Хозяин
Шрифт:
Период pre-op закончился через шесть месяцев. Слегка трусящий, но счастливый Ковалев лег на операционный стол…
…Описывать транзишн в деталях? Злоупотреблять вашим вниманием и портить вам аппетит? Увольте!!!
Оперировали его в Евразийском центре репродукции человека, что на Иваньковском шоссе. Именно туда стремился наш герой — еще со времен Клопино. Московский врач не возражал: и специалисты там, и сама клиника — из лучших. Мировой уровень. Это правда.
Вся операция в случае с Ковалевым свелась к формированию неовагины. Вагинопластика производилась сигмовидным методом (взяли сегмент сигмовидной кишки и переместили, куда нужно). Это был единственно возможный вариант, поскольку у Ковалева практически все излишки внешней ткани пошли на имитацию… ну, неважно чего.
После операции настало время настоящих мук. Причем, не в больнице, а уже дома. Post-op , как говорится, он и есть post-op. Не жизнь, а сплошная гигиена и самоограничение. Бесконечные спринцевания, бужирования, прокладки, салфетки. Всё через боль, иногда фантомную , придуманную мозгом. «Электрические удары» в хирургической области — сильное ощущение, вызванное прорастанием нервов… Некоторое облегчение наступило через две с половиной недели, когда рассосались швы. И было еще одно важное обстоятельство, поднимавшее дух пациента, — наконец он смог избавиться от ненавистной банки на боку! В туалет он теперь ходил, как нормальные люди, в унитаз.
Потянулись месяц за месяцем…
Лечащий врач возобновил гормонотерапию. Прием — по циклической схеме, регулирующей менструации. Дозы дробились, чтобы снизить нагрузку на печень. Алкоголь также увеличивает нагрузку на печень и препятствует усваиваемости любых препаратов, — Ковалев решительно бросил курить и пить. Питаться нужно было хорошо и много — он нанял кухарку. Периодически делал коагулограмму, контролируя свертываемость крови. Пил молоко, снижая риск язвы желудка. Принимал витамин В, как вещество, способствующее ассимиляции гормонов-эстрогенов… Он уже видел конечную точку своего Плана.
Откуда-то взялась легкая близорукость — неожиданный побочный эффект.
И как-то так незаметно, грамм за граммом, кубик за кубиком, появилась настоящая грудь! Ну, почти настоящая. Если раньше она была похожа на грудь девочки до начала полового созревания, то теперь молочные железы начали определенно расти. Ареолы сосков потемнели и расползлись правильными овалами. Женщина рождалась.
Впрочем, гормональной феминизации и получения первичных половых признаков явно недоставало, чтобы женщина была полностью уверена в себе. Чтобы женщина нравилась …
И Ковалев нанес последние удары по своему телу, выдержав серию челюстно-лицевых и черепно-лицевых операций. Проблема в том, что строение мужских и женских лиц принципиально различно. Косметикой и прической далеко не всегда можно избавиться от черт, которые подсознательно отталкивают людей. Ковалеву требовалось нанести легкие штрихи к своему портрету… устранить кадык, убрать надбровные дуги, изменить высоту и угол подбородка, уменьшить челюстную кость… что и было сделано.
Тембр голоса решили не трогать — слишком рискованно…
Прежнего Ковалева больше не было.
Через год после операции, через двадцать один месяц после бегства из Клопино, родился новый человек — в муках и во лжи.
Почему во лжи? А как еще назвать решение пресловутых «организационных вопросов»? Бывший прапор Ковалев, успешно искушая взяточников, в очередной раз сменил документы, фамилию, биографию. Из ничего — из космического эфира, — возникла прелестная Софья Ковалевская.
Сонечка Ковалевская. Сексапильная, богатая и без комплексов…
…Примерно в то же время в стране состоялись выборы нового Президента. Старый уходил совсем, в выборах не участвовал. Одним из кандидатов был председатель Госсовета.
Хозяин.
Кто мог всерьез бороться с этим кандидатом? Он был неудержим. Он был умен и прост. Он говорил устами людей — то, что они боялись сказать вслух; объяснял людям — то, о чем они боялись спросить. Он говорил правду и только правду. Любой понимал — одного взгляда хватало, чтобы понять, — в этом парне есть стержень.
Рекламный слоган «в этом парне есть стержень» особенно западал в сердца женщин, а ведь они — б?льшая часть избирателей.
Вдобавок Хозяина негласно поддерживала почти вся команда старого Президента и почти все «капитаны российского бизнеса». Плюс незаурядная жена — рядом…
Ну и, как вы думаете, кто выиграл выборы?
Нет, я не про фамилию, все мы знаем ФИО нашего Президента. Вопрос в том, кто он?
Или сформулируем так: что он?
Представьте его без мундира, вернее, вне мундира, и вы найдете ответ сами.
Да-да, именно так.
Вяземский (или как там его) улыбался.
— И вообще, ты ошибаешься, деточка, — сказал он мне. — И ты, и тот, кто за тобою стоит. Не существует никакой шайки. Вы искали заговор, а нашли меня. Я — одиночка.
— Отлично. Так где ты спрятал Президента? В доме?
— Увы и ах, не в доме. Если ты меня застрелишь, никогда не узнаешь ответ. Повторяю, я одиночка.
— Если честно, лично мне твой ответ не нужен, — я ничуть не кривлю душой. — Не за тем пришел.
Он опять заметно нервничает.
— Во-первых, убив меня, живым ты отсюда не выберешься… — начинает он.
— Это мы посмотрим.
— …во-вторых, неужели ты выстрелишь в женщину, которую господин Президент любит, как себя самого? Как часть себя самого, что, в общем-то, сущая правда…
Он снимает берет, высвобождая волосы. Он отклеивает усики и стирает ладонью фальшивую щетину. Сбрасывает накидку и расстегивает курточку от спортивного костюма. Потом встает и сладко потягивается.