Грешная
Шрифт:
Вид сцены был частично скрыт большим усилителем, так что Эмили видела только барабанщика с растрепанными волосами.
По мере того как играло вступление, исполнение Carpe Diem все больше походило на эмо-рок, чем на Creed II.
И когда солист пропел первый куплет, Эмили была удивлена тем, что голос был... приятный.
Она подвинула мужчину и его детей, сидящих впереди нее, чтобы получше рассмотреть группу.
Долговязый парень стоял перед микрофоном, медового цвета гитара переброшена через грудь.
Он был одет в изношенную футболку овсяного цвета, черные джинсы и бордовые скейтерские кеды Vans, такие же как у Эмили.
Это был приятный сюрприз - она ожидала, что вокалист окажется клоном Джефри Кейн.
Девушка, сидящая рядом с Эмили, начала подпевать себе под нос.
Вслушавшись в слова, Эмили сразу поняла, что группа исполняла кавер на ее любимую песню Аврил Лавин "Nobody's Home".
Она слушала ее снова и снова в самолете по пути в Айову, чувствуя себя запутавшейся опустошенной девочкой, о которой пела Аврил.
Когда группа закончила песню, вокалист отошел от микрофона и стал всматриваться в толпу.
Его чистые светлые голубые глаза остановились на Эмили, и он улыбнулся.
Внезапно, удар тока прошел сквозь нее от макушки до пяток.
Было ощущение, будто кофеина в ее кофе было в десять раз больше обычного.
Эмили незаметно огляделась.
Ее мама облокотилась на кофейную стойку, разговаривая со своими друзьями из хора
Джемисон и Миссис
Харт.
Группа пожилых леди сидели выпрямившись на скамейках, как во время церковной службы, растерянно уставившись на сцену.
Отец Тайлер был около исповедальни, он весь согнулся, смеясь над словами какого-то пожилого человека.
Было удивительно, что никто не заметил того, что только что произошло.
До этого она чувствовала подобный удар молнии только дважды.
Впервые, когда она поцеловала Эли в ее домике на дереве в седьмом классе.
Второй раз, когда она поцеловала Майю в фото-будке Ноэля Кана прошлой осенью.
Но, возможно, это всего лишь следствие сегодняшней тяжелой тренировки в бассейне.
Или аллергия на батончик PowerBar с новым вкусом, который она съела перед тренировкой.
Вокалист установил свою гитару на стойку и помахал толпе.
— Меня зовут Айзек, а это Кит и Крис, — сказал он, указывая на участников группы.
— Мы собираемся сделать небольшой перерыв, но мы вернемся.
Айзек встал, снова посмотрел на Эмили и сделал шаг по направлению к ней.
Сердце Эмили застучало, и она подняла руку, чтобы помахать ему, но как раз в этот момент барабанщик уронил одну из своих тарелок.
Айзек обернулся к своей группе.
— Ты идиот, — сказал Айзек со смехом, толкая барабанщика в плечо, прежде чем проследовать с остальными ребятами за бледно-розовые кулисы, ведущие к самодельной церковной сцене.
Эмили сжала челюсти.
Почему она помахала?
— Ты его знаешь? — спросил завистливо звучащий позади нее голосок.
Эмили обернулась.
Две девушки, одетые в униформу Академии Святой Троицы - белые блузки и черные накрахмаленные плиссированные юбки - уставились на нее.
— Оу, нет, — ответила Эмили.
Девушки повернулись друг к другу, удовлетворенные ответом.
— Мы учимся с Айзеком в одном классе по математике, — сказала блондинка своей подруге.
— Он такой загадочный.
Я даже не знала, что у него есть группа.
— У него есть девушка? — шепотом спросила ее темноволосая подружка.
Эмили переминалась с ноги на ногу.
Они были версиями Ханны Марин в Католической школе: невероятно худые, с блестящими длинными волосами, идеальным макияжем и правильно подобранными сумками Coach.
Эмили коснулась своим мягких, завитых от хлорки волос, и расправила свои брюки Old Navy цвета хаки, которые были по крайней мере на один размер велики.
Внезапно она пожалела, что не накрасилась, хотя обычно она этого и не делала.
Конечно, не было причины чувствовать себя конкурентноспособной с этими девчонками.
Не то чтобы ей понравился этот Айзек.
Эта волна электричества, которая прошла сквозь нее, и все еще отдавалась в кончиках пальцев, была просто...случайностью.
Всплеск.
Да, именно так.
И в ту же секунду Эмили почувствовала, что кто-то тронул ее за плечо.
Она подпрыгнула и обернулась.
Это был Айзек.
И он улыбался ей.
— Привет.
— Ух, привет, — сказала Эмили, игнорируя трепет в груди.
— Я Эмили.
— Айзек.
Вблизи он ощутил запах апельсинового шампуня из Боди Шоп, которым Эмили использовалась уже несколько лет.
— Мне понравился твой кавер на "Nobody's Home, — сказала Эмили прежде чем остановить себя.