Чтение онлайн

Холлоран заметил проход неподалеку слева — лес расступался, открывая взгляду небольшое окно. Холлоран убавил скорость, сворачивая на подъездную аллею; дорога стала неровной, и «Мерседес» чуть покачивался на ходу. Ржавые решетчатые железные ворота, к которым подъезжал их автомобиль, выглядели хмуро и неприступно, как и окружающий их лес. Надпись, выдавленная в мягкой стали, гласила: НИФ.

— Подождите немного, — распорядился Клин.

Холлоран остановил автомобиль и стал ждать, поглядывая по сторонам. Два высоких столба, изрядно пострадавших от ветра, дождя и времени, поддерживали дверцы ворот; на их верхушках застыли каменные скульптуры каких-то диковинных зверей (может, то были грифоны? сложно сказать...); их пустые глазницы свирепо уставились на машину; их пасти, позеленевшие от лишайника, растущего на камне, раскрылись в беззвучном сердитом оскале. Через эти ворота, заметил про себя Холлоран, ничего не стоит перебраться. Так же как и через стену, между прочим. Ни колючей проволоки наверху, ни, насколько он мог об этом судить, электронной системы сигнализации. И, конечно, самое великолепное укрытие на всем пути от дороги к стене, какое только мог бы пожелать противник, собравшийся проникнуть в дом — эти кусты и деревья. Охрана жизни клиента обещала быть весьма сложной задачей.

Он взглянул дальше, за ворота.

Там стояло двухэтажное каменное здание — что-то вроде сторожки или охотничьего домика; его стенам, несомненно, сильно досталось от дождей и ветров. Окна были черны, как душа дьявола.

Холлоран нахмурился, когда это неожиданное сравнение пришло ему в голову:

..."черны, как душа дьявола".

Эта фраза запомнилась ему с детских лет, проведенных в Ирландии, только тогда она прозвучала несколько иначе: «душа, преданная дьяволу». Произнес эти слова его Отец О'Коннелл, задавая мальчику трепку за отвратительную проделку, которую Лайам совершил вместе с двумя братьями Скалли (младший из двух братьев-сорванцов, горько раскаиваясь, сознался в своем грехе, напуганный смертельной опасностью, грозящей его душе, попавшей под влияние Холлорана). Лайама пороли за кощунство, за осквернение собора св. Жозефа: под его руководством приятели, пробравшись ночью в храм, оставили дохлую кошку, которую они нашли раздавленной на обочине дороги, в церковной дарохранительнице. Когда на следующее утро Отец О'Коннелл пришел за священным сосудом, он увидел, что внутренности несчастного животного вытекли на мягкий белый шелк, которым были обиты стенки чаши, а мертвые, тусклые кошачьи глаза слабо поблескивают под лучами солнца.

Безвозвратно пропала душа Лайама, говорил священник, сопровождая каждую фразу несколькими взмахами своей огромной руки, держащей розгу, и нет ей надежды на спасение. Душа его столь же безобразна и «черна, как душа, преданная дьяволу». Исчадие самого Ада, негодяй, который непременно окончит свой неправедный путь в...

Холлоран моргнул, и греза, во власти которой он только что находился, бесследно развеялось. Почему его вдруг так растревожило воспоминание о детской шалости? За ним водились грехи куда похуже этого.

— Ворота заперты? — ирландский акцент еще раз прозвучал в речи Холлорана, когда он задавал Клину вопрос; по его задумчивому тону было видно, что мысли его сейчас заняты прошлым.

— В некотором смысле да, — ответил Клин.

Холлоран обернулся и глянул на улыбающегося медиума через плечо.

— Подождите, — повторил Клин.

Холлоран выпрямился на своем сидении и стал смотреть вперед сквозь металлические прутья решетки. Домик показался ему абсолютно мертвым и пустым, в нем не было заметно никакого движения; никто не подошел к воротам по дорожке, посыпанной гравием. Прищурившись, он различил — вернее, ему «показалось», что он различил — движение какой-то неясной тени в темном окне верхнего этажа. Тень шевельнулась — и замерла; больше его обостренному зрению не удалось подметить ничего.

— Открой, Монк, — приказал Клин своему телохранителю.

Ворча, словно рассерженный пес, верзила-американец открыл боковую дверцу автомобиля и боком, пригнувшись, вылез наружу. Проворно подойдя к воротам, он лениво поднял руку, чтобы толкнуть одну створку, тут же опустив руку обратно. Низ дверцы со скрипом проехался по неровной поверхности дороги. Столь же плавным, небрежным движением Монк открыл другую створку и встал сбоку от ворот, словно часовой на посту, в то время как Холлоран медленно въезжал в приусадебный парк. «Мерседес» плавно остановился, и Монк опять затворил ворота.

Холлорана рассердила эта глупая сцена, разыгранная лишь для того, чтобы открыть ворота. Несколько мгновений спустя он подумал, что, верно, кто-то находящийся в доме открыл электронный затвор ворот, пока они стояли снаружи. Однако, проезжая ворота, он не заметил ничего похожего на такой механизм.

— Я так понимаю, что в доме есть кто-то, кто может остановить непрошеных гостей, если это потребуется? — спросил Холлоран, но Клин лишь неопределенно улыбнулся в ответ.

Холлоран, уже порядочно раздраженный этими выходками, собрался было повторить свой вопрос, как вдруг позади за воротами раздался резкий визг тормозов машины. Быстро обернувшись, он увидел машину своего напарника, возвращавшуюся обратно к просвету в густой зелени и вскоре свернувшую на аллею.

— Скажите Монку, чтобы он снова открыл ворота, — сказал Холлоран.

— Никак невозможно, — покачал головой Клин. — Вы сами знаете правила, Холлоран.

В голосе медиума послышались веселые нотки, словно нервное напряжение, не оставлявшее его всю дорогу, бесследно исчезло — очевидно, он чувствовал себя уже совсем дома.

— Это ваше личное дело! — выбравшись из «Мерседеса», Холлоран пошел обратно к воротам, и Монк нехотя приоткрыл одну створку, выпуская его наружу. Двое агентов «Щита» ждали возле «Гранады».

— Едва не проскочили этот дом, — сказал один из них, когда Холлоран подошел поближе.

Холлоран кивнул:

— Не сразу заметишь. Как там «Пежо», Эдди?

— Скрылся. Никаких следов. Холлоран ничуть не удивился. — Вы получили ответ с Базы? — Как мы и думали, машину угнали. С платной автостоянки в Хитроу, прошлой ночью. Обычная история — владелец машины оставил свой пропуск на выезд в салоне автомобиля.

— Сообщим куда следует? — спросил второй агент, во время разговора не спускавший глаз с дороги.

— Это пусть Снайф решает. Лично я думаю, что наш клиент не слишком обрадуется, если мы сейчас втянем в это дело полицию. Посмотрим. Если произойдет что-то серьезное, тогда, может, мы и сами будем настаивать на их вмешательстве.

Оба оперативника усмехнулись, очевидно, представив себе в деталях, насколько «серьезной» должна быть та ситуация, которую подразумевал Холлоран.

— Не прочесать ли нам эту рощицу? — спросил Эдди, указывая на приусадебный парк впереди за стеной.

Холлоран покачал головой.

— "Запретная зона" для вас обоих. Охраняйте дороги вокруг и особенно следите за тем «Пежо». Почем знать, может быть, они рискнут испытать судьбу еще раз. Я все время буду носить с собой радиотелефон, чтобы вы могли предупредить меня в любой момент, если заметите что-то подозрительное. Пока все, что я здесь видел, не слишком утешает: это место довольно рискованное, поэтому будьте начеку. Через три часа возвращайтесь сюда, к главным воротам, чтобы вас могла сменить следующая бригада.