Чтение онлайн

Доктор задумчиво потер блестящую лысину, зачем-то посмотрел во двор (окно с настоящими стеклами в раме из металлопластика!) и спросил:

– А в чем же будет мой гешефт? Я, как доктор, при любой власти выживу, ссориться с Пауком не вижу смысла.

Лукавит, падла, сам живет на территории конкурентов Паука, пользуется их покровительством, наверняка часто гуляют одним столом и… Тут ход моих мыслей прервал Юра:

– Борис Моисеевич, возможно, вы и будете полезны клану СБ, но элитарным врачом при Пауке не станете, наверняка такой врач уже существует. Судя по обстановке квартиры, сейчас же вы пользуетесь большой благосклонностью хозяина местной группировки, а после боевых действий, которые, смею вас уверить, приведут к полной победе Паука, квартирка может быть экспроприирована, так что подумайте. К тому же ваши труды мы можем, ну чисто символично, оплатить мешком соли. Вы же видели, во дворе наша телега, и если мы придем к консенсусу, то сорокакилограммовый мешок соли ваш.

(Красиво излагает, вошь ему за воротник…)

– Хорошо, ребята, – сказал доктор, обводя рассеянным взглядом роскошную обстановку своей квартиры. – Вы меня убедили, и я со своей стороны постараюсь повлиять на решение Марата принять вас. Вы, наверное, соль на рынок продавать поедете? А я пока с Маратом переговорю. Думаю, часа через четыре он вас примет, так что, не мешкая, сдавайте соль, покупайте, что вам нужно, и быстренько сюда. Во дворе вас будут ждать и проводят к пахану.

Рынок находился недалеко от дома доктора. Через двадцать минут после разговора мы остановились у больших решетчатых ворот и, уплатив положенную пошлину, оказались на огромной площадке, огороженной проржавелой металлической сеткой. К нам подскочил маленький человечек в одежде неопределенного цвета с белесым бельмом на глазу.

– Ах, господа хорошие, – затараторил он, – помогу за долю малую сыскать – обменять товар самого высокого качества по самым привлекательным расценкам. Быстро и выгодно.

Мы отмахнулись от прилипалы, и он, раздосадованный, отвалил. Да, продукции на рынке хватало. Причем каждая группа товаров располагалась в одном определенном месте, и у каждого продавца имелись гири, так что, проезжая вдоль рядов, мы смогли быстро обменять соль на интересующие нас товары. Купили мыла, зажигалок, два рулона шелка, мешок редкого у нас кукурузного зерна и два мешка пшеничной муки. В оружейном ряду обменяли десять килограммов соли на патроны для ПК и автоматов. Потом еще прошлись по рынку, выбирая подарки для родственников. В конце концов добрались до ряда где продавали рабов. Соли у нас уже не осталось, но почему бы и не прицениться к столь ходовому товару?

– Сколько раб стоит в переводе на соль? – спросил я у важного бородатого работорговца.

– Смотря какой раб. Цена колеблется от килограмма до трех мешков.

Смотреть на несчастных нам не хотелось, тем более, соли уже не было, зато созрел план по увеличению народонаселения наших поселков, вот в следующий раз приедем…

Ну ладно, не будем загадывать…

Во дворе дома, в котором проживал доктор, нас ожидал крепкий боец в пятнистом камуфляже с короткоствольным АКСУ на плече. Он даже не обменялся с нами приветствием, а просто молча кивнул и вышел со двора. В тесном дворе было трудно развернуться, и Митька долго чертыхался, стесывая колесами углы здания и бетонные глыбы, не убранные со двора. Но, наконец, развернулся, и Ворон зарысил вслед скрывшемуся за углом вояке. Потом мы битый час стояли во дворе усадьбы хозяина территории, ожидая, когда он соизволит нас принять.

Марат удостоил нас аудиенции сразу после обеда. В большой комнате его нового, крепкого, одноэтажного кирпичного дома в воздухе еще витал запах вкусной пищи. Это был человек средних лет, с лунообразным лицом и узкими щелочками вместо глаз. Сидя в высоком богатом кресле за большим столом, он с интересом разглядывал нас, садиться не предлагал, а просто спросил:

– Ну и кто вы будете, гуси-лебеди? И о каком таком вопросе жизни и смерти пел доктор?

– Ну, если по порядку, – начал я, – мы представители нескольких поселений юго-восточного тракта, лично я хозяин села Степаново. А от моего имени будет говорить мой старший товарищ Юрий.

– Ух ты, как официально, – съязвил Марат. – Ну, говори… Юрий.

– Марат, ваш конкурент Паук затевает полномасштабную военную операцию по захвату власти во всем Полисе. Пока у него было такое же вооружение, как и в других группировках, соблюдался хоть какой-то паритет, теперь мы располагаем сведениями, что в течение трех недель он получит оружие качественно отличающееся от вашего, после чего начнет операцию по захвату власти в городе.

– От кого получит и откуда эти сведения?

– Его рейдеры нашли небольшой арсенал, рядом с нашей территорией, – не моргнув глазом, врал Юра, – и по выходу на тракт у них произошло боевое столкновение с нашими дружинниками, в результате большая часть рейдеров была перебита, и нам удалось захватить их командира. Ну, попытали малого, что они в наших краях забыли…

– Кто был старший рейдеров? – резко бросил Марат.

– Да какой-то Макинтош, что ли? Собственно, его имя нас не интересовало.

– А место, место схрона вы знаете?

– Только приблизительно, бедняга не выдержал пыток, но мы знаем направление и время, когда они будут перевозить оружие.

– Да… Все же Паук может перенести время выемки оружия, почему, кстати они его сразу не забрали? – спросил Марат.

– Не на что грузить было, взяли просто образцы…

– Да, вы мне не сказали, какое это оружие?

Мы с Юрой переглянулись, и я ответил:

– Точно не знаем, но гранатометы, мины и крупнокалиберные пулеметы с боеприпасами там есть.

Марат встал, прошелся по комнате и, как будто только заметив, что мы стоим, пригласил:

– Да вы садитесь, ребята, чего стоять, наверное, не обедали сегодня, сейчас организуем. Эй, Мустафа, принеси гостям перекусить что-нибудь с кухни.

Через несколько минут на столе стояли кувшин с вином, сыр, белый хлеб и рубленое копченое мясо в кишках – колбаса называется, такое я ел впервые (когда домой приеду, расскажу тестю, может, бабы сообразят, как ее делать).

Меж тем Марат ходил по комнате, нетерпеливо ожидая, когда мы насытимся, поэтому обед получился скомканным.