Чтение онлайн

– Не знаю. Разделю опасность с другими. Меня и нанимали для того, чтобы я рисковал. А рисковать приходится гражданским.

– Похвально, но глупо, – подытожил Каркунов. – Или неискренне.

– Да пусть сидит. – Вороненко махнул рукой. – Ему хочется, да и у нас лишний заложник. Вряд ли он сможет нам помешать.

– Теперь рассказывай ты, – попросил я. – Чем занимался, что нового и интересного узнал?

– Ну, для начала – тебе привет от Лизы, – улыбнулся третий наш партнер.

Вот что мы узнали.

Евгений Каркунов слишком сильно уверовал в то, что ему ничто не грозит, что с любой угрозой он справится. И в самом деле – шпана его побаивалась, спецслужбы он перехитрил… Результатом стала беспечность.

Гуляя однажды ночью по городу, Евгений, что довольно-таки символично, засмотрелся на рекламную вывеску местного отделения консорциума «Солнечная лестница», оповещавшую население о самом новом проекте – «Лифт в небо». Консорциум, собственно, и являлся основным подрядчиком строительства ТераТЭЦ на околоземной орбите. Кроме прочего, он занимался монтажом орбитальных зеркал, исследованиями ближнего космоса и поддержанием спутниковой связи. А еще он владел значительным процентом акций ГигаТЭЦ. Запуски в космос осуществлялись с использованием огромной энергии. И прежде всего электроэнергии. Поэтому консорциум и стремился к энергетической независимости, всячески развивая, наряду с высокими технологиями, энергетические проекты.

Но, как оказалось, на вывески Каркунов глазел зря. Нужно было внимательнее смотреть по сторонам. Его оглушили, стукнув по голове тяжелым предметом – чем именно, осталось неизвестно, да и какая разница? Забрали мобильный компьютер, телефон, расчетные карточки. Особенно порадовали бандитов карточки «на предъявителя» – у Евгения их было несколько штук. Почему-то он решил, что платежи по таким карточкам труднее проследить, чем по карточкам кодовым. Ведь безличная карточка предназначена, в первую очередь, для расчетов, которые продавец или покупатель хочет скрыть от посторонних, официальных и неофициальных лиц. Банки идут навстречу клиентам, выпуская такие карточки, несмотря на противодействие государства.

Напавшие на Каркунова хулиганы, наверное, видели, как он покупал мороженое именно с помощью безличной карточки. По цвету различить разные кредитки вполне можно. Вот за карточкой, счет на которой доступен каждому, они и охотились.

Очнулся Евгений в машине. На лице – кислородная маска, голова раскалывается. Рядом – две женщины. Одна – в белом халате, другая – в обтягивающем джинсовом костюме, с роскошными темными волосами, красавица, каких мало. Темноволосая пристально смотрела в лицо Каркунова и что-то шептала. Заметив, что он пришел в себя, она тихо сказала:

– Не беспокойся, ты у друзей. Я везу тебя в частную клинику.

Евгений пригляделся к девушке внимательнее. В затуманенном сознании возникла не вполне четкая мысль: «Именно такими я представлял эльфов». Проглядывало в девушке что-то необыкновенно изящное, тонкое, не поддающееся восприятию на обычном человеческом уровне. И очень чистым, незамутненным был взгляд.

Слово за слово – и Лиза объяснила спасенному, как нашла его с помощью хакера Буравчика, отследив покупки и примчавшись на скоростном такси, как вызвала платную карету «скорой помощи» и зачем везет его в частную клинику. Попади Каркунов в руки обычной «скорой помощи», врачи непременно вызвали бы полицию и личность пострадавшего была бы установлена. А дальше – возвращение в «Институт К» или в гораздо менее приятные места.

– Девушке твоей я рассказал все и о твоих письмах, и о яде, – заверил меня Каркунов. – Сразу. Она даже бровью не повела. Словно бы ее это и не касается. Сказала: сперва дело. Ему тяжелее… Да, отличная девчонка.

Я улыбнулся. Приятно услышать такой комплимент от понимающего человека. Подвоха со стороны Каркунова я не ожидал. Ведь я сам никогда не позарился бы на подругу товарища.

– И все-таки я уговаривал ее уехать в Америку, – продолжал Евгений. – Точнее, подальше от Москвы. Может быть, в Европу, может, в Австралию. Туда, где ее тяжелее будет найти и достать. Она связалась с хакером по имени Буравчик, который заявил, что действует по твоему поручению. Он передал ей приличную сумму и пригласил к себе. И я от себя добавил столько же. В конце концов, это ведь твои деньги. Они ей понадобятся.

– Наши деньги, – поправил его я. – Ты имеешь на них такое же право, ведь в операции участвуешь наравне со всеми. Впрочем, надеюсь, заработанные подобным образом деньги нам не понадобятся. Полагаю, мы найдем место в этом мире. Мне, например, сказали, что я легко могу найти работу повара.

– А Вороненко уже устроился в охрану, – расхохотался Каркунов. – Один я тунеядствовал. Так вот, Лиза села в баллистический аэробус и улетела. Обещала, что пройдет обследование на предмет выявления яда и будет скрываться от своих прежних соратников.

– Отлично, – кивнул я. – Смени Вороненко. Он устал, дольше всех нас сторожит эту станцию. Надень его бронекостюм. А Евгений побродит вокруг, посмотрит, что затевается снаружи.

– Хорошо. Только давай называть друг друга по выдуманным фамилиям. А то непонятно, кто к кому обращается.

– Только не при посторонних, – улыбнулся я. – Им совершенно не нужно знать, кто есть кто.

– А есть ли между нами разница?

– Полагаю, есть. И с каждым днем будет все больше. Ведь мы будем жить разными жизнями. Даже находясь рядом.

Каркунов заступил на дежурство на главном посту охраны. После этого мы с чистой совестью отправили Вороненко вместе с Надей обследовать территорию станции. Окружившие нас представители спецслужб разрешили ему эту вылазку – что им, собственно, оставалось делать? Команды сверху поступали самые противоречивые, а мы, в общем-то, вели себя неплохо.

Освободили всех, кто этого хотел, сносно обращались с заложниками… Точнее, мы бы и вовсе их отпустили, если бы не нужно было поддерживать станцию в рабочем режиме.

К слову сказать, я начал понимать, почему на рабочем месте остался охранник. По-моему, он руководствовался не только идейными соображениями – надеялся получить компенсацию за моральный ущерб. Верные долгу профессор Романов и Дима Кожухов, переговорив с руководством консорциума, остались крайне довольны. Дима шепотом сообщил мне, что ему будут платить тысячу рублей в день. А профессор всегда получал в пять раз больше его.

– Так что не торопитесь отсюда уходить, – заговорщицки шепнул мне Кожухов. – Мы на этом неплохо заработаем.