Грешки
Шрифт:
— Я никогда не питала особого пристрастия к ночным клубам, но мне очень нравится быть в центре всего, что здесь происходит.
— Джанни просил убедить тебя остаться на следующий сезон. Ты хочешь уехать?
— Пока не знаю. Мне здесь очень нравится, но все это начинает напоминать бег на месте. Меня по-настоящему привлекало проектирование, оформление клуба и организация его работы. А теперь, когда все налажено, мне незачем оставаться здесь.
— Незачем? Да ведь именно из-за тебя посетители валом валят в клуб!
Джуно рассмеялась:
— Помнишь того араба, который был там вчера с Карой Кук? Он собирается открыть клуб в Далласе и хочет поручить мне его проектировку и оформление.
— В Далласе! Неужели ты променяешь все это на Даллас?
— Я обдумываю его предложение, ибо, долго прожив в Европе, кажется, созрела для возвращения в Штаты.
— Ты самостоятельно сделала карьеру, поэтому найдешь себе применение где угодно. — Лидия устало потянулась. — Пора вздремнуть. Оставайся у меня. Потом поедем куда-нибудь обедать.
— Доброе утро, мама… Доброе утро, тетя Джуно. — На террасе появились дети. Они шли на пляж, а потом няня собиралась отвезти их в Сассари, в цирк. Лидия ненадолго задержалась с ними, а Джуно отправилась в комнату для гостей.
Джуно проснулась около полудня. Сквозь раскрытые окна слышалось пение птиц и плеск волн. Но откуда-то поблизости доносился другой, очень знакомый звук. Она поняла, что это плачет ее подруга.
Спальня Лидии находилась напротив комнаты для гостей. Джуно накинула кимоно и поспешила к ней.
Окно было распахнуто, Лидия лежала на кровати и, закрыв лицо руками, горько рыдала. Джуно села возле нее.
— Дорогая, что случилось?
Та убрала руки и посмотрела на подругу заплаканными глазами.
— Ах, Джуно… что мне делать со своей жизнью?
Джуно обняла ее:
— Ты можешь делать все, что захочешь. Только не спеши. Все уладится, подожди немного.
— Подождать? — всхлипнула Лидия. — Мне уже за тридцать. У меня трое детей. Красота блекнет, я старею и не знаю, как мне быть…
Джуно взяла в ладони лицо Лидии.
— Ты не старше меня. А что касается внешности, то тебе, черт возьми, хорошо известно, что в «Эввива!» все женщины зеленеют от зависти, глядя на тебя. Посмотри в зеркало… Хоть у тебя и трое детей, но ты выглядишь ничуть не старше, чем была в Йеле. — Джуно вытерла ее мокрые от слез щеки.
— Дорогая, что бы я без тебя делала? Ты — мой единственный верный друг… ты и Алекс. Как бы мне хотелось, чтобы он сейчас тоже был здесь!
— Знаю. Перестань реветь… Все образуется, обещаю.
По щекам Лидии все еще текли слезы.
— Я люблю тебя, Джуно… люблю. — Она поцеловала подругу в губы и провела рукой по ее длинным темным волосам.
— Лидия… — Джуно удивил ее страстный поцелуй.
— Нет, Джуно, я не лесбиянка и не извращенка. Я никогда ни с кем этого не делала. Раньше с нами был Алекс… но ты мне нужна сейчас! — умоляюще воскликнула Лидия. — Займись со мной любовью! Ко мне так давно никто не прикасался.
Понимая, что Лидия несчастна, одинока и нуждается в утешении, Джуно растерялась. Они близкие подруги и к тому же уже занимались этим вместе с Алексом.
Она прижала Лидию к своей груди.
— Я очень люблю тебя!
Джуно осторожно скользнула руками под шелковую ночную рубашку Лидии и сняла ее, потом сбросила свое кимоно. Подруги затрепетали от страха и предвкушения чего-то нового. Потом Лидия приблизилась к Джуно и поцеловала ее.
Поцелуи становились жарче. Нерешительность исчезла. Их языки прикасались друг к другу, разжигая страсть, Джуно погладила и поцеловала шею Лидии.
— Ляг на спину и положи голову на подушку, — прошептала она.
Та, застонав, вытянулась на кровати, закрыла глаза и провела ступней по бедру Джуно.
— Какое гладкое у тебя тело!
Джуно накрыла ладонями груди Лидии, легонько нажимая на них и пощипывая соски. Потом руки ее спустились ниже, лаская мягкий живот и влажный треугольник волос между бедер.
— Ты такая миниатюрная… такая нежная… — Она прикоснулась губами к медно-рыжим волосам.
Лидия прогнула спину и вскрикнула в экстазе:
— Джуно!.. О Джуно!..
Все барьеры рухнули. Остались лишь любовь, нежность, желание отдать все, что необходимо каждой из них. Тела подруг одновременно содрогнулись в момент наивысшего наслаждения.
Они долго лежали, обнявшись.
— Ах, Джуно! — радостно воскликнула Лидия. — Я чувствую себя так… — Она вдруг приподнялась на локте и с тревогой заглянула в глаза подруги:
— Ты не расстроилась, нет?
Та улыбнулась и приложила палец к губам Лидии:
— Ш-ш-ш… Это было чудесно. Я тоже нуждалась в этом.
Лидия закурила сигарету.
— Тебе не кажется, что сейчас все было иначе, чем с Алексом?
Джуно кивнула:
— Я никогда не думала, что смогу сделать это… ну, с тобой, без него. Но все было замечательно. — Она откинулась на подушку. — Помнишь то утро в Париже, когда он уехал со своей кинозвездой? По-моему, у нас и тогда возникла такая мысль?
— Да, я хотела этого. Но теперь, вспоминая те дни, думаю, что не решилась бы. — Она снова посмотрела на Джуно. — Но ведь это ничего не изменит в наших отношениях? — В ее глазах мелькнула тревога.
— Ты боишься, что мы, забыв о мужчинах, сбежим куда-нибудь вдвоем? Ни малейшего шанса! Конечно, я не стала бы зарекаться, что мне никогда не захочется попробовать это еще раз, но…
— Пожалуй, раз в двенадцать лет?
— Как, по-твоему, рассказать об этом Алексу?
— Лучше не надо. Это слишком возбудит его…