Грешник
Шрифт:
И, рассекретив вампиров и Общество Лессенинг, даст начало апокалипсису.
Да, обе стороны согласились на полной конфиденциальности.
И на этой ноте Бутч заставил себя вернуться к делу. Протянув руку, он схватил нежить за плечо и перевернул его. Бульканье стало еще громче, и Бутч уставился на расквашенное лицо с широкой ухмылкой. Свеже нарисованный рот ниже подбородка сочился черной маслянистой кровью, но даже если вся жидкость вытечет из тела, оно все равно будет двигаться.
Было всего два способа заставить лессера исчезнуть. Первый — удар стальным кинжалом в грудину, лезвие должно войти в пустое пространство, где раньше находилось сердце. Хлоп, поп, ш-ш — и ты снова с Омегой… частица зла, когда-то помещенная в ранее человеческое тело, возвращалась в лоно создателя, включаясь в цикл переработки, чтобы затем обрести дом в новом сосуде.
Второй способ «убить» врага — тот, что приближал окончание войны, и он был доступен только Бутчу.
Убирая кинжал, Бутч поднял взгляд на паривший наверху вертолет, яркий луч прошелся мимо него и лессера. Нужно поторопиться. Он не станет рассчитывать на удачу, ожидая, когда вертолет вернется. С хрипом Бутч поместил руки по обе стороны от головы лессера. Потом наклонившись, согнув локти, встречаясь взглядом с немертвым. Сложно сказать, насколько лессер понимал происходящее. Он выпучил глаза как два блюдца, белки буквально сияли в темноте. Но в них не было жажды отмщения или злобы.
Это был откровенный ужас. Несмотря на то, что человечность покинула его, свойственный людям страх звучал очень громко.
— Ты не отправишься домой, — пробормотал Бутч. — Я спасу тебя. Даже если ты этого не заслуживаешь.
Хотя он не был уверен в этом.
Убийца пытался сбежать, когда у него был шанс. Он не напал. Не отбивался с оружием. Очевидно, что он не был тренирован, и он был один.
Бутч знал это наверняка — он чувствовал парней Омеги, и поблизости никого не было. Он знал это, потому что короткий отрезок времени сам был одним из них.
— Ты жалеешь о том на что согласился? — прошептал Бутч.
Голова медленно кивнула, и одинокая слеза скатилась из опухшего, налитого кровью глаза.
Рот — настоящий, а не тот, что вырезал Бутч кинжалом — беззвучно прошептал:
«Уже поздно».
***
В шести блоках Джо выбросила якорь и отцепила от себя мужскую руку. В ответ прозвучал мгновенный визг плечевого сустава, и мужчина резко обернулся.
— Для тебя здесь небезопасно, — сказал он.
Краем сознания она отметила, что он совсем не сбился с дыхания. Она же, с другой стороны, довела легкие до полного перенапряжения.
— Ты должна довериться мне.
— Нет уж, — сказала она, глотая воздух.
Он посмотрел в сторону, откуда они убегали, так, словно их преследовали. Или собирались преследовать.
— Я не могу оставить тебя здесь.
У него был странный акцент. Не совсем французский, недостаточно немецкий. Но и не итальянский.
Опустив голову, мужчина втянул носом воздух. Потом выругался.
— Я нужен тебе…
Джо резко отступила назад.
— Оставь меня в покое…
— Не могу. Ты умрешь.
Страх вспыхнул в ее груди, и не потому, что она испугалась его.
— Ты не знаешь меня….
Мужчина снова выругался.
— Послушай меня…
Вертолет пролетел над соседним зданием, луч света описал жирный круг, направляясь в их сторону.
— Полиция тебе не поможет, — сказал он. — Они арестуют тебя. А я знаю, куда тебе нужно. Ты можешь мне верить.
— Я не стану убегать от…
— Они видели, как ты направляла на меня пистолет. Они знают, как ты выглядишь. Хочешь закончить эту ночь за решеткой? Или выбраться отсюда?
Когда Джо посмотрела наверх, порывы воздуха из под лопастей вертолета сдули ее волосы назад. Чтобы сдержать непослушные пряди — потому что она не хотела, чтобы ее потом опознали, Джо рывком надела капюшон.
— Я не верю тебе, — она пыталась перекричать шум ветра.
— Хорошо. Ты и не должна. Но только я могу тебе помочь.
— Сукин сын, — пробормотала Джо.
Когда мужчина снова взял ее за руку, Джо ожидала, что он снова потащит ее за собой. Но он остался на месте, его огромное тело было напряжено, глаза пылали, а вся сущность испускала такую тревогу, словно он спасал ее от серийного маньяка.
Джо представила, как будет выглядеть на снимке в полицейском участке. Потом — восторг Дика из-за ее ареста. Наконец, подумала о своем банковском счете. Она могла быть приемной дочерью Великих Эрли из Филадельфии, но разлука, произошедшая много лет назад, сильно ударила по ее финансам.
— Ну, и куда мы идем? — возмущалась она.
А он все не двигался.
— С тобой ничего не случится, я не позволю.
— Отлично, завязывай с разговорами, начинай двигаться, или я сама.
Он кивнул, словно они заключили некую сделку, а потом они тронулись с места, побежав по переулку, углубляясь в сеть городских улиц, под грохот вертолета, парившего над их головами. Они периодически поворачивали под его уверенным руководством, словно мужчина знал точно, куда ведет ее, и Джо не отставала, желание избежать встречи с полицией придавало ей скорость спринтера.
Резко повернув направо, он повел их по узкому проулку между двумя зданиями, а потом…
Вывел их прямо на пути патрульной машины Отделения Полиции Колдвелла.
Он остановился, когда они попали под свет фар. Она тоже.
Может, это офицер МакКордл, — подумала Джо.
— Опустите оружие! — раздался женский голос, когда офицер открыла дверь и направила собственный пистолет в проем, образовавшийся между дверью и лобовым стеклом. — Опустите оружие, быстро!
Джо вскинула обе руки вверх.