Чтение онлайн

– Можно, дружок, еще как, – заверил Роберто прежде, чем Вагга успел открыть рот. – Ваш торговец превосходно доставит все, что вы ему передадите, в Ондол, а оттуда королевская почтовая служба переправит посылку на ваш остров.

– Вот и ладно, – Ханет достал из потайного кармашка в поясе серебряные монеты и положил на прилавок, сделав вид, будто не слышит сопения Вагги. – Не знаю только, много ли можно купить тут на эти деньги?

– Вполне достаточно! Поменьше, конечно, чем купил на прошлой неделе ваш слуга, практически опустошив наши полки, но хватит на то, чтобы надолго обеспечить лентами и нитками ваших сестричек и вашу матушку.

– Хозяйка ужасно недовольна будет, когда узнает, что в лавке свои деньги тратили вы, – идя вслед за Ханетом по улице, бубнил Вагга. Его торба раздулась от покупок, а два свертка ему пришлось нести в руках.

– Эти деньги заплатил моей семье в качестве аванса торговец, а торговцу потом заплатила за меня госпожа Миджирг, как бы вернув долг, так что эти монеты, получается, ее! – торжествующе заявил Ханет, крайне довольный тем, что ему в голову пришел столь хитроумный довод.

– И все равно это неправильно, как бы не пытались уверить меня в обратном вы!

– Неправильно платить столько денег за спицы, которые я мог бы выточить сам! Если бы я знал, сколько они стоят! Просто уж неловко было отказываться, когда шартма стал стоимость подсчитывать. Кстати, а что такое шартма?

– Гзартма без контракта, не пожелавший на родину вернуться. Но отвлечь меня этим разговором не сможете вы! Похвально желание деньги атир экономить. Только необходимости в этом нет.

– Знаешь, что? Если хочешь со мной говорить, иди рядом, а не сзади. Мне неудобно так.

Ханет подумал было, что Вагга ни за что не согласится нарушить обычай, но через несколько шагов слуга догнал его и с любопытством спросил:

– Атэл, я так понял, искусство резьбы по кости знакомо вам?

– И по кости, и по дереву, – пожав плечами, ответил Ханет. – У нас это любой мальчишка может… А что?

– Узнаете, когда в гостиницу вернемся, – загадочно отозвался Вагга.

– А мы прямо сейчас пойдем назад? Я бы хотел пройтись немного по городу, может, повстречаю кого из знакомцев.

– Да ну, атэл, что вы говорите такое? Скоро обед, сейчас все уже по домам спешат. Вы мне скажите лучше, кого хотите найти, я поспрашиваю других слуг, а вы сходите потом в гости, как положено. А что по улицам-то попросту бегать? Ну никакого толку совершенно в этом нет.

***

– Вот, – слуга с гордостью водрузил на стол перед Ханетом увесистую тыкву. Оранжевые бока со светлыми прожилками словно светились изнутри, и казалось, что, зрея на грядке, она впитала в себя и силу земли, и солнечный свет, согревавший ее. – Атир очень долго тыкву выбирала для вас. Самую лучшую выбрала!

– И что я должен с ней делать? – погладив тыкву по гладкому прохладному боку, удивленно спросил Ханет.

– Нужно на ней узоры вырезать. Может быть, какие-то северные ваши...

– А, понял. Я видал много тыкв с узорами по всему городу. А зачем они?

– Для праздника Последнего урожая. На нем конкурс на самую красивую тыкву проводят.

– Вон оно как… – протянул Ханет. – Ну что ж… А праздник у нас, когда, напомни?

– Через шесть дней, – услужливо подсказал Вагга.

– Через шесть? А не рано ли резать тыкву? Она ж сгниет!

– Не сгниет. Вымочим в воде из источника Бавандруа ее мы, и долго еще не испортится она. Так что? Справитесь? Если что, помочь смогу я вам. Умею я! Хотите, я альбом принесу и работы покажу свои?

– Справлюсь, – усмехнулся Ханет, снова вспомнив наставления Нейтана. –альбом все ж тащи свой, я не прочь взглянуть.

***

– Ты помогал Вагге готовить? – принюхиваясь, спросила вечером Миджирг, когда они встретились в столовой перед ужином.

– Нет, я вырезал, – ответил Ханет, удивившись тонкости нюха огр. Он ведь тщательно вымыл руки и вычистил ногти перед ужином, но Миджирг все равно учуяла запах тыквы.

– И что же ты вырезал?

– Узор на тыкве. Вагга сказал, что мы должны будем принести ее с собой на праздник, вот я и…

– Послушай, Ханет, – перебила Миджирг. – Это очень хорошо, что ты вырезал узоры на тыкве, но хочу тебя предупредить: в конкурсе будут участвовать эмрисы, некоторые из них славятся своим мастерством уже долгие годы, да что там – столетия! На их фоне даже самые талантливые гзартмы выглядят посредственно.

– Ну, тогда едва ль я могу сравниться с ними, – пробормотал Ханет. Похвалы Вагги теперь уже показались ему преувеличенными и слишком поспешными.

– Этого никто и не ждет. В первый год после приезда в Забраг гзартмы редко могут похвастаться какими-то особыми достижениями. А ты еще так молод! Но не переживай. Ты всему научишься со временем.

– Хорошо, кабы так...

– В любом случае, я с удовольствием взгляну на твою тыкву, когда она будет готова, – снисходительно заметила Миджирг, подведя его к столу.

– Да… Вагга сказал, что ее еще нужно вымочить в какой-то особой воде, чтоб не заветривалась и не вяла.

– Совершенно верно. – Миджирг, уже протянула было руку, чтобы помочь ему, но он – раз! – и сам ловко запрыгнул на стул. Миджирг шевельнула ушами, кивнула и отступила в сторону, продолжив, как ни в чем не бывало: – В этих горах есть множество источников с самыми удивительными свойствами. Ты еще узнаешь о них…

И только после ужина, когда Грэбс принес Миджирг трубку и табак, Ханет решил, что, пожалуй, настал подходящий момент заговорить о боях. Прежде он еще ни о чем не просил и теперь немного волновался – вдруг огра откажет?

– Госпожа Миджирг, можно вас спросить кой о чем?

– Да, конечно, – ответила та, подкрепив свои слова приглашающим жестом.

– Я слыхал, нынче на арене проходят бои. Нейтан бывает на них, могу и я пойти?

– Не думала, что тебе это будет интересно, – пророкотала Миджирг, раскуривая трубку. По комнате поплыл и приятно защекотал ноздри запах табака. Сам Ханет никогда не курил, но на корабле любил сидеть рядом с мужчинами постарше, когда те по вечерам доставали табак и трубки.