Чтение онлайн

Даже Джоэль наконец замечает ее, и у меня начинается мини-приступ паники, когда я представляю, как он говорит об этом Майку, прежде чем Адам или я успеваем остановить его. Но тут Кит обхватывает его рукой, и что-то говорит ему на ухо. Джоэль бросает взгляд на меня, а затем на Адама, прежде чем заключить наше молчаливое соглашение продолжать притворяться, что Даника мертва.

И я снова дышу легко, слишком легко, потому что, когда мы выходим к автобусам, она, блядь, стоит там.

— Майк! — кричит Даника, срываясь на бег и бросаясь в его объятия.

Кит делает шаг вперед, но я хватаю ее за локоть прежде, чем она успеет сделать что-нибудь, что заработает ей обвинение и тюремный срок.

Руки Майка безвольно висят по бокам, а Даника обнимает его так, словно никогда не расставалась с ним, как будто они все еще учатся в школе. Я хочу, чтобы он оттолкнул ее и сказал валить на хрен… но нет, в конце концов Майк поднимает руки, чтобы обнять ее в ответ.

— Разве ты не рад меня видеть? — визжит она, заставляя меня, Адама и Джоэля, смотреть друг на друга с вопросом «Какого хрена».

— Что ты здесь делаешь? — спрашивает Майк, но Даника уже отстраняется и широко улыбается Адаму.

Она обнимает его, но Адам не отвечает на объятие, и наконец отвечает Майку.

— Теперь я живу здесь.

Даника обнимает Джоэля, который постукивает её одной рукой по спине, а затем движется ко мне, но я делаю шаг назад, за пределы ее досягаемости.

— Что ты делаешь на нашем шоу? — спрашиваю я, и она дуется на меня, прежде чем дать дерьмовый ответ:

— Я хотела увидеть Майка.

— Зачем? — говорит Майк, прежде чем кто-либо из нас может задать тот же вопрос, и именно крошечная девушка, которая стояла рядом с Даникой в толпе, открывает рот следующей.

Девушка ростом в лучшем случае пять футов один дюйм, с каштановыми вьющимися волосами и большими зелеными глазами.

— Да, Дани, зачем?

Даника бросает сердитый взгляд через плечо, прежде чем мило улыбнуться Майку.

— Мы можем поговорить?

Кит начинает дергаться от желания ответить за него, но я обнимаю ее за плечи, чтобы она не набросилась на кого-нибудь. Я знаю, что она чувствует — я тоже хочу ответить за Майка, потому что Даника бы не получила ничего, кроме «Нет, ты гребаная бессердечная сука», но держу рот на замке и жду.

— Конечно, — говорит он.

А потом Майк уводит ее в автобус.

— Я хотела ударить ее по глупой физиономии, — говорит Кит на следующий день у родителей.

Как обычно, ее папа в ванной, мама на кухне, а остальные зависают в кабинете — я, Кит, Лэти, все четверо братьев Кит… Я все еще не уверен, нравлюсь им или нет, но, по крайней мере, они не пытаются отправить меня в больницу.

Потираю призрачные синяки на боку, а Мэйсон ухмыляется, когда Кит хмурится на меня и говорит:

— Как думаешь они переспали?

Она ищет ответ в моих глазах, но понимаю, что уже знает его.

Да, я думаю, что они переспали. Когда Даника попросила его показать ей другой автобус, и Майк согласился, мы остались в двухэтажном автобусе вместе с ее кузиной Хейли. Это было чертовски неудобно, но девушка справилась с этим как чемпион. Как только Хейли увидела видеоигру Майка, она спросила, может ли поиграть, а затем развлекалась с Персиком, в то время как остальные из нас желали, чтобы дьяволица в другом автобусе поторопилась и нырнула обратно в ад.

— Да, думаю, что переспал, — честно отвечаю я, и Кит рычит.

— Но почему?

— Она горячая штучка? — предлагает Брайс, и Кит бросает на него убийственный взгляд, который почти заставляет меня смеяться.

— Он Майк, — возражает она, и я понимаю, что она имеет в виду. Майк не из тех, кто любит фанаток или пустышек, но…

— Он все еще чувак, — вставляет Мэйсон. — Когда он в последний раз трахался?

— У Майка могли быть девушки намного красивее ее.

Это правда, но ни одна из этих девушек не Даника — его первая любовь, первая в сексе, первая во всем.

— Он любил ее, — говорю я, и Кит смягчается.

— Думаешь, он все еще её любит?

Я знаю, что лучше не пытаться приукрасить ситуацию.

— Возможно.

— Она мне не нравится.

— Она никому из нас не нравиться.

— Но мне нравится ее кузина… И она была такой… любительницей компьютерных игр. — Озорная улыбка изгибает беспокойные губы Кит, и я хихикаю над предложением в ее голосе.

— Так ты теперь играешь в сваху?

— Я просто говорю.

— Ты говоришь, как мама, — говорит Райан, и, словно по команде, голос миссис Ларсон разносится по всему дому, зовя нас к обеденному столу.

С одной стороны стола — Лэти, Кэл, Кит, я. С другой — Райан, Мэйсон, Брайс. Под столом мои пальцы вплетаются в джинсовые нити, едва прикрывающие коленки Кит, и когда я смотрю на нее, ее щеки довольно розовые, что заставляет меня скользнуть рукой еще выше.

— Итак, Шон, — говорит миссис Ларсон, и я отдергиваю пальцы от бедра Кит так быстро, что от смеха Кит почти выплевывает спагетти изо рта. — У твоих родителей тоже темные волосы?

Я прочищаю горло и ерзаю на стуле, убеждаясь, что моя салфетка лежит там, где ей положено быть.

— Да. Это у нас семейное.

Миссис Ларсон сияет.

— О, это так прекрасно. — Она делает еще один глоток воды и продолжает улыбаться мне. — Я всегда представляла себе целый дом, полный темноволосых внуков.

— МАМ! — рявкают Кит и Мэйсон, в то время как Райан, Лэти и Кэл хихикают, а Брайс продолжает жевать спагетти.

— Ей всего двадцать! — добавляет Мэйсон.

— Я не говорю прямо сейчас! — оправдывается миссис Ларсон с суровой складкой между бровями, прежде чем снова мило улыбнуться мне. — Я просто говорю… Я имею в виду, ты ведь когда-нибудь захочешь детей, правда, Шон?