Чтение онлайн

— Я... не знаю, — говорю я.

— Ты знаешь, што я думаю? — спрашивает он. — Не было никакой бури. Не было никакой газели и никакого голубоглазого волкодава, который пришел и спас тебе жизнь. Тебе все это приснилось. Ты ходила во сне.

— Нет, — говорю я. — Нет.

— Ты приехала сюда во сне, — говорит он, — и каким-то образом ты упала и вырубилась. И пока ты мечтала о голубоглазых волкодавах и смерчах, эти двое волков и тот, которого я прогнал, они нюхали тебя и влезли в драку за мясо.

— За какое мясо? — не понимаю я.

— За тебя, ты идиотка, — говорит он. — Я пришел как раз во время, штобы спасти твою шкуру. Если бы не я, они бы разорвали тебя в клочья и стервятники в ту же секунду разобрали твои кости.

Я поднимаю глаза к небу. Ну, конечно же, куда ж без них, здоровенные пожиратели мертвечины уже начали кружить над волками.

— Нет, — говорю. — Нет, ничего подобного, Лью. Клянусь, это был Таккер, который...

— Заткнись! Просто заткнись! — взрываетца он. — Черт тебя дери, Саба, дай дух перевести и прекрати мне лгать!

Его лицо пылает. Оно багровое. Маленькая мышца его лица (Эмми зовет их чокнутый желвак) — вздуваетца и бугрица. За последние дни это не редкость. Он быстро впадает в ярость.

— Я не лгу, — говорю я.

— Ну, ты и правды мне не говоришь, — возражает он.

— Чего? Будто ты мне мне правду говоришь? — возмущаюсь я.

Мы стоим и долго друг на друга смотрим. Морщинки усталости глубоко врезались в его лицо. Под глазами темные круги. Внезапно, плечи его опускаютца. Гнев сходит на нет. Так же быстро, как появился.

— Ну, вот што мне с тобой прикажешь делать? — спрашивает он. Он обнимает меня одной рукой за шею и притягивает к себе. Мы соприкасаемся лбами. — Прости, — говорит он. — Прости. Я...я просто хочу, штобы всё вернулось на круги своя. Я просто хочу, штобы мы с тобой стали прежними мы.

— Я тоже, — шепчу в ответ.

— Он тебя отвратно несет, — говорит он.

— Знаю, — говорю я.

— Нет, — говорит он, — я имею в виду, от тебя просто отвратительно воняет. Не выносимо просто. — Он отпихивает меня. — Иди и отрежь какой-нибудь кусок жилистого мясца от одного из тех волков. Мы потушим немного вечером, а из остального высушим на ветру. У нас будет вяленое мясо.

Гермес с Рипом пасутца, ожидая, вдалеке от мертвых волкодавов. Пока я разгоняю стервятников и разделываю одного из волков, Лью идет к лошадям и начинает проверять, уздечки, поводья и рогожьи коврики на их спинах.

— Нам нужно убиратца отсюдова, — говорю я. — Оно влияет на наши головы, здесь свихнутца можно. Если нога Бака достаточно уже зажила, то может нам уже можно двигатца дальше?

— Я не намерен рисковать хорошей лошадью, только иза того, что ты ждешь не дождешься по скорее увидетца с Джеком, — говорит Лью.

— Я не говорила этова, — говорю я.

— Ты и не должна была, — говорит он. — Я знаю, што ты имеешь в виду.

— Нет, не знаешь, — говорю я.

Сердце начинает подпрыгивать прямо к горлу.

— О, в самом деле? Тогда, как ты объяснишь свой румянец? Клянусь, эта...твоя одержимость им... — Лью начинает говорить тоненьким голосочком, подражая какой-нибудь дурехи. — Помнишь, Джек как-то сказал вот это? А помнишь он говорил вот то? Да меня уже тошнит при одном упоминание его имени.

— Можно подумать, ты ревнуешь, — говорю я.

— Я просто не хочу, штобы ты страдала, — отвечает Лью. — Я постоянно говорю тебе, Саба, он не появитца. Он не объявитца в Большой Воде. Джек давно позабыл о тебе. Такой парень, как он...как только он получает то, чего хочет, то теряет интерес и пропадает. Он думает только о себе, это можно увидеть по его глазам.

— Джек не такой, — возражаю я.

Вот теперь я чувствую, как мои щеки пылают.

— Што такое? — спрашивает он. — Слишком похоже на правду? Чего Джек хотел от тебя? Ты ему дала это?

— Захлопни пасть, — рявкаю я.

Лью останавливаетца и бросает на меня тяжелый взгляд.

— Ты легла с ним? Вот как ты отплатила ему за его помощь в моих поисках?

Я задыхаюсь от гнева. Подскакиваю на ноги и кричу ему прямо в лицо: — А ну забери свои слова!

— Я видел, как он на тебя смотрел, — говорит он. — Как ты смотрела на него.

— То, как я смотрю на людей никакого не касаетца, — отвечаю я. — Ты сразу же был против Джека, с момента вашего знакомства. Хотя должен бы быть ему благодарным.

— Ах, вот оно што! — воскликнул он. — Очередное напоминание, как я обязан Джеку.

— Ну, может это иза того, што ты похоже не ценишь, што если бы не он, то тебя бы не было в живых, — говорю я. — Никого бы из нас. Я не понимаю тебя, Лью. Почему ты не благодарен за то, што...

— Не надо говорить мне, што я должен быть благодарным! — кричит он. Он подлетает ко мне и хватает меня за руку, сильно встряхивает. — Я не благодарен, слышишь меня? Я НИКОГДА! НЕ ХОТЕЛ! быть ....благодарным.

Он переходит на шепот. Он смотрит на свои руки, в которых держит мои. Его пальца впиваютца в мои предплечья. Повисает на мне. А затем: — Почему ты позволила им забрать меня? Почему вы с Па не остановили их?

Его голос настолько тих, што я вынуждена склонитца ниже, штобы расслышать.

— Мы пытались, — говорю я. — Ты же знаешь, што мы пытались. Они убили Па.

Он поднимает голову. Его глаза такие печальные. Такие...постаревшие. Сердце у меня йокает.

— Вы должны были разыскать меня раньше, — говорит он.