Чтение онлайн

Мальчик борется с собой. Хочется всё-всё высказать, рассказать отцу; тяжело ведь носить в себе, в своей душе все страхи и подозрения, правды и неправды, запретное и полузапретное... Но, может быть, всё равно не нужно говорить, не нужно рассказывать, открывать... даже отцу!.. Но уже не осталось сил сдерживаться!.. Лицо, глаза ещё горят после плача...

–  Это не шутка!
– выпаливает мальчик.
– Не шутка!
– повторяет...

Глаза отцовы полнятся внимательной, сдержанной добротой, ласковостью...

–  Отчего не шутка? Отчего ты так решил?
– спрашивает отец серьёзно; как будто сыну и не пять лет, а много больше...

Мальчик собирается с силами, вздыхает глубоко, - переводит дыхание, всхлипывает невольно... И вдруг обращается к отцу смело, необычайно смело:

–  Ты спросил, хочу ли я сделаться вождём...

–  Да. Но ты ответил отчего-то, что не хочешь...
– Голос отца серьёзный и тёплый...

–  Я, может быть, и хочу, только не будут выбирать!..

–  Отчего ты думаешь такое? Почему ты решил, что не придёшься по душе людям нашего рода?

–  Потому что никого и не будут выбирать! Сыновья Тундара такое говорили... Никого не будут выбирать. А когда мы вырастем, а ты будешь старый, ты всем велишь, прикажешь такое... чтобы все сделали вождём Гюндюза! Потому что ты любишь его мать! А мою уже давно не любишь!.. Только Гюндюз всё равно не будет вождём, потому что сыновья Тундара убьют его и будут сами...

Глаза отца строги, взгляд твёрдый, прямой...

Но мальчик уже не может остановиться, прервать свою откровенную речь:

–  Никто не будет вождём! И Гюндюз не будет, и Тундар, и сыновья Тундара! Никто не будет! Я их всех убью! Вождём буду я! И все мои сыновья будут вождями! А мою мать я всё равно люблю, и я всегда буду любить её!..

–  Ты всё мне высказал?
– строго спрашивает отец.

Мальчик осекается и смолкает мгновенно. На душе тревожно и уже тоскливо. Это страшное чувство, чувствование, когда отвечаешь сам за себя, за все свои слова... Только ты один, сам за себя отвечаешь! И не переложишь этот ответ на другого, даже на отца!..

–  Ты много дурного наговорил, - звучат строгие слова отца.
– Много дурного, такого, что хуже, чем самые дурные персидские непристойности... — По отцову тёмному лицу, в глазах чёрных глубоких скользит тень улыбки, усмешки... — Настоящий, истинный вождь — тот, кто умеет предотвратить смуту среди своих людей; тот, кто держит их в своих руках крепко, но для их же блага. А если уж нет иного выхода, кроме как убить близкого, надобно тогда обдумать сотню раз, тысячу раз повернуть мысль об этом убийстве в голове своей...

–  Гюндюз, и дядя Тундар, и Сару Яты, и все сыновья дяди, все будут переворачивать свои мысли в своих головах, а только потом убьют меня, да?!

–  А ты, я вижу, упрямый и сердитый! Что тебе за дело до их голов! Или у тебя своей головы нет на плечах? Держи своих людей крепко, будь силён, умён, милостив, дальновиден, будь храбр, будь полезен для жизни людей нашего рода. Тогда никому и в мысль не вступит убивать тебя и самому вступать на место вождя. Быть вождём - тяжкий труд. Ты ещё узнаешь этот тяжкий труд!.. И не полагай себя наветником, который пересказывает слова других старшему над собой. Я и без тебя знаю мысли Тундара. Будь умным, сильным и храбрым. И Гюндюз, и Сару Яты, и сыновья Тундара подчинятся тебе безоговорочно и сделаются твоими верными...

–  И Тундар?

–  И Тундар! Только если они окажутся умнее, сильнее и храбрее, подчинишься им ты! А я умру ещё не скоро!..

–  Не умирай, я люблю тебя!
– Мальчик схватил руку отца, большую, и прижал тыльную сторону большой ладони к своим губам.

–  Я умру не скоро, я долго проживу. А ты помни о своём желании сделаться вождём, но никому об этом желании не говори! Не будь спесивым, но и ни с кем не будь на равных. Настоящий вождь заботится и мыслит обо всех своих людях, о благе для них, а вовсе не об удовольствии приказывать! Люди должны подчиниться тебе для их же блага, а вовсе не потому, что тебе приятно видеть их подчинёнными тебе!..

Память старого Османа будто летит во мраке и выхватывает, словно большая когтистая птица — добычу, - картины - одну за одной - живые - то яркие, то смутные... Вот впервые снаряжают мальчика Османа, уже как большого, взрослого воина. Первая сабля, первый палаш, золочёный шлем со знаком трилистника, окованный серебром рог для питья на пиршествах воинских; украшения на поясе воинском кожаном и на поясной сумке - цветно украшенном по тёмной коже кошеле. Гюндюз, младший брат, заплетает отросшие волосы Османа в две чёрные косы... Тогда уже и Гюндюз, и Сару Яты, и сыновья Тундара слушались охотно, почитали Османа как своего старшего... Отец Эртугрул сказал, что у иных тюрок правители носят распущенные волосы и чёлки на лбу -

–  Но у нас не так. У нас, у кайы, вожди ходят с косами, как все взрослые воины!..

Гюндюз тоже ведь не носил уже «кукель» - детскую коску на бритой голове, тоже ходил с косами воинскими; но по обычаю старому, должен был служить брату, и делал это с охотой...

Ни бороды, ни усов ещё не было ни у Гюндюза, ни у Османа, ни у Сару Яты, когда их снарядили как взрослых воинов. Надели на парнишек распашные, с запахом, кафтаны, рукава узкие длинные, книзу сужаются рукава, подол чуть выше колен, - верховые люди, конники. А на отвороты ворота нашиты канты, оторочки из меха и дорогих узорных тканей. Штаны с гашником, сапоги без каблуков. Удальством было - ходить в битву с непокрытой головой, без шапки, без шлема; об этом удальстве мальчишки с самого первого, раннего детства знали...

Когда избирали, подбирали украсу для кожаного пояса, сверстники - юная дружина - в один голос сделали Османа своим старшим; и тогда и пояс его украшен был соответно. На поясе - кошель-сумка, нож в ножнах, кресало... Бляхи поясные усажены перлами-жемчугом...

Но что одежда! Самое важное для воина - оружие и доспех. Без доспеха, оно, удальство - драться битвенно; а всё же совсем без доспеха нет возможности... Ещё ведь и добыть надобно доспех!.. Кольчуги хорошие и панцири делают далеко на Востоке, а то в странах холодных. Кузнецы кочевничьи только чинить мастера повреждённые в битвах доспехи и оружие. Наручи и поножи цельнокованые тоже не всякий воин добудет. А щиты большие и в племени изготовят - круглые, деревянные, кожей обтянутые, расписные или простые чёрные...