Чтение онлайн

Шесть месяцев. Ну что ж, он продержится как-нибудь этот срок, а потом распрощается с этими людьми навсегда.

Последние десять дней показались Элизабет долгими. С утра до позднего вечера она рассказывала Макгрегору, как вести себя в обществе, исправляла ошибки в речи и обучала правильному произношению. Свои же чувства тщательно скрывала.

Оторвавшись от романа, она украдкой смотрела на Хейворда и Макгрегора, которые играли в шахматы, расположившись на верхней палубе яхты. Игра в шахматы стала для них ежевечерним ритуалом. Хейворд познакомил Пейтона с правилами игры, когда мальчику было четыре года.

«Интересно, что испытывает опекун сейчас, повторяя уроки для Эша?» – подумала девушка.

Макгрегор оказался способным и очень скоро стал выигрывать у своего учителя.

Элизабет не могла им втайне не восхищаться. У него оказался необычайно острый ум. Он вбирал в себя все новое, чему его учила Элизабет, как губка, впитывающая воду. В библиотеке Эш прочитывал одну книгу за другой, изо дня в день, расширяя свой кругозор. Речь становилась чище и правильнее. Произношение день ото дня улучшалось. Эш Макгрегор менялся на глазах. Но Элизабет ни на минуту не забывала, что все это – только игра: он продолжал в душе надеяться, что Англия не станет его родным домом.

Макгрегор сидел лицом к стеклянным дверям, из которых открывался вид на величественные волны Атлантики. Положив ногу на ногу, он удобно устроился в кресле и походил на человека на отдыхе за городом. Хейворд же, напротив, казался излишне серьезным и сосредоточенным. Подавшись вперед и придерживая фигурки, выигранные у Макгрегора, он озабоченно потирал висок. Герцог был так захвачен игрой, словно от следующего хода зависела его дальнейшая судьба.

Со стороны Макгрегор вполне походил на джентльмена, хотя сюртук и галстук он снял после обеда. Вместо мрачных черных рубашек и брюк на нем была элегантная одежда от портного из Нью-Йорка.

Элизабет то и дело поглядывала на Эша из-за книги, делая вид, что читает. Нет, она ни на минуту не могла забыть о его существовании. Разве можно было это сделать, если при одном его виде у нее замирало сердце. Простое поначалу, увлечение постепенно принимало форму изнуряющей болезни. Макгрегор, похоже, таким недугом не страдает.

С того вечера в поезде он больше не прикасался к Элизабет. Более того, казалось, он даже избегал ее, и они встречались лишь на занятиях. Чувствуя навернувшиеся на глаза слезы, девушка поспешно отвела взгляд. Как все-таки тяжело быть брошенной!

– Ну что ж, молодой человек, посмотрим, что вы скажете на это, – Хейворд поудобнее устроился в кресле.

Макгрегор внимательно окинул шахматную доску и взялся длинными пальцами за изящную фарфоровую фигурку королевы.

– Шах и мат, – ответил он, делая ход.

– Шах и мат? – изумленно переспросил Хейворд, едва не вскакивая с места. Внимательно посмотрев на доску, он покачал головой и улыбнулся: – Прекрасный ход, мой дорогой. Просто прекрасный.

Эш был очень доволен. Наверное, одержанная победа была для него очень важна. Элизабет потихоньку любовалась его удивительно теплой и радостной улыбкой.

– Теперь, думаю, вы могли бы сразиться и с Элизабет, – предложил герцог, глянув на девушку. – Она превосходно играет в шахматы. Почему бы тебе не подойти сюда и не показать Пейтону, на что ты способна, Элизабет?

Она подняла глаза и посмотрела на опекуна. От неизвестно откуда взявшегося волнения книга в кожаном переплете мягко дрожала в руках. Элизабет перевела взгляд на Макгрегора и встретилась с его красивыми голубыми глазами. Было ясно, что у него не было никакого желания играть с ней ни в шахматы, ни в другие игры. При мысли, что она безразлична человеку, заполнившему ее мечты, у девушки защемило сердце.

– Иди сюда, моя девочка, – Хейворд встал с места. – Дай моему внуку возможность встретиться с достойным противником.

Макгрегор, к несчастью для нее, был тем человеком, при котором все мысли Элизабет превращались в мешанину. Она сомневалась, что сможет показать хорошую игру, даже если он согласится на встречу.

– Но уже поздно, – робко сказала Элизабет. – Может, как-нибудь в другой раз?

– Поздно? – удивился Хейворд и посмотрел на старинные часы возле винтовой лестницы у входа в столовую. – Но ведь нет и половины десятого.

Макгрегор взял с доски фигурку королевы и стал любоваться изящной безделушкой.

– Может быть, леди Бет просто боится со мной играть?

Элизабет восприняла эти слова в штыки. Если он считает ее маленьким испуганным мышонком, она покажет ему, как сильно он ошибается. Опустившись в кресло, которое уступил ей Хейворд, она попыталась сосредоточиться.

– А я пока пройдусь по палубе. Сегодня замечательный вечер. – С этими словами старик ласково потрепал девушку по плечу. – Будь беспощадной, моя девочка.

Элизабет очень не хотела, чтобы Хейворд оставлял ее один на один с этим несносным человеком. Нет, она не боялась Макгрегора. Он был слишком гордым, чтобы принуждать к чему-то женщину. И все-таки рядом с ним Элизабет чувствовала себя незащищенной. Когда Эш Макгрегор смотрел ей в глаза, она была уверена, что он видит ее насквозь и спокойно читает все ее мысли.

Эш не спеша, поглаживал шахматную фигурку и посматривал на девушку.

– Если вы не хотите играть, я не буду настаивать, – сказал он, наконец.

Элизабет улыбнулась задеревеневшими губами.

– Нет, нет, я люблю играть в шахматы, – поспешно возразила она. – Особенно – с достойным противником.

Пожав плечами, Эш принялся расставлять фигуры.

– Ну что ж, посмотрим, кто кого. Элизабет знала только одно: ей, во что бы то ни стало нужно выиграть. Стараясь привести в порядок разбегавшиеся мысли, девушка лихорадочно пыталась вспомнить правила игры, которые знала с пяти лет. Через несколько ходов стало очевидным, что Макгрегор играет спокойно и не напрягается, как она. Спустя полчаса произошел перелом в его пользу, а еще через пятнадцать минут он сначала выиграл у нее королеву, а затем объявил мат королю. За все время они не обмолвились ни словом.