Чтение онлайн

– А люди? Люди, которые были на корабле? Мои… люди?

Белли пожал плечами.

– Как я помню, все, кто приплыл с вами, уплыли без вас, – он развел руками. – Такой вот коленкор.

Потемкин откинулся на подушку и недоумевающе выдохнул:

– Ничего не понимаю. Бред какой-то. Космин увел людей, моих людей, даже не попытавшись выручить меня?!

При имени гайдука Белли удивленно вскинулся, снова схватился за свою записную книгу и долго рылся.

– Космин? Ты сказал – Космин?

Он удовлетворенно ткнул пальцем в строчку.

– Уж не Космин ли Росу?

Потемкин начал припоминать фамилию спасшего его гайдука.

– Вроде так.

Белли нервно зашагал по комнате.

– Теперь я уже ничего не понимаю.

– В чем дело?

Агент остановился и вперил в юношу тяжелый немигающий взор.

– Космин Росу несколько лет был правой рукой нашего общего друга… Жеврича, – Конрад провел рукой по вспотевшей лысине. – Что ему могло понадобиться в провинциальном гайдукском отряде?

– Космину?

Белли покачал головой:

– Жевричу… – он задумчиво теребил лацкан своего сюртука. – Хотелось бы думать, что я ошибаюсь…

Раны как открылись неожиданно, так и быстро затянулись вновь. Через пару дней уже ничего не напоминало о том, что недавно Потемкин был прикован к койке. Морской воздух бодрил и будоражил кровь, брызги соленой воды стирали с чела остатки горестных раздумий.

Фрегат шел на север.

Русский десант помог союзным неаполитанским войскам освободить свою землю от захватчиков и мятежников, и уже ничто не задерживало корабли под Андреевским флагом в сицилийских водах. Во след за фрегатом шли две шебеки и малая турецкая канонерка. Целью рейда была инспекция побережья центральной Италии на предмет возможного десанта и диверсий в тылу.

Ушаков разработал новую тактику ведения войны. При подавляющем преимуществе на море, русские и турецкие десанты, высаживаясь в самых неожиданных местах, малыми силами сковывали довольно значительные соединения французов и их союзников, не давая усилить северные армии, которые сейчас вели упорные бои в Ломбардии, Пьемонте и долине По.

– Мы идем к Генуе? – Алекс попробовал выяснить у старшего Белли дальнейшие планы.

После событий в Неаполе Конрад немного оттаял и уже не стремился отгородиться от своего собрата по цеху. Наоборот, в общении агент российской разведки был предельно дружелюбен и приветлив.

– Нет, у нас другой маршрут.

Краткость ответа удивила Потемкина. Обычно Конрад был более словоохотлив.

– Разве вы не везете меня на встречу с нашим шефом?

Белли снисходительно окинул взглядом фигуру собеседника.

– Уж простите меня за неуместный, возможно, тон. Но для вас, Петр, не отправляют в путь флотское соединение.

Алекс нахмурился, а Белли пояснил:

– Генриху поручили провести разведку в центральном районе Римской республики. Там французский генерал Гарнье [89] собрал приличные силы. Вот и предстоит выяснить: какие и где. На севере очень неустойчивое положение, удар в спину был бы весьма некстати.

– А я?

– Что? – Белли не понял вопроса.

– Со мною как вы намерены поступить?

Шпион потер подбородок, задумался и неожиданно улыбнулся:

– Признаюсь, ваше поведение в Черногории мне изрядно не понравилось. Вся эта нелепица с потерей памяти… – он помолчал. – Но происшествие в Неаполе не вяжется с изменой… Да и реши вы переметнуться или уйти, сделали бы это с большей грацией – уж я вас знаю… Так что…

Белли шумно выдохнул, как человек, проведший неприятный для себя разговор.

– Я пока не буду подавать рапорт… Вы прокатитесь с нами в этой поездке, – он поднял палец. – Кстати, я собираюсь взять вас с собой в вылазку к Риму – у вас неплохой местный говор… И первым судном отправлю вас в ставку – пускай там думают.

«Домой? В Россию? Прости, прощай путь в свое время?!»

– Позвольте! Меня повезут в Россию?!

Белли усмехнулся:

– Пока нет. Только до Корфу – там адмирал Ушаков с эскадрой. Там же и Николай Васильевич – он будет рад услышать одного из своих лучших агентов.

Алекс скуксился.

«Если отправляют в ставку, на ковер к начальству, значит, все же больше не доверяют. Но еще и не записывают в предатели. Тогда бы сразу зачистили», – мысли роились в голове, подобно гудящему осиному рою. – «Если только Белли со мной откровенен».

– Значит, к Риму?

Конрад подтвердил:

– К Риму, к Риму… Кстати, я там был – чудный город. Буквально все дышит историей!

Дождь зарядил с самого утра. Мелкий, противный – он окутывал промозглой пеленой побережье, скалы, дорогу, дома. Влага пропитала каждую вещь – от штанов прохожих до крыш лачуг бедняков, населяющих пригороды. Все набухло, отсырело, портилось и покрывалось плесенью.

По дороге брели трое усталых путников. Вытягивая сапоги из вязкой грязи, они уже даже не чертыхались. Видимо, борьба с разыгравшейся непогодой отнимала силы полностью. Несущие караул егеря полубригады легкой пехоты, расквартированной в Риме, даже не удосужились выползти из теплой караулки, чтобы проверить, кого сюда занесла нелегкая. Что толку расспрашивать промокших бедолаг?

Белли плотнее натянул широкополую шляпу и запахнул плащ. Приготовленные документы, отнятые у захваченных местных рыбаков, не понадобились. Это к лучшему!

…Путешествие заняло целый день. Утром нанятая повозка довезла их к рыбному базару, главному сосредоточению местных новостей. Там, в кутерьме и азарте торговли, в заполненных кабачках, собирались так интересующие русское командование сведения. Оказалось, что это не сложно. Стоило поднести стакан дешевого вина болтающимся у злачных заведений легионерам местного ополчения, и новости текли рекой. В дружеской беседе со щедрым собутыльником звучало все: названия полков, имена командиров, места расположения. Даже численность войск не составляло тайны для падких на халявную выпивку итальянских республиканцев.