Чтение онлайн

Этот подонок Гримм еще заплатит за унижение Гейтса в бухте Фретта. Пусть даже ему понадобятся все адмиралы Кенинзельф Кью, он добьется своего.

Недельный тур по Фольтессе окончился в особняке Багряной липы. В отличие от других игроков, у нас было важное преимущество — информация. Все знали, что в заброшенном поместье скрывалось нечто важное. Никто не сомневался, что с хранителем врат следовало именно договариваться, а не сражаться. Возможно, некоторым было известно, что в этом поместье когда-то жил лорд Альберт Торнтон. Было совсем маловероятно, но все же возможно, что кто-то из игроков встречался с Аурелио Магне Деусом из всяких книжек и легенд. Но я был уверен, что никто не знал о связи между продажным лордом и сбрендившим магом.

Пока моя копия отвлекала игроков и НИПов, Нокс воспользовался Мастерством обмана и собрал ребятню, приведя их к стражнику особняка. Почему более сотни детей? Потому что мы не были уверены в условиях прохода. Ирен и Маррайяш использовали на всех детях бафы для увеличенного запаса маны, но стражник выбрал шестерых беспризорников. Он велел нам быстро избавиться от остальных. Мне не особо хотелось убивать детей, даже если они были НИПами, поэтому мы сошлись на Мастерстве обмана Нокса и амнезиаке Павла.

Порой казалось, что у него в инвентаре есть вообще все! Прямо как в женских сумочках. Похищенные детки в трансе побрели обратно в городок, а мы прошли через ворота и очутились в другой локации.

— Ах… — вздохнула Сара.

— Эх… — поддержал ее Сэмми.

— Это не то место, — озадачился Нокс.

По рассказам лиса, Аурелио Магне Деус жил в старинном особняке со скрипящим деревянным полом и узкими коридорами. Мрачные, пыльные шторы, постоянный полумрак и непроходящий холод. Пленники со временем забывали, как греют лучи солнца, как сверкают звезды на ночном небе, как зябкая осень окатывает ветрами и моросящим дождем. День ото дня несчастные находились в чертовом поместье, почти позабыв о существовании внешнего мира.

Но это крайне отличалось от зрелища, представшего перед нами. Дворец. Нет. ДВОРЕЦ. Однажды я посещал Собор Святого Петра и Версаль. Так вот все это было блеклой, невыразительной работой бесталанного, криворукого жопорука, по сравнению с ЭТИМ.

— Эх, — вновь вздохнула Сара.

Как радужная живность ярким калейдоскопом покрывает Большой Барьерный риф, так и лепнина с узорами всех форм и размеров покрывали это божественное творение. Его нельзя было назвать зданием. Это было совершенное произведение искусства. Посмотришь раз — не сможешь отвести взгляда.

Рассматривая причудливые сюжеты на барельефах, было невозможно отвлечься. За одним элементом скрывался другой, поизящнее, поинтереснее. Взгляд цеплялся за следующий кусочек. Бесконечная симфония красоты и изящества пленила нас всех.

— Не видела ничего уродливее, — бросила Ирен.

— Ч-чего?!

— Забей, они этого не видят, — брякнул Нокс.

— Кто не видит? Что? — Сэмми глупо крутил головой, пытаясь найти поддержку. — Я не догоняю. Вы о чем?

— Духи видят это место в ином свете, — сказал Маррайяш.

— Гримм, нужно уничтожить его любой ценой, — сказала Анна, прожигая взглядом ни в чем не повинную, очень красивую дверь.

— Что ж, о вкусах не спорят! — пропел Сэмми и двинулся ко входу.

Рывок. Земля будто резко дернулась куда-то назад, особняк отдалился, а пространство расширилось. Мы не успели ничего понять, как оказались вдали от особняка. Нас разделял громадный сад-лабиринт.

Прежде чем мы пришли в себя перед нами возник дворецкий. Бледнее хладного трупа, со стеклянными глазами и лицом без единой морщинки, он беспристрастно проговорил:

— «Кто-то проник в мои владения? Что за вздор!», раздраженно выкрикнул магистр, не скрывая досады.

— Новая кукла старого извращенца? — выплюнул Нокс, выхватив из воздуха сияющий клинок.

— «Если добровольно передадут товар, оставь в живых. Пусть катятся отсюда на все четыре стороны», сказал магистр.

Сара выстрелила первой. Следом за ней Нокс ринулся к дворецкому, выставив на изготовку кинжалы, наполненные антимагией.

— Стойте! — прикрикнул Павел.

Нокс отступил, Сара так и застыла с бластерами за спиной дворецкого. На нем не осталось и царапины.

— Это иллюзия, — сказала Анна.

— «Всего лишь игра света», сказал я без тени эмоции, — сказал дворецкий.

— Детей мы не отдадим, — выступила вперед Ирен. — Каждую заточенную в этом аду душу мы освободим, а виновника настигнет возмездие.

— Своих кишок не соберет, — кровожадно ухмыльнулась Анна.

— «Какая досада», сказал я, на самом деле не испытывая чувства досады. «Удивительно», подумал я, удивляясь получившемуся каламбуру. «Странно», подумал я…

Мы прошли мимо застрявшего в рекурсивных размышлениях дворецкого.

— Что за хрень?.. — покрутил Сэмми пальцем у виска.

— В твоем прошлом слишком много лабиринтов, плут. Что здесь, что в обители змея…

— Заткнись, ведьма.

Бессознательные дети висели в воздухе, окутанные сгустком психокинетической энергии. Отправить их домой не получилось. Все, нарисованное Зачарованным мелком странника расплывалось бесформенным пятном. Сэмми высказал теорию, что за подобную кляксу любители современного искусства выложат кругленькую сумму. Довольно здравая мысль, к слову. В общем, пришлось постоянно защищать детей от нападок странных мобов.

Первым противником на нашем пути стала ожившая статуя полуголого мужика. Типичный образ из античности. Безмолвный, нерасторопный, он атаковал очень медленно и неуклюже, но то и дело собирался из разрушенных кусков. Нокс не выдержал и воткнул в грудь статуи клинок Антимагии. Закутавшийся в простыню бедняга тут же развалился и так и не собрался обратно.

Таких вот статуй, любителей прогуляться вне своего постамента, оказалось в лабиринте как китайцев в… везде, в общем-то. Изящные красавицы, мыслители с устремленным вдаль взглядом, величавые львы, мелкие кролики и прочая живность, запечатленная в камне, не кончалась.