Чтение онлайн

– Да, действительно, – озадачился Игорь. – Что-то я затупил. Это и есть почти центр треугольника. Полкилометра к юго-западу.

– И снова интересная череда совпадений, – скептически проворчал Давыдочкин. – Прямо-таки мистикой попахивает. Но хотя бы через весь город не переться.

– Гаврилов, а что было в центре вашего, так сказать, «треугольника» там, в Камбодже? – спросил Фролов.

– Я ж говорил – секретный объект.

– Я помню, но что это был за объект?

– Кто бы знал, – Гаврилов вздохнул. – Мы ведь только подошли, внутрь так и не проникли. Ну, то есть кое-кто проник, но обратно уже не вышел и рассказать, что там внутри, не смог. А чего, думаете, раз границы прилегающей территории похожим способом обозначены, так и в центре будет что-то похожее? Не думаю, Вадим Евгеньевич. Тот объект в Кампучии огромным был, как гора. За день не обойдешь. А тут… где такую махину в Москве спрячешь? В Лосином Острове? Маловато будет места, даже там. Нет, тут что-то другое.

– Есть версии?

– Честно говоря, нет, – Гаврилов задумался. – Только если… нет. Все-таки нет пока версий. Надо посмотреть, может, тогда что-то прояснится.

– Что ж, посмотрим, – Фролов покосился на Гаврилова, но больше ничего не сказал.

Почему-то у Вадима возникло ощущение, что Гаврилов темнит. То, что бывший морпех врал, как сивый мерин, о своей героической роли в давних событиях, было понятно. Чем дольше общался Вадим с Гавриловым, тем больше верил, что именно версия Павлова описывает истинные события. Но ощущение возникло не по этой причине. По какой тогда? Сказать было трудно, но и отмахнуться от этого ощущения, как от досужей выдумки, Фролов не сумел. Был бы рад, но не получилось.

Наряду с простительными нестыковками версии Гаврилова и варианта Павлова имелось и какое-то почти незаметное, но принципиальное несоответствие, то ли в словах, то ли в поведении Гаврилова. Что и чему не соответствовало, пока оставалось для Фролова загадкой, но подсознание настойчиво советовало присмотреться к охраннику повнимательнее. А еще оно советовало прежде, чем ехать в центр треугольника, обязательно найти Бондаренко и выслушать его версию событий, развернувшихся ровно двадцать восемь лет назад, день в день, на просторах многострадальной тропической страны…

…Чтобы вновь обозначить паузу в разговоре, Вадим включил компьютер и машинально вывел на экран текст нового эпизода «Кампучийской истории». Поскольку ехать до места встречи с Бондаренко оставалось не так уж долго, Фролов хотел было закрыть файл и посвятить свободное время продумыванию деталей беседы, но вновь сосредоточиться на размышлениях у него не получилось, поэтому Вадим все-таки уткнулся в текст.

«Большое Зло плясало во внутренней пустоте джигу…»

Новый эпизод начинался с мистически-лирического отступления, которое вполне соответствовало нынешнему слегка подавленному и нервному настроению Фролова.

«Что ж, тем более не остается ничего, кроме как прочитать, – решил Вадим. – Или задремать и увидеть кошмарный сон о кровавом дожде. Нет уж, лучше мистика-беллетристика».

Большое Зло плясало во внутренней пустоте джигу. Андрей не знал, как должен выглядеть этот танец, поскольку слышал о нем лишь краем уха, но почему-то решил, что это именно джига. Правда, с элементами брейк-данса, который начал входить в моду незадолго до того, как Лунев ушел в армию.

Большое Зло ликовало. Оно победило и теперь могло делать с Луневым все, что угодно. Подчинять, унижать, топтать, жарить на сковородке, варить в котле… все, что угодно. И у Андрея не было сил, чтобы этому сопротивляться. Холод внутренней пустоты сковал руки и ноги. Лунев не мог ни отмахнуться от Зла, ни хотя бы показать ему фигу. Полная беспомощность.

Зло приблизилось настолько, что Андрей сумел рассмотреть его физиономию, но толку от этого оказалось мало. Лунев не узнавал это существо. Оно было похоже на человека, но кого конкретно оно напоминает, Андрей определить не сумел. Зато сумел вдруг резко податься вперед и почти боднул воплощение Зла. В цель Андрей не попал, но этим движением он будто бы расколол темную ледяную витрину, которая отделяла Лунева от внешнего мира.

На смену холоду резко пришла привычная душная жара, а руки и ноги ощутили тупую боль от натянувшихся веревок. Андрей открыл глаза, судорожно вдохнул… и сразу вспомнил все, что произошло за минуту до погружения в пустоту. Разбудить память помог вид нескольких десятков тел, лежащих вокруг дерева, к которому Лунев оказался привязан.

– …Я тебе говорю!

– Да пошел ты!

– Привязывают козу, потом садятся в засаду и ждут тигра.

– Прохор, заколебал!

– Отвечаю, так охотятся!

Андрей посмотрел вправо. К двум соседним деревьям были привязаны Прохоров и Гаврилов. Слева так же, как все остальные – спиной к пальме и со связанными с другой стороны дерева руками, висел обмякший Купер. В отличие от Андрея, матрос Бондаренко все еще пребывал в своей внутренней пустоте.

– Студент! – Сержант заметил, что Андрей пришел в себя. – А мы гадаем, грохнули вас с Купером или тоже привязали живьем.

– Я пока и сам не понял, – Лунев поморщился. – Отоварили от души.

– А нас просто отметелили, – Гаврилов вздохнул.

– Ладно трындеть, – проронил сержант. – Звезданули пару раз для острастки – и к пальмам. У меня сил не было сопротивляться.

– А я не ожидал! – торопливо добавил Гаврилов. – И вообще у меня после прошлого раза в голове все гудело, какой там сопротивляться?

– Кто вязал, фаранги? – Андрей встретился взглядом с Прохоровым.

– Вроде они, – сержант смотрел так, словно не чувствовал за собой никакой вины.

Видимо, Прохоров пытался списать все свои грехи на отравление. Что ж, на данном этапе Андрей тоже был склонен замять инцидент. Главное из него Лунев вынес – теперь он знал, чего можно ожидать от Прохорова, а обиды и разбирательства могли потерпеть до лучших времен. Все, как в случае с Фроловым и его неприятным высказыванием там, в подземелье.

– А зачем, как думаете?

– Я ж говорю, – сержант кивком указал на Гаврилова. – Мы вроде приманки. Придут еще кхмеры, увидят море трупаков и нас, соберутся вокруг, начнут полевой суд устраивать, тут фаранги и перестреляют их к чертовой бабушке. Вместе с нами.

– Понятно же, раз мы привязаны, значит, не наших рук дело, – Андрей обвел взглядом место побоища.

– Это нам понятно, – сержант помотал головой. – У кхмеров точно крыши сорвет. Они ведь и так психотрахнутые, а тут такое море крови!