Чтение онлайн

Яна подбоченилась и пристально уставилась на Шведа:

– И ты, конечно, решил, что ловко их провел. Что своими намеками выманил у Дамара целебную настойку? Пообещал краевцам рассказать секреты, и они расщедрились в ожидании твоей откровенности. Да?

– А разве что-то не так? Они сказали, что это поможет восстановить память. Эх, пигалица, тебе не понять… а я все больше вроде что-то нащупываю вот здесь…

Швед постучал пальцем по лбу, при этом движении жидкость в банке колыхнулась, разбрасывая золотистые отсветы под лучом фонарика.

– Вроде всплывает что-то такое, будто жену припоминаю, дочка… Я дома редко бывал из-за службы, но она всегда меня узнавала, хотя маленькая была, совсем кроха. – Швед улыбнулся. – Что-то такое вроде совсем рядом, кажется, вот-вот нащупаю, все вспомню… но оно опять ускользает. И потом другие мысли приходят: а может, это неправда? Может, я сам это придумал, потому что очень хочется, чтобы так было – чтобы у меня не хуже, чем у других, дом, жена, ребенок… и тогда я сомневаюсь в том, что припомнилось. Вот такая штука.

– Так ты собрался это пить? – Яна заговорила с напором. – Ты что? Мы же не знаем, что старшие туда намешали! Ты послушай, Швед, не перебивай, послушай!

Девушка заговорила быстро, как будто опасалась, что ей не дадут закончить:

– Мы с Алексом как раз обсуждали краевцев. Они на две группы делятся, на старших, которые вроде как хозяева, но на самом деле никакие они не хозяева, а так, только голос, которым настоящий хозяин приказы отдает. А остальные – совсем бестолковые, ничего не помнят, ничего не знают. У них одно на уме: как бы Лесу услужить. И еще я слышала, что краевцы какое-то зелье всегда пьют. Причем постоянно!

– Ну, так это чтобы в Лес войти… – заикнулся было Алекс. – И потом, не все краевцы такие, это какая-то отдельная группа… вроде секты.

Но Яну было не удержать, она тараторила дальше:

– И я вдруг поняла, что они так превращают молодежь в слуг! У них разум отбивает, и память, кстати, тоже! Вот начнешь это пить и тоже захочешь Лесу служить! Может, не весь Край такой, я как-то других видела, они совсем не такие! У тех, у других, я бы ничего воровать не стала, они нормальные были! А вот Асей мне сразу странным показался, я потому и взяла его рюкзак, чтобы посмотреть! Подумала: у такого странного человека может что-то любопытное найтись.

Она перевела дыхание и продолжила:

– Память… да врут они, нарочно тебя обманывают, потому что это твое слабое место, понял? Ты вообще такой… ну, крепкий, что ли, неподатливый, а вот когда речь о памяти заходит, то сразу можешь размякнуть! Вот они твою слабину и нащупали. Не пей, а? Послушайся меня, вылей эту отраву. Вон туда, в угол, вылей! А старшим скажешь, что выпил и не помогает!

Алекс слушал и не верил своим ушам – откуда в Яне столько проницательности? Сейчас и ему казалось, что она очень точно подметила, как происходит воспитание молодежи в этом клане. Ведь верно, их постоянно поят какими-то настоями или чем-то вроде! Троица с ними всего полдня, а Алекс уже несколько раз видел. Вот и получаются беспрекословные слуги, наподобие Мака – они знают лишь одно, службу Лесу. Ни сомнений, ни посторонних мыслей… что, если в самом деле такими их делает вот это питье?

Швед отвернулся, теребя бороду – фонарик в руке Яны дергался из-за ее возбуждения, и свет то и дело попадал отшельнику в глаза. Девушка тоже сообразила, что ее фонарик мешает Шведу, и отвела луч в сторону. Из темноты Швед ответил:

– Знаешь, пигалица… даже если ты и права, я все-таки выпью. Иначе потом никогда себе не прощу, что не попробовал. А вы с Лехой меня, если что не так, спасете.

Яна устроилась в углу, из которого Алекс сгреб все побеги в сторону. Швед в это время разглядывал банку с питьем… Расположившись, девушка выключила фонарик.

В темноте было слышно гулкое бульканье – Швед сделал глоток. Потом заскрипел диван, это он улегся. Вскоре дыхание отшельника стало размеренным и глубоким.

– Швед, ты спишь? – тихо позвала Яна. Не дождавшись ответа, горько произнесла: – Вот проснешься и скажешь, что ты служишь Лесу, а звать тебя… ну, например, Дуб. Или Чурбан. Пень старый. Я отсюда без тебя не уйду, понял?

Швед спал и, естественно, ничего не ответил. Яна пошуршала, располагаясь поудобнее, и тоже затихла. Но Алексу еще долго не спалось – он все думал, каким завтра станет старый друг. Прежним или нет?

Но утром Швед спал.

– Алекс, послушай, – заговорила Яна. – Я сверток с нашей добычей под половицу спрятала. Вон, видишь, та, щербатая деревяшка? Шведу не говори, пока не выясним, что он в порядке. Хорошо?

– Да, интересно, каким он проснется…

Яна с Алексом сидели и ждали, когда же Швед наконец откроет глаза – без результата.

Конечно, первой не выдержала Яна:

– Я его подниму!

– Не надо, – попросил Алекс, – он же говорил, что есть побочный эффект. Слушай, а может, ты зря беспокоишься? Вот вернется к нему память…

Закончить фразу он не успел, в отведенный им домишко явились двое краевцев – Мак и еще один парень, немногим старше.

– Мы за тобой, – объявил Мак Яне. – Старшие зовут побеседовать.

Яна неуверенно оглянулась на Алекса. Тот спросил:

– О чем беседовать? Швед же все рассказал, а нас старшие сами отослали.

– Теперь ее очередь, – сказал второй боец. – Раз старшие зовут, значит, нужно. А о чем, они сами скажут.

– Нет, я ее одну не отпущу! Вместе пойдем, – решил Алекс. – Вот сейчас Шведа разбудим и… Швед! Эй, Швед, проснись!

– Старшие сказали, что он будет долго спать, – объяснил Мак. – Не буди, не поможет. К нему память возвращается, значит, он будет спать. Так Лесом устроено. Целебное средство работает, этой работе ничто не должно мешать. Вот разум и спит.

– Ну, тогда мы подождем, пока проснется.

– Нет, старшие ее ждут. Пойдем, девушка.

Голос краевца прозвучал тверже, и Алекс понял, что этот человек будет настаивать на своем. Да и Мак, который вчера казался таким покладистым и спокойным, сейчас глядел строго – ясно, что краевцы не отступятся.