Чтение онлайн

– Я с ней встречался.

– Черт подери, Гарри!

Я даже не обратил внимания на ее злость.

– Ты же сама знаешь, Мёрф, она с тобой не будет разговаривать. Она из старомодных девиц-монстров. Никакого сотрудничества с властями.

– А с тобой она что, говорила? – обиделась Мёрфи.

– Еще как.

– Я бы тебя в тряпку измочалила, когда бы ты и так ей не смотрелся, – вздохнула Мёрфи. – Ну, и что ты узнал?

– Бьянка здесь ни при чем. У нее нет ни малейшего представления, кто это мог сделать. Она сильно напугана, – я благоразумно умолчал, насколько она напугана: настолько, что едва не разорвала меня на куски.

– Выходит, кто-то послал предупреждение – но не Бьянке?

– Джонни Марконе, – кивнул я.

– Война гангстерских кланов, – задумчиво произнесла Мёрфи. – А теперь еще и с применением магии. Мафиозные чары. Господи, спаси и сохрани, – она побарабанила каблуками по торцу стола.

– Война гангстерских кланов. Поставщики «Третьего Глаза» против традиционных наркотиков. Верно?

Она настороженно покосилась на меня.

– Угу. Да, все именно так. Откуда ты знаешь? Мы ведь держали эту информацию в тайне от прессы.

– Ну, я тут столкнулся с одним парнем, у которого от «Третьего Глаза» крыша поехала. Так вот, кое-что из того, что он говорил, заставляет меня считать, что эта дрянь – не просто дурит голову. Она и правда открывает возможность видеть скрытое. И надо быть очень, очень хитрозадым чародеем, чтобы производить такое зелье в больших количествах.

Голубые глаза Мёрфи возбужденно заблестели.

– Значит, тот, кто поставляет на улицы «Третий Глаз»...

– …тот и убил Дженнифер Стентон и Томми Томма. Я в этом совершенно уверен. Это логично.

– Пожалуй, я с тобой соглашусь, – кивнула Мёрфи. – Что ж, хорошо. Сколько ты знаешь людей, способных сложить такое убийственное заклятье?

– Бог мой, Мёрфи, – взмолился я. – Не можешь же ты просить, чтобы я передал тебе список имен, чтобы ты тащила народ со всех окраин на допрос.

Она наклонилась ко мне, и голубые глаза ее вспыхнули свирепым синим светом.

– А вот и ошибаешься, Гарри. Очень даже могу. И просить, и приказать передать мне этот список. А если ты откажешься, я могу закатать тебя в кутузку, в одиночку, и так быстро, что у тебя и голова закружиться не успеет.

– Моя голова уже кружится, – возразил я и хихикнул. В голове стучало: бух, бух, бух... – Ты этого не сделаешь, Мёрф. Я же тебя знаю. И ты, черт побери, тоже прекрасно знаешь: если бы у меня было что-то, чем ты могла бы воспользоваться, я бы это тебе дал. Если бы только разрешила мне участвовать в следствии, дала мне шанс...

– Нет, Гарри, – сухо перебила меня она. – Никаких шансов. Я и без тебя по самое не хочу в трясине с аллигаторами, так что уж не усложняй все это еще хуже. Ты и так уже пострадал, и не проси, чтобы я тебе к веревке еще и мыла прикупила. У меня нет ни малейшего желания отскребать тебя от бетона. У того, кто убил Томми Томма, явно испортится характер, когда его загонят в угол, и это не твоя работа делать это. Моя.

– Не кипятись, – посоветовал я ей. – В конце концов, это на тебя давит начальство со сроками.

Лицо ее побледнело, глаза приобрели совсем уже неестественную по интенсивности окраску.

– Ты просто дерьмо, Гарри!

Я открыл рот, чтобы ответить ей, я даже начал говорить что-то, но тут мой череп показался мне слишком тяжелым для шеи, и все вокруг как-то закрутилось, а стул вроде как встал на дыбы на задних ножках, мотая в воздухе передними. Мне показалось, что гораздо безопаснее будет сползти на пол: змея вон ползает всю жизнь и не падает. Половые плитки приятно холодили щеку и убаюкивали. Только в голове продолжало стучать: бух, бух, бух – лишая меня удовольствия от того, что без этого было бы просто приятной легкой дремой.

Я очнулся на полу кабинета Мёрфи. Судя по часам на стене, прошло около двадцати минут. Голова моя лежала на чем-то мягком, а под ноги кто-то подложил несколько телефонных книг. Мёрфи прижимала мне ко лбу и затылку мокрое полотенце.

Я чувствовал себя кошмарно. Все, что мне хотелось – это свернуться калачиком и, всхлипывая от жалости к самому себе, уснуть. Впрочем, решив, что пасть такнизко я не имею права, я сделал попытку пошутить.

– Скажи, у тебя нет короткого белого платьица? Знаешь, Мёрф, я именно так представлял себе идеал медсестры.

– Чего еще ждать от извращенца вроде тебя. Кто это двинул тебя по башке? – грозно спросила она.

– Никто, – буркнул я. – Упал с лестницы у входа ко мне в квартиру.

– Не пудри мне мозги, Гарри, – сказала она абсолютно лишенным сочувствия голосом. – Ты совал нос в это дело. Поэтому и получил по черепу. Разве не так?

Я сделал попытку возразить.

– Ох, да заткнись ты, – оборвала она меня со вздохом. – если бы у тебя не было сотрясения, я привязала бы тебя за ноги к своей машине и проехалась бы на ней поперек движения, – она помахала у меня перед носом двумя пальцами. – Сколько пальцев, Гарри?

– Пятьдесят, – сказал я и поднял два. – Никакое это не сотрясение. Так, небольшая шишка на голове. Я сейчас оклемаюсь, – я начал подниматься, чтобы сесть. Мне нужно было ехать домой и поспать немного.

Мёрфи положила руку мне на шею и силой опустила меня обратно на подушку. То есть, не на подушку, а, судя по всему, на ее же свернутый пиджак, поскольку на ней его больше не было.

– Лежи и не дергайся, – рявкнула она. – На чем ты сюда приехал? Надеюсь, не на своей ржавой развалине?

– Жучок как феникс, ждет очередного возрождения, – сказал я. – Я взял тачку напрокат. Послушай, я сейчас оклемаюсь. Ты только выпусти меня отсюда, и я уеду домой и лягу спать.