Хрангелы
Шрифт:
– Ну что ты, конечно, нет! Я просто зачиталась. Прости, пожалуйста! Сильно я тебя?
– Да не то чтобы очень... А что ты читаешь? О, Коэльо! Мне тоже нравится, – Салма посмотрела на обложку, потом – удивленно – на Машу. – Ты читаешь по-испански?.. Вот так сюрприз!
– К сожалению, нет, но, говорят, перевод неплохой. Конечно, в оригинале было бы лучш...
– Какой перевод, Мария? – перебила её Салма. – Книжка – на испанском.
– Ты чего? Мы ж вроде не головами столкнулись! На каком испанском?! Я же сказала – по-испански не читаю!
Салма подняла брови. Потом решительно взяла Машу за руку и потащила за собой.
– Куда ты меня тащишь?
Салма молча тянула ее к спортплощадке, где мальчишки играли в футбол.
– Эй, Марио, можно тебя на минутку? – позвала Салма.
– Марио, ты сколько языков знаешь?
– Пять, – удивленно ответил Марио, – я в лингвистическом лицее учусь. А что?
– Какие? – продолжала допрос Салма.
– Английский, испанский, французский, латынь. Ну, и итальянский, конечно, – улыбнулся Марио.
– На каком это языке? – она сунула ему раскрытую книжку.
– На испанском. Это «Дневник мага», если не ошибаюсь.
– Не ошибаешься, – Салма обернулась к Машке. – Ну?!
– Да что случилось-то? – допытывался Марио.
Похоже, отвечать ему никто не собирался.
– Марио, миленький, скажи что-нибудь по-французски,– взмолилась Маша.
– Мерси.
– Нет, это каждый дурак знает! Скажи что-нибудь длинное и сложное!
Марио разразился тирадой секунд на сорок.
– Поняла! Ты сказал, что терпеть не можешь, когда тебе задают миллион вопросов и не объясняют зачем! А теперь, умоляю – по-итальянски!
– Не буду, – сказал Марио по-английски и развернулся с твердым намерением вернуться к футболу.
– Пор фавор, кара мио, пор фавор! Это так важно для меня! Это вопрос жизни и смерти!
Марио изумленно обернулся.
– Маша, ты говоришь по-итальянски?!
– Да! – завопила Машка, – си! Да, да, да! Я не бесталанная! Ур-р-ра!!!
И кинулась обнимать Салму и Марио.
– Ненормальная, – сказала Салма по-испански.
– Сумасшедшая, – сказал Марио по-итальянски.
– Вот именно. Вот именно! – радостно подтвердила Маша и умчалась искать Натку.
«И куда она подевалась? Чертовски неудобно, что перестали работать телефоны!» Эйфория, охватившая Машу, когда и она обрела уникальные способности (и не какой-то там ненужный ей телекинез, а то, о чем всю жизнь мечтала), так окрылила ее, что она буквально облетела почти весь лагерь. Натки нигде не было.
– Так, стоп. Хватит носиться, нужно подумать.
Остановка на раздумья случилась как раз возле домика старших мальчишек. Она и десяти секунд не простояла, как вышел насупленный Френк и зашагал в сторону спортплощадки.
– Френк, привет!
– Привет, – буркнул он и приостановился.
– У тебя случилось что-то? – участливо спросила Маша. Она сейчас была так счастлива, что готова была обнять весь мир!
– Нет, – мрачно ответил Френк, – что тебе? Тебе что-то нужно?
– Да нет. Просто поздороваться хотела. Вообще-то, я Наташу ищу.
– У нас твоя Наташа. Интеллектуальные беседы ведет. С Питером, – усмехнулся Френк. – Я могу идти?
– Ага, – кивнула Маша. «Что это с ним? Обычно такой приветливый, улыбчивый... Странно».
Потом ей вспомнились мамины слова, что никто не должен осуждать других за плохое настроение, не зная причин, и вошла в комнату мальчишек. Питер с Наташей обсуждали способы передачи информации с помощью электронных средств коммуникации. Наташа внимательно слушала, задавала вопросы, Питер увлеченно рассказывал.
– Наташ, неужели тебе правда интересно? – громко спросила Маша, чтобы как-то обозначить своё присутствие.
Они подпрыгнули от неожиданности.
– Привет, Маша. Я сам это у неё постоянно спрашиваю! Ты не знаешь, она умеет врать?
– Должна тебе сказать, за то время, что я ее знаю, она соврала два раза – когда сказала, что рука не очень болит, и когда уверяла, что я приготовила вкусный омлет. И оба раза у неё на лбу большими буквами было написано: врёт!
– Ну, я же видела, как ты с омлетом старалась, – смущенно стала оправдываться Наташа. – Просто я не очень хотела есть.
– Ты очень хотела есть, но тебе было жалко меня расстраивать, – засмеялась Маша. – А сейчас, по-моему, ей на самом деле было интересно: никаких надписей на лбу я не заметила.
– Удивительный ты человек, – сказал Питер, – тебе интересно буквально всё на свете! И ты так быстро всё схватываешь...
– А что это от вас Френк такой хмурый вышел?
Питер с Натой так синхронно и поспешно пожали плечами – не знаем, мол, что стало понятно – знают.
– Ну да ладно, – махнула рукой Маша. – Угадайте, что я пришла вам сказать! Я пришла похвастаться, можно? (Она еле сдерживала нетерпение. Все-таки некрасиво вот так вот, по-щенячьи, радоваться неожиданно свалившемуся на тебя чуду!)
– Давай!
– Я понимаю все языки мира!!! – завизжала Маша и запрыгала по комнате.
– Да ну?! – удивился Питер. – Правда?
– Ага!
– Здорово... – уважительно протянул он.
– Видишь, а говорила – «ваза»! – сказала Натка. – Я так и знала, что ты – гений.
– Девчонки, с нами на острове происходят настоящие чудеса, – задумчиво проговорил Питер, – этому должно быть какое-то объяснение. Или, может быть, применение... Знать бы, какое.
***
Хрангелы продолжали наблюдать за тем, что происходит с детьми. Когда Антон начал поджигать предметы, они удивились. Когда у Дино, Софи и Салмы обнаружились паранормальные способности – насторожились в ожидании дальнейшего. Но когда оказалось, что практически все дети в GT способны творить настоящие чудеса, им оставалось только плечами пожимать...