Чтение онлайн

Туннель перегораживала стенка, сравнительно недавно сложенная из тесаного камня. В ней имелась амбразура для стрельбы и щель для прохода, в которую взрослый человек мог протиснуться только боком. Конечно, это была еще не настоящая застава (та и шлюзовой камерой была оборудована, и вошебойкой, и металлоискателем, и еще черт знает чем), а так – выдвинутый на ничейную территорию передовой пикет.

Надо сказать, что те, кто скрывался за стенкой, несли свою службу из рук вон плохо. Не несли, а влачили, если так можно выразиться.

Кузьма посвистел, потопал ногами, помахал лампой (жуткие тени забегали по потолку и стенам) – но все безрезультатно. Пришлось вступить в чужие владения без разрешения хозяев.

За стеной он нашел немало интересного. Например, полевой телефон, трубку которого так и хотелось снять. А еще – прибор сигнализации на пять номеров, один из которых оповещал о тревоге. Вся эта хитрая техника питалась от самодельного аккумулятора, формой и размерами похожего на гроб. Тут же находился и велогенератор. Стоило только покрутить его педали, как под потолком затлела слабенькая электрическая лампочка.

На обширной каменной плите, служившей столом, лежала всякая дребедень – грифельная доска с непонятными значками, разноцветные мелки, недоеденный сухарь, самодельная зажигалка.

Короче говоря, много чего здесь было. Вот только люди отсутствовали. Неужели Князь опять дал промашку?

Ну что же, пользу можно было извлечь и из такой ситуации. По неписаным законам подземного мира, имущество, оставленное хозяевами без присмотра, считалось ничейным. Не грех им и поживиться. Телефон и велогенератор были ему, конечно, ни к чему, но вот еду стоило поискать. Пригодились бы и другие мелочи – водяра, одежда, пиропатроны.

Подняв лампу над головой, Кузьма занялся осмотром туннеля. Вскоре его стены раздались в стороны, а потолок ушел на недосягаемую для света высоту. Дабы не пропустить какую-нибудь потайную дверцу, он тщательно обстукивал бетонную поверхность посохом. Следовало бы, конечно, позвать на помощь стаю, да уж ладно – пусть отдохнет немного.

Случайно оглянувшись, Кузьма заметил, что подошвы его сапог оставляют четкие следы. Интересно, куда это он успел вляпаться? Ведь пол здесь вроде бы сухой… Осторожно тронув след и понюхав то, что осталось на кончике пальца, Кузьма поморщился. Не любил он такие дела, очень не любил…

Пришлось возвращаться. Уже через пару десятков шагов он наткнулся на большую лужу свежей крови, которую раньше почему-то не заметил. Натечь она могла только сверху.

Отступив назад, Кузьма направил свет лампы на стену. Там, на высоте три-четыре человеческих роста, из бетона торчали ржавые кронштейны, служившие раньше для размещения каких-нибудь кабелей или трубопроводов.

Каждый кронштейн толщиной превосходил руку. Назвать их концы острыми было никак нельзя. И тем не менее на шести кронштейнах подряд были насажены человеческие тела. На этот раз Князь оказался прав как никогда. Люди здесь действительно были, но никакой опасности из себя уже не представляли.

Снизу Кузьма не мог рассмотреть никаких подробностей. Не трупы, а мешки, вывешенные для просушки. Но все равно было страшно. Особенно его поразило одно тело, крайнее справа. Пробитое кронштейном не на уровне груди, как другие, а чуть ли не в паху, оно свешивалось головой вниз, зато раскоряченные ноги торчали вверх.

Это какой же рост и какую силу нужно иметь, чтобы сотворить такое сразу с шестью здоровенными мужиками! Кузьма с опаской глянул вверх, где вместо бетонного потолка ощущалась опасная и безграничная пустота. Скорее всего неизвестный убийца приходил именно оттуда. А это означало, что он умеет либо летать, либо передвигаться по вертикальным поверхностям. Под такое описание подходил разве что легендарный первозмей урей, в существование которого Кузьма верил с трудом. Впрочем, в стаде химер попадались экземплярчики на любой вкус.

Кузьме сразу расхотелось заниматься мародерством. Грабить покойников не только грешно, но и опасно. Примета есть такая – взял что-нибудь у мертвеца, скоро и сам с ним встретишься.

Прислушиваясь к каждому шороху и поминутно оглядываясь, он вернулся к стенке, перегораживавшей туннель. Здесь почти ничего не изменилось, только исчез со стола сухарь, да везде виднелись пятна помета – стая успела пошуровать.

Подумав немного, Кузьма снял трубку полевого телефона и крутнул ручку зуммера (не раз видел, как это делают темнушники). На другом конце провода молчали, хотя в трубке что-то гудело и потрескивало.

– Але! – Кузьма подул в микрофон.

– Какого хрена алекаешь! – ответил ему далекий сиплый голос. – Кто нужен?

– Тут, понимаешь, такое дело…

– Номер называй, вахлак! Опять наквасились!

– Грубые вы все, темнушники, – обиделся Кузьма. – Вам бы у светляков вежливости поучиться.

– Кого ты, гад, темнушниками называешь? – возмутился неизвестный телефонист. – Если на то пошло, мы не темнушники, а сыны первородной стихии – мрака. Это раз…

– Выродки вы, а не сыны, – перебил его Кузьма. – И не первородной стихии, а пекла. Это два!

– Ты что несешь, мразь! Ты кто такой? Кто тебя к аппарату подпустил? А ну позови старшего!

– Я здесь сейчас и за старшего, и за младшего.

– Погоди, сейчас я к вам наведаюсь и разберусь что к чему! – зловеще пообещал телефонист. – Клоуна из тебя сделаю, клянусь мамой!

– Вот-вот! Наведайся. Я тоже про это толкую. Только поосторожней себя веди. И запасные портки на всякий случай захвати… Да погоди ты, не ори! Вот горло луженое… Тут все ваши ребята досрочно тапочки отбросили. И даже нельзя понять, кто именно их порешил. – Дабы не засорять уши очередной порцией брани, Кузьма положил трубку.

Пора было сматываться. Химера, растерзавшая охрану, могла находиться где-то поблизости – недаром ведь из трупов продолжала сочиться кровь. Да и с темнушниками, которые, надо думать, вскоре прибудут сюда, встречаться что-то не хотелось. Уж очень они скоры на расправу. Сначала свернут скулу, а уж потом спросят, как зовут.

Кликнув стаю, Кузьма двинулся назад. Хочешь не хочешь, а крюк придется делать. Да ведь не в первый раз. Под землей прямых дорог нет. Вот так и проходит жизнь. Всегда на ногах. Всегда вслепую. Всегда на лезвии меча, простертого над бездной…