Чтение онлайн

Люк согласился. На здравомыслие Лизетты можно положиться. Пусть она и умчалась в приступе паники, но бегать по улицам, где идут бои, не станет.

Килиан смерил его взглядом и зашагал прочь.

— Куда вы, полковник?

— Говорю же, хочу напиться. Если желаете, составьте мне компанию, но не пытайтесь меня остановить.

— Полковник, сегодня опасно быть немцем.

— Это я изменить не могу. Как, впрочем, и вы, мой друг. Вы такой же немец, как и я. Пойдемте, отпразднуем падение рейха: конец царства зла, конец безумного австрийца, который навлек все беды на наши головы.

— Вы принимали в этом участие, — обвиняюще произнес Люк.

— Да, не отрицаю. Идемте, поговорим на ходу.

Килиан пребывал в непредсказуемом настроении. Люк безумно ревновал полковника к Лизетте, но не желал ему смерти. Он пристроился в шаг к полковнику.

— Вы правы, — продолжал Килиан. — Я принимал в этом участие. Мне никогда не нравилось, что происходит, но я человек долга. Я солдат. — Он подавился смехом. — Тьфу, как мерзко!

— Только не ждите, что я вам посочувствую, — сказал Люк.

— Я и не прошу сочувствия. Его никто из нас не заслужил. Впрочем, некоторые пытались хоть что-то изменить.

— К сожалению, неудачно.

Они добрались до Тюильри. В сумеречном воздухе витал запах дыма: по всему городу пылали праздничные костры, на которых сжигали немецкие флаги и мундиры. Взошла луна, омывая парк призрачным сиянием. Вечер выдался теплым — лету все равно, бушует война или настает мир.

— Килиан, сегодня это неподходящее место.

— Боитесь?

— Только за вас.

— Не стоит. Помните, я вооружен.

Люка это заверение не впечатлило. Револьвер — плохая защита от разъяренной толпы. Килиан скинул сапоги.

— Полковник, что вы делаете?

— Хочу пройтись босиком по траве. Это лунное великолепие напоминает мне далекие дни в Пруссии, когда жизнь была гораздо проще.

— Вы не можете забыть то, в чем виновата ваша страна.

— Нет, не могу, Равенсбург. Но очень хочется попытаться.

Килиан основательно приложился к кальвадосу и протянул бутылку Люку. Тот покачал головой.

— Да полно вам! Глоток-другой меж победителем и побежденным…

— А, какой из меня победитель!

— Вы завоевали ее, Равенсбург. Мне с вами не потягаться.

Только сейчас Люк осознал, что разговор перешел на Лизетту. Полковник, всегда такой аккуратный, подтянутый и опрятный, сейчас бродил по лужайке босиком, то и дело прикладываясь к бутылке.

— Кстати, ей нравится. — Килиан взмахнул бутылкой. — Кальвадос. Запомните.

— Нет. Он будет напоминать ей о вас.

Килиан снова протянул ему бутылку.

— Равенсбург, давайте выпьем за Париж, за спасение города от гитлеровских пожарищ.

Люк неохотно взял бутылку.

— За это я выпью.

Килиан радостно смотрел, как он подносит бутылку к губам. Крепкая яблочная водка обожгла горло. Люк вспомнил, как пил кальвадос с отцом…

Килиан снова завладел бутылкой.

— Собираетесь напиться?

— И еще как!

— Хотите, чтобы мир узрел полковника Килиана в стельку пьяным?

Килиан загадочно улыбнулся.

— Угощайтесь.

Люк помотал головой. Килиан развернулся, бессвязно выкрикивая что-то навстречу ночи, а потом сделал еще глоток. Похоже, он пил весь день. Действие спиртного сказывалось — он нетвердо стоял на ногах.

— Не хватит ли? — спросил Люк.

— Нет. Я еще не утратил способность думать.

Люк вздохнул и огляделся. Издалека доносились выстрелы. На Елисейских Полях весело шумела толпа. Кто-нибудь из парижан забредет сюда, покинув безопасность родного квартала ради этих благодатных мест, где обычно прогуливались немцы.

В Париж вступали победоносные отряды французов, американцев и англичан, их приветствовали мужчины, целовали женщины. Среди ликования Люка не оставляли мысли о сотнях тысяч погибших мужчин, женщин и детей. Вот и его семья не дожила до этого дня. Франции еще предстоит оплакать людей, уничтоженных фашистами в концентрационных лагерях. Люк встряхнул головой, отгоняя прочь тягостные мысли.

Килиан, закрыв глаза, медленно кружил по лужайке.

— Полковник, нам пора.

— Никогда мне уж не танцевать, — с трудом выговорил тот. — Никогда не обнимать женщин…

Он повернулся, собираясь добавить что-то еще, и в этот миг Люк краем глаза заметил какое-то движение сбоку. Из-за поворота на дорожку выбежала стайка юнцов, жаждущих затеять драку.

— И что это у нас тут? — поинтересовался подросток лет пятнадцати, с совсем еще детским лицом и копной черных волос. В руке он держал револьвер.

Люк обвел всю компанию тяжелым взглядом. Вооруженный паренек, похоже, был самым старшим. Его спутники отчаянно трусили и нервно поглядывали на бравого предводителя.

— Все в порядке, ребята. Только без неприятностей, идет? — решительно заявил Люк, вскидывая руки, чтобы продемонстрировать, что он не вооружен.

— Да это ж нацист! — завопил один из юнцов.

— Нет, ничего подобного! — поспешно возразил Люк. — Разве я похож на нациста? Я сам из маки! — Хорошо, что он не забыл сегодня приколоть значок маки — двойной крест. Он торопливо отвернул воротник. — Вот, смотрите, я такой же француз, как и вы.

— Мы про него говорим! — крикнул парень с револьвером.