Чтение онлайн

— Сказанул: орденом! — иронически заметила Лида.

Не смущаясь похвал, она чувствовала все же, что Семен хватил через край. То, что Семен не сказал ей первой о взрыве автомашин, походило на измену их дружбе и слегка обидело. Однако теперь, после неожиданно горячей и признательной речи Семена, она сочла, что он загладил свою вину, потому и повторяла ласково:-Тоже мне, загнул! Этак мы все друг друга орденами понаграждаем!

Не только биография Берова произвела на Никифора впечатление. Биография говорила сама за себя. Но убедительнее для характеристики Берова была его наивная просьба засвидетельствовать поступок Лиды.

И Лида пришлась Никифору по душе. За бесцеремонными манерами бой-бабы проглядывала необузданная, однако сильная и цельная натура. Такие люди ему всегда нравились.

— Что ж. — сказал он, — наверное, мне в свою очередь надо рассказать о себе. Чтоб доверия было больше, хотя я и без бороды, — пошутил Никифор.

— Вы не из Горьковской области? — перебила его Лида; она была нетерпелива и этим походила на Наташу. — У меня был один знакомый из Горького, так он говорил, как вы. И «айда» говорил.

— Примерно из тех краев. Из Мордовии.

Несколькими днями позже Никифор перед вечером зашел в слесарную мастерскую, чтобы починить зажигалку. Поломка пустяковая — надо было приклепать обломившуюся ось зубчатого колесика. Никифор и сам мог бы это сделать, но ему надо было увидеть людей, которых рекомендовал Семен в организацию, заодно узнать, достал ли тот радиолампу.

Пока Семей возился с зажигалкой, Никифор, пристроившись на обрубке дерева у дверей, болтал о всякой всячине. Поддерживал разговор главным образом Попов. Он был рад поговорить со свежим человеком и без умолку выкладывал свои соображения по всем вопросам. Слушая его, Никифор сделал вывод, что Попов не только, как ему говорили, превосходный мастер, но и осведомленный человек. Ему было известно, например, что на предполагавшееся строительство моста через Днепр немцы будут брать людей из Знаменки и близлежащих сел, что на пристанях скопились горы мешков с пшеницей и груды овощей, потому что дубы-плоскодонки не справляются с перевозкой, что в ближайшие дни будет мобилизован весь конный транспорт для перевозки продуктов на Каменскую паромную переправу.

Откуда вы все это знаете, Алексей Александрович. — спросил удивленный Никифор.

— Э-э, мил человек! — хохотнул Попов. — Слухом земля полнится — знаешь такую поговорку? А я, стал быть, близко к земле нахожусь и все слышу. Так-то вот!

Шутка ничего не пояснила Никифору, однако переспрашивать он не стал, решив перепоручить это Берову.

Миша Мельников с первого знакомства доверия не вызвал. Летами парень и подходящ, а лицо по-детски наивное и простоватое; такому впору в пятнашки играть, а не в подпольщиках ходить. Это первое впечатление, как убедился Никифор позже, было ошибочным.

Пока Семен прилаживал колесико к зажигалке, а Попов комментировал новости, подошел конец рабочего дня. Из мастерской Никифор вышел вместе с Беровым. Свободного времени у него теперь девать некуда: баштан несколько недель назад убрали, нужда в стороже отпала.

Удивительно, как быстро Никифор и Семен нашли общий язык и прониклись симпатией друг к другу. Так случается, если люди имеют сходные характеры.

— Хорошо, что пришел, а то я сам хотел тебя разыскивать, — сказал Семен, когда они распрощались с Поповым и Мишей Мельниковым.

— Все готово? — радостно удивился Никифор.

— Почти. С Поповым и Мельниковым я говорил, они согласны. Лампу для приемника достал. А питание будет через день-два. У Попова нашлась велосипедная динамика, с якорем там что-то не в порядке, перемотать надо.

— Радиолампу где добыл?

— В колхозном радиоузле.

— Взломал?

— Я слесарь, — усмехнулся Семен. — Ключи подобрал. Открыл, закрыл — все в аккурате.

— Молодец!

— То дальше видно будет, молодцы мы ай нет.

— Вот хлеб на пристани… — вспомнил Никифор, решив, что об этом не мешает посоветоваться, однако досказать не успел. Беров с мрачноватым выражением, редко покидавшим его лицо, спросил:

— Сегодня?

— Что — сегодня?

— Повысыпаем из мешков в воду, и баста! Дубы топорами порубим и тоже на дно.

Как мысли могут передаваться от человека к человеку? Не успел Никифор подумать, что хорошо бы сделать налет на пристань, как Беров высказал это вслух.

Некоторое время они шли молча. Никифор раздумывал над тем, что операция хотя и заманчива, однако без подготовки проводить её рискованно. На пристани наверняка есть охрана, и без оружия не справиться.

— Там два сторожа ночью дежурят. А полицейский пост на окраине села, в полукилометре от пристани, — будто читая мысли Никифора, сказал Семен.

Никифор не стал спрашивать об источнике этих сведений — догадался, что это Лида. Сказал о другом:

— Топор — не оружие. Был у меня автомат спрятан в плавнях, да сплыл: кто-то, видно, нашел…

Никифор колебался. Слишком соблазнительным было дело. Но большим был и риск. А спокойно-уверенный голос Берова, его выжидательная позиция, при которой он подчеркнуто предоставлял Никифору право решать самому, так и подмывали ответить согласием.

— В одном ты прав, — проговорил он наконец. — Надо спешить, не сегодня-завтра хлеб могут увезти. В принципе я согласен. Но только не сегодня!.. Без всякой подготовки, без плана, знаешь ли…

Он искоса взглянул на Берова, ожидая возражений. Однако тот по своему обыкновению промолчал.

— Давай так, — решил Никифор, — ровно в восемь встретимся у Орлова, обсудим это дело. Без Орлова мы все разно не обойдемся. Лиду, пожалуй, привлечем. Она тот край села хорошо знает, в случае чего — поможет спрятаться.

Приметил Никифор: дрогнули брови Берова. Не хотелось ему, наверное, вмешивать Лиду в опасную затею. Все же и тут промолчал.

— Добре, — флегматично сказал Беров. — Зайдешь ко мне? Вот в этой хибаре я живу, — указал он на небольшой домик.

— Не сегодня, — покачал головой Никифор. — Сейчас спешить надо. К Орлову — раз. Дома предупредить, что ухожу на ночь, — два. Поужинать тоже не мешает — три. Ты мне вынеси радиолампу, и я пойду.

— Дай зажигалку, — попросил Беров.

— Зачем?