Шрифт:
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Часть 1.
Мереченье
«Там, где я родился, основной цвет был серый,
Солнце было не отличить от луны.
И куда бы я ни шёл – я всегда шёл на Север…»
«Какой сегодня день недели? Суббота или уже воскресенье? Наверное, всё же воскресенье… Точно, воскресенье – вчера было субботнее заседание „общества анонимных алкоголиков“ у Витьки Архипова. Зря, конечно, туда попёрся, только нажрался опять до беспамятства, но теперь уже поздно жалеть. Да, в принципе, жалеть не о чем – всё прекрасно».
День и в самом деле начался замечательно.
Саня лежал, вальяжно раскинувшись на диване и заложив руки за голову. Перед ним, у противоположной стены, на экране большого телевизора мелькали кадры музыкального клипа известной группы, но он смотрел не на экран. Между ним и телевизором под музыку весело отплясывали маленькие жизнерадостные чертенята, покрытые пушистой зеленоватой шёрсткой, с забавными изящными рожками на голове. Их танец был настолько завораживающим, движения такими гармоничными, что захватывало дух и не верилось: разве бывают такие волшебные танцы, такие законченные и прекрасные движения?
Черти улыбались ему, как старому доброму другу. Они отплясывали то синхронно, то каждый из них внезапно начинал отбивать что-то своё, и, словно музыкальный инструмент, искусно вёл индивидуальное соло, не мешая при этом другим, а наоборот – вместе создавая совершенно удивительную сказочную атмосферу, не передаваемую словами. Такое можно лишь видеть и чувствовать.
И Саша лежал и смотрел, любуясь, наслаждаясь и боясь лишний раз пошевелиться, чтобы не спугнуть этих весёлых и самозабвенно танцующих существ.
«И почему люди болтают про них плохое? – думал он, поковыривая пальцем в носу. – Пляшут вот передо мной, ничего вредного не делают. Смотреть приятно. Молодцы».
Переполненный за ночь мочевой пузырь всё сильнее мешал наслаждаться зрелищем, и Александр, устав терпеть, решил отправиться в туалет. Он осторожно приподнялся и опустил ноги на пол, беспокойно поглядывая на танцоров, но они не обратили никакого внимания на его перемещения, продолжая весёлое утреннее шоу. У Саши отлегло на сердце: жаль было бы прерывать танец, рушить ту праздничную атмосферу, что царила сейчас в комнате и у него в душе. От переполнившего душу восторга он судорожно, с детским всхлипом вздохнул и стал наощупь ногами искать около дивана тапочки.
Слабое попискивание и мягкие, приятно щекочущие прикосновения к ногам заставили его посмотреть вниз.
На полу резвилось несчётное количество маленьких разноцветных мышат. Они приветливо поглядывали на него, подбегая по очереди к голым пяткам и с задорным писком щекоча их передними лапками и хвостиками. Белые, серые, голубые, розовые, зелёные мышата с глазками-бусинками превратили пол комнаты в шевелящийся яркий волшебный ковёр… Необычно и здорово.
А друг Вовка говорил: допьёшься до белой горячки и сдохнешь! С чего тут подыхать – сплошное удовольствие! Черти пляшут – устроили бесплатный концерт, цветные пушистые мышки дружелюбно щекочут пятки… Только как теперь добраться до туалета, чтобы не раздавить ненароком кого-нибудь из маленьких друзей?
На экране уже шёл новый клип, звучала новая тема: тощие девки с костлявыми попками, в гусарских киверах на головах, что-то дудели в саксофоны и маршировали взад-вперёд. Черти в точности повторяли их движения, причём в их лапках тоже, откуда ни возьмись, появились небольшие блестящие саксофончики. Они затопали по квартире, изгибаясь и оттопыривая свои хвостатые задницы, улыбаясь и с хитрецой поглядывая на Александра.
И, надо признать, у чертей получалось интереснее и увлекательнее, чем у девок в телевизоре.
Мыши продолжали щекотать. Некоторые из них, войдя в раж, начали даже покусывать Сашу за пальцы. Не больно, но внутри зародился страх: если мыши будут продолжать в том же духе, то где гарантия, что животные ограничатся лишь скромной дегустацией пальцев ног? Вдруг им в голову придёт мысль скушать его целиком? А, учитывая количество тварей вокруг, шансов остаться недоеденным у Александра не будет. Жуть…
Может, позвонить другу Вовке? Лучше, наверное, позвонить на всякий случай…
Мобильный телефон лежал на столике около дивана, и дотянуться до него не составило труда. Но при этом Саша неожиданно отметил усиление агрессивности со стороны мышей: частота и чувствительность укусов возросла – зверюшки явно негодовали по поводу возможного вторжения в дом посторонних. Приходилось периодически приподнимать то одну, то другую ногу, чтобы хоть ненадолго избавить конечности от проявлений назойливого мышиного внимания.
Поведение чертей тоже изменилось. Улыбки исчезли, ставшие угрюмыми рожи кривились в злобных оскалах. Движения существ теперь если и напоминали танец, то он был сродни боевой пляске вокруг костра малочисленного племени индейцев, планирующих выход на тропу войны. С нарастающим ужасом Саня заметил, что саксофоны в их руках превратились в сверкающие новенькие бензопилы.
Нечистая сила замышляла что-то недоброе…
Вовка долго не брал трубку, и Александр напряжённо слушал гудки, почти заглушаемые громким стуком своего сердца, с волнением ожидая от незваных гостей агрессивных действий.
– Привет. Слушаю тебя, – наконец раздался в трубке сонный Вовкин голос.
– Вова, выручай! Приезжай скорее! – завопил Саша в телефон, и, не давая приятелю вставить хоть слово, выпалил всю информацию разом: – Моя квартира полна пляшущих чертей и цветных мышей, которые меня щекочут и кусают. Сейчас будут резать бензопилами и, наверное, есть. Спасай, дружище!
Товарищ сразу понял, что к чему, занервничал и крикнул в ответ:
– Гружу медикаменты и выезжаю! Продержись минут десять-пятнадцать! Хлопни водочки пятьдесят капель, если есть – должно отпустить немного. Не ссы, Санёк – их нет, они не существуют! Помни об этом!
После этого телефон замолчал, и из звуков в квартире вновь остались лишь музыка из телевизора вперемешку с писком мышей и сиплым дыханием чертенят. Саша стоял, дрожа, зажмурив глаза и боясь сдвинуться с места. Всё его тело в считанные секунды покрылось холодным липким потом в таком количестве, что влага стекала вниз по спине и животу струйками, неприятно холодя кожу, спускаясь по ногам вниз, прямо на шёрстку разноцветных спин.
«Как будто тело через поры слёзы льёт…» – подумалось ему. То ли где-то раньше прочитал это выражение, то ли оно родилось сию минуту в его голове – вспомнить не смог. «Стоило бы записать, чтобы не забыть – авось, потом пригодится для какого-нибудь рассказа об алкоголиках и белых горячках».