ларец, сдул с него пыль и вручил Хине. Путём нехитрых манипуляций, из коробки было извлечено великолепное вечернее платье фиалкового цвета, прошитое золотой нитью. Вещица выглядела так, словно принадлежала королеве фей — к нему не хватало только пары крыльев в комплект. Ткань была очень нежна на ощупь, а пахла как цветочная пыльца, несмотря на то, что пролежала в коробке долгие годы.
— Ничего себе! — Хина приложила платье к себе и покрутилась с ним на месте. — Королева знала толк в одежде!
— Ещё бы… — со светлой грустью улыбнулся принц. — Она ведь была уроженкой вечноцветущего края Ками. Я бывал там всего раз, но отчётливо помню, что многие женщины тех земель предпочитают такой стиль одежды. Ткань для покроя, кстати, была привезена с родины матери и ею же сшито у нас в замке. Она называется «апрельский шёлк».
— Ого! Я не знала, что твоя мама была такая рукодельница! Мало кто в нашем королевстве взялся бы за такую ткань! — восхитилась Хина.
— А что в ней особенного? — Грация с любопытством приблизилась к жрице с платьем и понюхала.
— Действительно — для шитья «апрельским шёлком» нужны особые иголки с нитками. Сложность заключается ещё и в том, чтобы проколоть эту ткань нужно очень аккуратно вкладывать магическую силу в остриё иголки. А главное — всё делать с первого раза! В противном случае, изделие будет навсегда испорчено. — объяснил принц.
— А в результате получается шедевр с частичкой волшебства творца! — закончила за Дилана жрица. — Я уже сгораю от любопытства надеть его на себя! Где у тебя можно переодеться?
— В комнате или ванной. Как тебе будет удобно.
— Тогда, я быстро! — Хина с платьем поспешно скрылась за дверью.
— Всё ещё дуешься? — спросил принц.
— Немного, но уже смирилась. Представила, какой это цирк будет — единственный сын короля приходит на бал в сопровождении пегаса, на котором абы как натянуто платье покойной матери… Я не настолько бездушная, чтобы пойти на такое…
— Ну как вам? — Хина буквально выпрыгнула из ванной в новом наряде и покружилась перед друзьями. Дилан смотрел на девушку, приоткрыв рот, а потом потёр левый глаз. — Дили, ты чего?!
— Всё нормально! — отмахнулся он, скрывая скупую слезинку. — Просто… Ты так похожа на неё…
— Сочту за комплимент! — улыбнулась Хина.
— Ладно, мне тоже пора приодеться… — вздохнул принц, возвращаясь к гардеробу.
Недолго думая, Дилан снял с вешалки любимый праздничный костюм: то была популярная модель в королевстве — смесь мужского вечернего наряда со вставками доспеха на груди, плечах и запястьях. Принц одобрительно кивнул и стал раздеваться.
— Дили! — возмутилась Хина. — Постыдился бы!