Гриша
Шрифт:
Через пару лет отец немного отошел от горя и продолжил активно летать в командировки на космодром в Казахстан. В эти дни Вера говорила мне, что надо присмотреть за загородным домом, и исчезала на несколько дней. Я, старшеклассница, не знала тогда цель этих сестринских вояжей. Оставалась смиренно дома, готовила себе еду, убирала, стирала. Много времени занимала музыкальная школа, которую я очень любила и уже прилично владела игрой на фортепьяно и аккордеоне. На мои телефонные звонки сестра отвечала не сразу и говорила, чтоб я её не беспокоила, она, мол, работает. Вера действительно училась в инязе и подрабатывала переводчицей в библиотеке иностранной литературы. Возвращалась с дачи она всегда в приподнятом настроении, голодная и невыспавшаяся. От неё пахло чем-то или кем-то чужим и тянулся шлейф некой тайны, о которой мне знать было рано.
Но прошло ещё пять лет. Я стала совсем взрослой. Успела окончить школу, поступить в Государственный музыкально-педагогический институт имени Ипполитова-Иванова, быстренько по уши влюбиться, выйти замуж, резко разлюбить и развестись, сохранив девичью фамилию и добрые отношения с папой и сестрой.
Два года назад, после очередного посещения дачи в папино отсутствие, Вера вернулась не одна. В плетёной корзинке на шерстяном пледе лежал живой мохнатый комочек шоколадного цвета. Он скулил, писался, просил есть. На вопрос, откуда это чудо, Вера ответила, что любовник подарил. Вернувшийся из командировки отец мгновенно схватил щенка на руки, прижал к себе, чмокнул в мокрый нос и сказал, что никому его не отдаст, поселит на даче и назовёт Чарли в честь актёра и режиссёра Чаплина, от которого без ума всю свою жизнь. Комочек шерсти оказался породистым кокер-спаниелем, о чём были выданы соответствующие документы в собачьем клубе. Он рос и умнел, жил с отцом, а когда тот улетал, Вера мчалась «кормить и гулять собаку». Когда Чарли исполнился годик, я напросилась поехать с сестрой на дачу, устроить ему праздник. Мы купили для собаки и для себя разных вкусняшек, проводили папу в дальний путь и остались кутить. Так получилось, что мы с сестрой не рассчитали с алкоголем. Глубокой ночью, сидя у камина в хорошем подпитии, слушая треск дров и храп Чарли, Вера произнесла следующий монолог:
Конец ознакомительного фрагмента.