Чтение онлайн

— Да ведь, что главное, охамевших аристократов эти двое смогли же проучить!

— Так что честь им и хвала. Эх, бабуля крута, конечно… Жалко, что ушла из Аврората.

— И Снейп этот действительно мужик, хоть и пацан еще совсем.

— Ну да, наверное. Лично я бы против тройки Лестрейнджей не пошел.

— Даже если вместе с Железной Августой?

— Не-а. А ты? Тоже нет? Ну то-то.

— А Снейп-то еще что-то бормочет про «не совсем заслуженную славу» и на нашу боевую бабулю кивает…

— Не, нормальный парень, свой.

И Снейпа утащили обмывать его орден во Второй отдел, к оперативникам. Дружеская попойка быстро, почти не начавшись даже, перетекла в весьма продуктивный обмен опытом — о действии и противодействии темномагическим заклинаниям, сравнении атакующих и щитов, так что в конце концов Северус обнаружил, что способен общаться с аврорами, и те, кажется, очень даже интересные ребята…

Для самих интересных ребят Снейп оказался ценнейшим источником знаний, а если учесть, что от этих знаний порой зависела их жизнь и здоровье… Короче, мир, дружба и бокальчик Огденского, да. Которое потягивала в углу, наполовину скрытом за шкафом, временно удивительно скромная, аж до незаметности, Августа — не оставлять же мальчика без присмотра, мало ли что. Ну да, она и это умела, заслуженный аврор она или кто?

Впрочем, когда Снейпу поднесли второй бокальчик, она встала, подхватила его под руку и (вместе с бокальчиком) утащила к камину, не дав Северусу опрометчиво пообещать, что он обязательно придет еще раз и они договорят обо всем, о чем не договорили.

— Где будем ваш Орден обмывать? — осведомилась Августа у Северуса, глядящего на нее с опасением. — Могу предложить Лонгботтом-хаус, но, полагаю, у такого достойного мага должен быть свой?

Снейп холодно усмехнулся, представляя свои «хоромы» в Коукворте, да с разнесенным на кусочки камином. А заодно представить в нем Вальбургу Блэк и Августу Лонгботтом. Ну что ж, если этого дома не останется, жалеть особо не о чем. Надо только книги будет убрать.

Но… подозрения коллег мадам Лонгботтом имели полные основания — она тоже это увидела. После чего Августа скрипнула зубами (по поводу Вальбурги, но решила, что ей этого достаточно), а затем последовала очередная лекция и промывание снейповских мозгов, в том числе спинного, по поводу рода Принц, последним представителем которого оказался мистер Снейп, и что если он семьей не гордится, это, конечно, его дело, да и по праву, там вырождение такую печать наложило, что нечем гордиться особо, а матери его даже повезло… Но дом-то в чем виноват? А то, что предки поколениями наработали, наисследовали, позаписали, напокупали, натыри... а, это не обязательно, но тоже было, было. Оно же там лежит, без хозяйской руки пропадает! А ну марш приводить в порядок!

Что-что, а командовать Августа могла… Намек на библиотеку и дневники профессиональных зельеваров оказался сокрушительным, и Северусу пришлось сделать этот самый «марш», причем не в одиночку — кажется, выпускать его из рук мадам Лонгботтом не собиралась. По крайней мере, не сегодня.

Дом Принцев еще не успел прийти в запустение, так что их даже встретил полуживой домовик, уставившийся огромными слезящимися, подернутыми старческой дымкой глазами:

— Хо… хозяин? О-о-орден Мерлина? О, какое вкусное, какое сильное волшебство!

— Ишь ты, почуял, — усмехнулась мадам Лонгботтом, глядя на растерянного Снейпа. — Знаешь, что дальше делать?

Тот молчаливо (видимо, привык) развел руками.

— Ладно. Пошли хозяйство принимать.

В результате уже через пару часов Северус стал хозяином нехилой виллы, на первом этаже которой обнаружилась та самая библиотека (от которой его едва оттащила мадам Лонгботтом), три гостиных, зал для приемов, столовая, кухня, гардеробная. На втором этаже оказалась хозяйская спальня с гардеробной и ванной комнатой, еще восемь спален с ванными и пара комнат поскромнее. В длинном пристрое, конечно, нашлась и зельеварня-лаборатория, а заодно и винный погреб. А снаружи был немного запущенный сад, в котором из окон спальни Северус увидел еще одну крышу. Флигель? Оранжерея? Здание было скрыто роскошными зарослями падуба — вечнозеленого кустарника, который здесь, в усадьбе, скорей напоминал небольшие деревца.

— И от этого вы собирались отречься? — спросила мадам Лонгботтом так ядовито, что дала бы фору леди Блэк. — Ладно, юноша, сегодняшний прием я, так и быть, беру на себя…

У Северуса подкосились ноги…

— С вас только список гостей, — успокоила его Августа, аккуратно и невербально пододвигая ему кресло.

— Он не будет длинным, — нашел наконец силы усмехнуться Северус. — Липси, перо и бумагу.

Счастливый от пяток до лысой макушки и помолодевший после введения хозяина в наследство домовик моментально принес требуемое.

— Хагрид, значит, семейка Блэк, — Августа поморщилась, — и Лонгботтомы… А что ж из Аврората никого не пригласил?

— А… надо? — озадаченно спросил Северус, скуксившись не хуже Августы. — Поди начальника какого?

— Значит, не надо. Нет, Скримджер точно обойдется. Может быть, кого-то из учителей? Вашего декана? Дамблдора?

Северус вздрогнул. Ему совершенно не хотелось участвовать в самом мероприятии, а уж приглашать еще этих…

— Нет-нет, не думаю, что стоит отвлекать от дел таких занятых… личностей.

К счастью, мадам Лонгботтом одарила его понимающим кивком.

У Северуса голова шла кругом — и дело было отнюдь не в огневиски, хотя, как ни странно, плещущееся внутри тепло немного, кажется, помогало ему примириться с действительностью. Нет, слишком много всего, чего он недостоин… Хотя так хочется все изучить! Внутренняя борьба, видимо, отражалась и на его лице — маска бесстрастности прилипнуть еще не успела, так что Августа таки взяла на себя роль доброй бабушки и ничуть не раскаялась. «Внучок» действительно был перспективным. Жаль, старые Принцы этого не увидели.

В конце концов страсть к познанию задавила последний червячок сомнения, и Северус внутренне принял свалившееся на него неожиданное наследство. И только тогда к нему пришла мысль: а собственно, откуда все это так хорошо знала мадам Лонгботтом?

После общения с Хагридом, а потом и с леди Блэк, Северус понял и даже постарался зарубить себе на носу, благо места хватало, простую истину о том, что если, спрашивая, стыдно признаваться в своем невежестве несколько минут, то если не спросишь, можешь этим мучиться всю жизнь. И наконец решился реализовать это правило.