Чтение онлайн

— Кто знает, кого он видит?

— Умную женщину.

— Да, это очень сексуально.

— Для многих мужчин — да.

— Или они так говорят. Но знаете что? Я набила себе столько шишек в те времена, когда еще верила в это. Если есть выбор, мужчина всегда предпочтет сиськи и задницу.

Риццоли с мрачной решимостью сосредоточилась на дороге. Обочины улиц уже обросли грязными сугробами, а окна припаркованных автомобилей покрылись ледяной коркой.

— Что-то он все-таки нашел в вас, Джейн. И этого было достаточно, чтобы в нем проснулось желание.

— Скорее, его возбудило дело, по которому мы вместе работали. Азарт охоты. Знаете, как это разогревает чувства? Адреналин заставляет видеть все по-другому, чувствовать иначе. Ты работаешь с кем-то в паре сутками и в таком тесном контакте, что начинаешь узнавать партнера по запаху. Ты знаешь, как он пьет кофе, завязывает галстук. Потом дело приобретает опасный поворот, и вы вместе начинаете злиться, вместе бояться. И очень скоро все это становится похожим на любовь. Но это не любовь. Просто двое людей, работая в такой напряженной обстановке, уже не видят разницы между страстью и азартом погони. Думаю, то же самое случилось и с нами. Мы встречались возле нескольких трупов. И со временем даже я начала казаться ему красавицей.

— И у вас он тоже вызывал подобные ассоциации? Стал со временем казаться красавцем?

— Черт! Он действительно красавец.

— Если бы вы не любили его, если бы он был вам безразличен, тогда вы не переживали бы встречу с ним так болезненно. Разве я не права?

— Не знаю! — с отчаянием в голосе воскликнула Риццоли. — Я не знаю, что чувствую к нему!

— Это зависит от того, как он к вам относится.

— Уж об этом я его точно не собираюсь спрашивать.

— Во всяком случае это единственная возможность получить прямой ответ.

— Как там говорится: если не хочешь слышать ответ, не задавай вопроса?

— Кто знает. Ответ может оказаться приятным сюрпризом.

Они зашли в кафетерий на Шредер-Плаза, взяли по чашке кофе и поднялись наверх, в конференц-зал. Пока ждали Кроу и Дина, Маура наблюдала за тем, как Риццоли судорожно рылась в бумагах и папках, словно пытаясь отыскать содержавшиеся в них секретные сведения. В начале третьего из коридора наконец донесся мелодичный сигнал прибывшего лифта, а следом раскатистый смех Кроу. Риццоли заметно напряглась. Мужские голоса звучали все ближе, а ее взгляд был по-прежнему прикован к бумагам. Когда в дверях показался Дин, она не сразу подняла голову, как будто отказываясь признавать его власть над ней.

Маура познакомилась с агентом Габриэлем Дином в конце августа, когда он подключился к расследованию серии зверских убийств богатых супружеских пар в районе Бостона. Статный, импозантный, умница, он быстро занял лидирующее положение в следственной группе, и его конфликт с Риццоли, возглавлявшей расследование, был неизбежен с самого начала. Маура первой заметила, что конфликт перерос во взаимное влечение. На ее глазах разгорался их роман, она видела, какими взглядами они обменивались, стоя над трупами жертв. От Мауры не ускользнули ни смущенный вид Риццоли, ни ее растерянность. Рассвет любви всегда окрашен смущением.

Так же, как и ее закат.

Дин вошел в комнату, и взгляд его тотчас упал на Риццоли. Он был в костюме с галстуком, и его лощеный внешний вид контрастировал с мятой блузкой Риццоли и ее неприбранными волосами. Когда она наконец взглянула на Дина, в ее глазах явственно читался вызов: «Я такая. Не нравится — уходи».

Кроу занял место во главе стола.

— Итак, вся банда в сборе. Обменяемся мнениями.

Он посмотрел на Риццоли.

— Давайте сначала послушаем ФБР, — сказала она.

Дин открыл портфель, который принес с собой, достал оттуда папку и передал ее через стол Риццоли.

— Эта фотография была сделана десять дней тому назад в Провиденсе, штат Род-Айленд, — сказал он.

Риццоли раскрыла папку. Мауре, которая сидела рядом, фотография была очень хорошо видна. Это был снимок с места преступления — труп мужчины в позе зародыша в багажнике автомобиля. На желтовато-коричневом коврике виднелись брызги крови. Лицо жертвы, что удивительно, практически не пострадало, глаза были открыты, а кожа приобрела пурпурный цвет из-за отека.

— Жертва — Говард Редфилд, пятьдесят один год, разведенный, белый мужчина, из Цинциннати, — начал Дин. — Причина смерти — пулевое ранение в левый висок. Кроме того, у него имеются множественные переломы обеих коленных чашечек от ударов тупым предметом, предположительно молотком. Также отмечены сильнейшие ожоги обеих рук, связанных за спиной клейкой лентой.

— Его пытали, — догадалась Риццоли.

— Да. По полной программе.

Внезапно побледнев, Риццоли откинулась на спинку стула. Маура единственная из присутствовавших знала причину недомогания и потому с тревогой наблюдала за Джейн. Она видела, как на лице Риццоли отражается мучительная борьба с подступающей тошнотой.

— Его обнаружили мертвым в багажнике собственной машины, — продолжал Дин. — Автомобиль был припаркован примерно в двух кварталах от автобусной станции в Провиденсе. Это всего в часе-полутора езды отсюда.

— Но это уже другой штат, — заметил Кроу.

Дин кивнул.

— Поэтому вам ничего и не сообщали по факту этой смерти. Убийца вполне мог привезти труп в багажнике в Провиденс, оставить там машину и вернуться на автобусе в Бостон.

— Вернуться в Бостон? Почему вы решили, что он выехал отсюда? — спросила Маура.

— Это только предположение. Мы даже не знаем, где на самом деле произошло убийство. Так же, как нам ничего неизвестно о перемещениях Редфилда за последние несколько недель. Его дом находится в Цинциннати, но убитым его почему-то находят в Новой Англии. Отследить его передвижения по кредитной карте или регистрации в отелях, где он мог останавливаться, не удалось. Известно лишь, что месяц назад он снял большую сумму наличных со своего счета. И после этого уехал из дома.

— Похоже на человека, ударившегося в бега, — сказала Маура. — Возможно, он был сильно напутан.