Холмс
Шрифт:
Начав задыхаться, Либерти оторвалась от Адама и посмотрела на него. Только что подстриженные волосы спутались, скулы раскраснелись, обнаженная грудь тяжело вздымалась.
Соскользнув с его колен, Либерти встала. Она видела, что он возвращался из состояния возбужденного мужчины в режим строгого генерала.
«О нет, черта с два», — расстегнув пуговицы на своей рубашке, Либерти скинула ее на пол. Еще несколько секунд у нее ушло, чтобы снять джинсы и белье.
Она встала голая перед Адамом.
Он окинул ее опаляющим взглядом. От выражения его лица у нее в груди разлилось тепло. Адам благоговейно любовался Либерти. Прежде никто так на нее не смотрел, и она никогда не чувствовала себя красивее.
Притянув Либерти еще ближе, Адам с рычанием вобрал в рот ее сосок.
— Да, — она запустила пальцы ему в волосы, подгоняя его.
Он сосал, лизал и покусывал. Переключившись на второй сосок, Адам с силой потянул за него, и желание разрядом ударило Либерти между ног, где итак уже было влажно.
Она почувствовала, как Адам скользнул рукой по ее бедру и двинулся к месту соприкосновения их тел. Не прекращая поклоняться соскам, он сильными пальцами провел по животу Либерти и дотронулся до нее между ног.
Адам застонал, и она тут же ощутила его ласку.
— Боже, — он оторвался от Либерти, — ты здесь такая мягкая и горячая, — Адам погладил ее складки и исследовал их, пока она не опустилась на его руку. Он погрузил в Либерти палец.
— Да, — выдохнула она. Либерти отдалась великолепию того, как Адам изучал ее и доставлял ей удовольствие. Он был сосредоточен, не обделяя вниманием ни единого сантиметра.
Высвободив палец, Адам вошел в нее уже двумя.
— И тесная.
Либерти уже скакала на его руке, отчаянно нуждаясь в большем. Почувствовав прикосновение его большого пальца к клитору, она содрогнулась.
— Вот оно, — пробормотал Адам.
Посмотрев вниз, Либерти заметила, что он наблюдал за ней с пугающей сосредоточенностью. Она знала, что Адам был серьезным и целеустремленным человеком. К счастью для нее, он проявлял эти качества и в сексе.
Адам надавил на клитор, плавно натирая его кругами. Поднимаясь и опускаясь на его руке, Либерти позволила внутреннему напряжению нарастать.
— Да. Пожалуйста, Адам, — она не могла связать слова в предложения.
— Ну же, Либерти. Кончи на моей руке и дай мне почувствовать.
Наклонившись, она прикусила его плечо, заглушая вскрик в момент оргазма. Кульминация сбивала с ног. На минуту они замерли, пока Либерти не отдышалась. Пальцы Адама оставались в ней, и она была напряженной, но в то же время расслабленной. Член под ней был каменно твердым, и Адам тяжело дышал.
Кое-что Либерти знала наверняка.
Ей хотелось большего.
Она слезла с Адама, застонавшего, когда его пальцы выскользнули из нее. От сильнейшего желания черты его лица заострились. Он спустился взглядом по ее телу медленно и внимательно, впитывая каждую деталь.
Затем Адам Холмс — человек, которого Либерти считала консервативным и сдержанным — поднял руку и облизал пальцы. Попробовал ее на вкус.
У Либерти напрягся живот. Не тратя времени на раздумья, она упала перед Адамом на колени. Либерти расстегнула ремень на его брюках и ширинку. Адам помог ей снять с него штаны вместе с боксерами.
Она отстранилась, и у нее округлились глаза. Он скрывал под формой гораздо больше, чем просто натренированное тело. Обхватив ладонью длинный большой член, Либерти не смогла сомкнуть на нем пальцы.
— Ну, хорошо, генерал Холмс…
Ухватив Либерти за волосы, он немного запрокинул ей голову, причинив небольшую боль.
— Здесь ты называешь меня Адамом. Тебе понятно?
Она кивнула и, не в силах сдержаться, провела рукой по прекрасному большому стволу. Из ее горла вырвался тихий стон.
— Если продолжишь, я кончу тебе в руку, — Адам со стоном подался вперед.
— Значит, ты не кончишь мне в рот, и я не смогу проглотить?
— У меня давно никого не было, — снова застонал он.
— Хорошо, — Либерти наклонилась и взяла член в рот.
***
Адама словно поразило молнией. Он не мог поверить в происходящее.
Либерти — красивая, уверенная в себе Либерти со свободной душой — сосала его член. Ощущения полностью захватили Адама. Он не привык к близости с другими людьми, не привык прикасаться к кому-то или чтобы кто-то прикасался к нему.
Когда Либерти впилась ногтями в его бедра и хрипло застонала, Адам почувствовал приближение разрядки, сковавшей напряжением низ его позвоночника.
Очень давно он не дотрагивался до женщины, но не собирался кончать, пока она не испытает второй оргазм.
Наблюдая, как Либерти краснела, и ее полные груди покачивались в такт движениям, Адам подумал, что никогда не видел ничего прекраснее.
Обхватив соблазнительные округлости, он потянул за соски, и Либерти судорожно вдохнула. Она подняла на него голубые глаза и не отводила взгляда. Адам толкнулся навстречу ее рту, и она принялась сосать сильнее.
Член пульсировал, и Адаму пришлось напрячь мышцы, чтобы не разрядиться ей в рот, как желторотый юнец.
Он еще не закончил с Либерти Лоулер. Поднявшись, Адам притянул ее в свои руки. Член выскользнул из ее рта, и она возмущенно вскрикнула, вскинув на Адама взгляд.
Попятившись, он уложил ее на свою узкую койку.
— Я хочу посмотреть, как ты кончишь еще раз, — Адам снова потер клитор, до сих пор припухший и скользкий после ранних игр.
Адаму хотелось, чтобы Либерти кричала его имя. Теперь он знал, какие ласки ей нравятся. И Адам безжалостно использовал прошлый опыт, массируя маленькое средоточие нервов и проникая в нее пальцами. Либерти подавалась бедрами навстречу его руке.