Чтение онлайн

Из меня вырывается нервный вздох, начинаю кусать губы, не знаю, как правильно подобрать слова.

– Там был небольшой источник. И я решила, что это будет отличным местом, чтобы передохнуть, – в нерешительности все-таки поднимаю глаза, и встречаюсь с внимательным взглядом парня. Он медленно кивает, показывая, что слушает меня. – Я прилегла всего на секунду, а потом… погода в одно мгновение изменилась, полил дождь, а дальше…

Дыхание сбивается, мне настолько сильно хочется высказаться, что мысли путаются, и я не могу нормально связать даже и двух слов. Одар не перебивает, молча кивает, говоря, что все в порядке.

– Затем появилось… – я вырисовываю руками непонятную фигуру, – это чудовище. Оно… Это было похоже на волка, но это не он… оно было в два нет в три раза больше, и его шерсть была странного окраса… И затем он стал гнаться за мной…

Пока я вываливала на Одара свой рассказ, парень все больше хмурился. Он сидел довольно близко, чтобы я могла рассмотреть его выражение лица.

Пару минут конюх смотрит на меня, а затем резко поднимается на ноги и начинает прохаживаться по комнате. Сердце стучит настолько быстро, что мне кажется, что еще немного, и оно проломит ребра. Я очень хочу, чтобы парень сказал мне хоть что-то, но в то же время и боюсь этого. Боюсь, что он сейчас начнет смеяться, и назовет меня ненормальной, а потом и вовсе обо всем расскажет отцу. Но Одар молчит. Затем он резко останавливается, и так же резко поворачивает голову в мою сторону.

– А вчера… тот, кто напал на тебя. Это было… – парень замолкает, судя по всему пытаясь подобрать правильное слово.

– Думаю да. Я плохо его рассмотрела, помню только его пасть, нависшую надо мной, – воспоминания накатывают с новой силой, и меня слегка передергивает.

– Почему ты никому ничего не рассказала? Почему не рассказала сразу мне?! – строго спрашивает Одар.

– Думаешь, если бы я заявилась к отцу со словами: «На меня в лесу напал монстр из страшных сказок», он бы мне поверил? – подняв брови, с вызовом смотрю в сторону парня. А затем почти с мольбой в голосе произношу. – Ты мне веришь?

Мой вопрос заставляет Одара остановиться, и хоть я и не вижу его лица, но могу заметить, как сильно напряглась его спина.

– Кхм… Не знаю. Ты ведь и сама понимаешь, как это звучит. – Одар нервно проводит рукой по волосам, а у меня внутри будто что-то ломается.

Прошу… только не говори этого…

– Ты уверена, что тебе это все не приснилось? Или не знаю… может просто перепутала… – голос парня звучит неуверенно, и он постоянно избегает моего взгляда.

Не дав конюху договорить, слезаю с кровати и несусь к столу. Разбросав все, наконец нахожу рисунок, который нарисовала, после того утра. И подойдя к Одару, со всей силы припечатываю кусог бумаги в его грудь. Хоть я и ослабла, но сейчас мною руководит злость, поэтому от такого жесткого удар, парень даже слегка качнулся назад.

И сейчас, когда я так близко нахожусь к нему, то могу увидеть выражение его лица. Он хмурит брови, и старается избегать меня.

Одар медленно открывает мой рисунок, и ему нужно несколько долгих секунд, чтобы рассмотреть то, что там нарисовано. Его глаза округляются, а затем он поднимает голову и качает головой.

Нет, нет, нет…

Во мне начинает закипать злость, поэтому я снова бью парня в грудь, подталкивая к двери.

– Пошел. Вон. – выплевываю ему эти слова в лицо, и не дождавшись ответа, выталкиваю в коридор.

Прислоняюсь спиной к двери, и чувствую, как гнев заполняет меня. И сейчас я больше злюсь не на Одара, потому что это обычная реакция. Не понимаю, чего я ожидала и чего хотела от него.

Сейчас я безумна зла на себя. За то, что позволила себе расслабиться и ослабить защиту. За то, что доверилась.

И только когда слышу тихие шаги за дверью, немного расслабляюсь. И видимо действие настойки закончилось, потому что я начинаю чувствовать усталость.

Завалившись на кровать лицом в подушку, издаю нечто наподобие стона. Перевернувшись на спину, накрываю глаза рукой, и начинаю думать о том, что же мне теперь делать. Сейчас мне только остаётся надеяться на то, что Одару хотя бы хватить совести не рассказывать ничего отцу. И как бы не было грустно осознавать, но мой последний шанс – вновь поговорить со Старой Суир. Она единственная, кто сможет мне помочь.

Вот только судя по моему состоянию, я еще как минимум завтра проваляюсь в кровати. Но у меня еще есть время. Экзамен только через две недели.

Больше всего меня раздражает то, что я уже сама начинаю сомневаться в том, что это все было правдой. Однако я быстро отгоняю от себя эти мысли, потому что уверена, что мне это не показалось ни вчера вечером, ни утром.

Как только я вновь вспоминаю тот день, в голове проскакивает момент, когда я застала отца и брата рядом с конюшнями. А в особенности их диалог:

– Отец!

– Я сказал нет. Разговор окончен, – на этих словах отец ловко запрыгнул на своего скакуна, и хотел было уже двинуться, но Адриан встал перед конем.

– Я смогу, если ты дашь мне небольшой отряд и я…

– Нет.

Что-то меня насторожило в этом разговоре… Но не могу понять, что именно. Но мало ли о чем они могли говорить. Нет. Это все не важно. Сейчас мне нужно сосредоточиться на тренировках и на том, как заставить Старую Суир мне помочь.

Спустя какое-то время, я больше не могу сопротивляться и засыпаю.

Просыпаюсь с первыми лучами солнца и к моему великому сожалению, слабость не прошла. Поэтому почти целый день я провела в кровати.

Но благодаря этому у меня было достаточно времени, чтобы продумать план. Единственный способ остановить отца от убийства черного оленя, если он, конечно, существует (но думаю, что если существует и такой монстр, что напал на меня, то и черный олень спокойно может расхаживать по нашим лесам), это дожить до последнего испытания и самой остановить это безумие. И да, именно дожить. Как то один раз я побывала на первом испытании – Отвага. И то, что происходило на поле для испытания, было похоже на столкновение двух стай диких животных. И насколько я помню, почти все вернулись оттуда со сломанными ребрами и полуживые.

Мой единственный шанс выжить и пройти это испытание – не мешать своей команде, и уклоняться. А это я умею лучше всего.

На следующий день я приступила к тренировкам. Тристан был так взбешён, когда узнал, что меня отправляют на экзамен, что я даже на секунду обиделась, что он не воспринимает меня всерьез. Однако я знаю, что он просто переживает за меня, поэтому не стала ничего говорить.

Тренировку мы начали как обычно с разминки, и это оказалось сложнее, чем я думала. Все-таки, даже после такого небольшого перерыва, не просто возвращаться в строй.