Чтение онлайн

Донской отскочил, потирая кулак, но, видя, что длинный, уже справившийся с приступом боли, вытащил из-за пазухи какой-то темный предмет, прицельно – сверху вниз – выстрелил своей правой в челюсть поднимающемуся моднику… А длинный уже летел на него сзади, держа в поднятой над головой руке милицейскую дубинку.

– Это и есть твоя ксива? – крикнул Донской, увернувшись от удара длинного.

Попутно он успел скользнуть краем глаза по гладковыбритому, который лежал теперь на спине, закатив глаза. Теперь инициатива была у Глеба.

Видя, что руками противника не достать, длинный пустил в ход ноги. Это было как раз то, на что Донской рассчитывал. Вместо того чтобы увернуться от летящей в голову ноги длинного, он резка поднял руку и подался вперед. Ботинок парня угодил куда-то за спину, при этом рука Глеба автоматически захлестнула ногу длинного, плотно прижав ее щиколотку к подмышке. Следующим движением Донской заступил правой ногой за ногу пытающемуся сохранить равновесие парню и коротким ударом в грудь опрокинул его на асфальт. Длинный ударился затылком о тротуар и затих.

Донской поспешил вырвать из его рук дубинку. Теперь, если нападение повторится, ему не придется сбивать кулаки в кровь. Выглянув за угол, Глеб увидел автомобиль с горящими фарами и отпрянул назад. В автомобиле находились двое, причем один из них, открыв дверь, уже выходил. Глеб оглянулся на лежащих. Длинный пробовал подняться, а гладковыбритый даже не шевелился.

Глеб подбежал к нему и ощупал его -куртку, надеясь найти оружие. Ни под мышкой, ни за поясом пистолета не оказалось. Человек из автомобиля должен был вот-вот появиться…

Донской вырвал из внутреннего кармана модника какие-то удостоверения с визитками. На одной бросились в глаза латинские буквы – «Компания JJ». Ни имени, ни фамилии.

Сунув документы себе в карман, Глеб поспешил удалиться… и налетел на стремительно вышедшего из-за угла мужчину в длинном, застегнутом под самое горло плаще и шляпе, надвинутой на глаза.

Мужчина вздрогнул и, инстинктивно сделав шаг назад, прикрыл лицо руками. Глеб отрезал ему путь к отступлению и двинулся на него, сжимая в руке дубинку. Мужчина взялся за верхнюю пуговицу плаща…

– Не успеешь! – крикнул Донской и шагнул навстречу.

Рентгенщик Яковчук поднялся к себе в комнату и сел на кровать. Пружины скрипнули, и в деревянную перегородку кто-то отчаянно застучал.

– Слава, сука, дай поспать! Я же тебе говорил, ходи на цырлах! – раздался раздраженный голос.

– Извини, Ильяс! Это все проклятая койка!

– Койка, койка… – заворчал Ильяс. – Брось матрас на пол и замри!

За перегородкой жил охранник с Аналитического центра. Уже несколько часов он пытался заснуть. Побег косых, неразбериха, свистящие над головой пули – одна царапнула ему макушку, – все это едва не свело его с ума. Нервы гудели высоковольтными проводами и не то что не успокаивались, а даже повышали напряжение. Ильяс уже стоял под душем, обливался холодной водой из ведра и пил настой валерьяны. Нет, ничего не помогло! О, если бы он мог выпить! Но доктора пить запретили. Под страхом смерти! И теперь Ильяс медленно сходил с ума, сгорая в пламени вихрем кружащихся видений…

Яковчук сел на стул рядом с обшарпанным письменным столом, безвольно свесив жилистые кисти рук. Сегодняшний день был слишком тяжелым. Сначала обыски, потом допросы и, наконец, прогулка в Промзону, где ему едва удалось уйти от преследования патрульной машины. Если бы не та неразбериха, которая сейчас царила на Объекте, его наверняка бы сцапали. Но количество патрулей, к счастью, было сегодня ограничено. В районе вертолетной площадки шел бой, и туда были стянуты значительные силы.

Он очнулся от забытья и, разгоняя туман дремоты, резко встал. Взяв из ящика письменного стола свою фотографию, лезвие безопасной бритвы, тюбик клея и сморщенную картофелину, он повернулся лицом к перегородке, за которой страдал охранник.

– Ильяс, ты заснул? – осторожно спросил он.

– Я тебя убью, падло! – взвыл охранник, будто все это время только и делал, что, изнывая от нервного напряжения, ждал любого шороха.

– Не сердись. У меня есть таблетки!

– Пошел ты со своими таблетками! – крикнул Ильяс.

– Да нет, ты не думай. То, что надо! Транквилизатор!

Охранник продолжал что-то кричать, а Яковчук вышел на лестничную площадку и постучал в дверь охраннику.

Дверь моментально распахнулась, и перед рентгенщиком вырос охранник в длинных семейных трусах и майке. Он весь дрожал от злости. Измученное бессонницей лицо его имело желтоватый оттенок, а красные глаза были подведены землистой краской страданий.

– Что у тебя? – взвизгнул охранник.

– Вот, держи… Четыре таблетки – и будешь в норме!

– А если сразу восемь?

– Спать будешь долго. Тебе ведь в ночь на дежурство?

– Не твое дело!

Охранник вырвал из руки Яковчука упаковку и прочитал название.

– Там внутри есть аннотация, – сказал рентгенщик, внимательно глядя на соседа.

– Здесь сказано по одной два раза в день! А, ладно! – воскликнул охранник и проглотил четыре маленьких таблетки. – Когда подействует?

– Через полчаса!

– Все, иди! – сказал охранник и принялся выталкивать Яковчука за дверь.

– Да подожди ты! Я ж тебе помочь хочу, чтоб ты не мучился! Иди, ляг на кровать!

Яковчук с улыбкой подтолкнул удивленного охранника к кровати и шагнул в комнату.

– Как помочь?

– Успокоительный точечный массаж – акупунктура. Слышал? Ну, ложись на спину. За минуту расслабишься! – тон Яковчука стал повелительным.

Охранник подчинился.

Сначала рентгенщик прощупал у охранника пульс, озабоченно глядя на секундную стрелку своих часов. Охранник несколько успокоился и перестал крутиться. Затем Яковчук положил свои длинные пальцы на виски страдальца и начал сильно нажимать, делая при этом легкие круговые движения. Охранник закрыл глаза. Сняв пальцы с головы Ильяса, Яковчук интенсивно встряхнул их и мягко положил в основание шеи охранника. Тот блаженно улыбнулся.

– Кайф! – промурлыкал охранник.

Сделав вдох, рентгенщик погрузил свои вдруг ставшие твердыми, как железо, пальцы в сонные артерии Ильяса. Тот вздрогнул, поднял было руки, но тут же расслабленно опустил их. Голова его упала набок.

После этого Яковчук вложил еще несколько таблеток транквилизатора в вяло шевелящий губами рот охранника и осторожно влил воду из стакана, следя за тем, чтобы охранник все проглотил. Охранник затих. Могло показаться, что он умер. Яковчук склонился над ним, слушая его едва уловимое дыхание.