Чтение онлайн

Геныч уложив меня на землю, метнулся в палатку и вытащил оттуда сумку заменяющую нам аптечку. Через минуту мое бедро было перетянутой жгутом, мокрая от крови штанина растрижена ножницами, а рана быстро обработана и замотана бинтом.

— Дима, только не вырубайся! Давай открывай двери к доктору.

— Я в порядке.

Час спустя мы оба облепленные пластырем и в бинтах, лежали в шезлонгах на терассе снятого для Ит-Аны домика, и смотрели на море, от обезболивающего, которым напичкал меня доктор мысли были медленными, и ленивыми.

Как итог сделки с Джамой, доктору пришлось вытащить у меня из бедра пулю, а Генычу зашивать бок, ему досталось по касательной.

— Кто бы мог подумать, а Джама то оказался ментовской сукой!

Неожиданно зло бросил Геныч. В наших ранениях, Жаров винил себя, так как именно он настоял на сделке с Мусаевым.

— Забей. А с твоим Джамой мы ещё посчитаемся.

Интерлюдия.

Полковник Закатов стоял в десяти метрах от рухнувшего здания и отчетливо понимал, что его карьера закончена, такого оглушительного провала операции ему не простят. Причём Закатов был уверен, сам провал операций скорее всего ему в вину не поставят, зато смерть и инвалидность двух десятков бойцов спецназа обязательно.

«Уже завтра дело Порталиста, будет вести другой, скорее всего пришлют „варяга“ из Москвы, а после видео с оперативной и уличных камер, дело будет на особом контроле в столице, а меня будут трясти следаки из особого отдела».

Сгорбившись полковник отвернулся и старясь не смотреть на ряд черных мешков, пошёл к своей машине.

Отдохнуть и по лечится нормально не вышло, так как обязанности Хранителя с меня ни кто не снимал. Пару раз пришлось сходить на открытие «диких» миров, к счастью, из порталов ни кто не пришёл. А последний мир, вообще походил на самый натуральный ад. Из портала валил чёрный удушливый дым и были видны отблески пламени. Скорее всего это была вулканическая деятельность, но впечатления на нас это произвело неизгладимое, особенно на религиозного Чезаре, то после этого долго шептал молитвы и не выпускал из рук свой крестик.

Немногим позже выпустил караван Дангара, несмотря на то, что купец был младшим партнёром, все переговоры, я принципиально вёл, только с ним, что мгновенно сделало его среди своих весомой фигурой. С ним же договорился, что через три месяца открою врата в его мир и проведу в другой, тот же самый в котором они уже были.

На этот раз купцы не скупились и в счет будущего сотрудничества отсыпали мне почти двести кило серебра. Золота у них практически не водилось, так уж вышло, что в их мире этот металл был большой редкостью.

Несмотря на несостоявшуюся сделку, мы особо не бедствовали, так как Чезаре по не многу пристраивал золото и камни. Но как оказалось что пять безработных в Италии, «проедают» просто кучу денег. К тому же Генычу ударило в голову навестить жену в клинике. Для чего Чезаре пришлось брать в прокате автомобиль и ехать с Жаровым, так как ни у него ни у меня не было документов и с точки зрения закона мы являлись нелегальными мигрантами.

После убытия Чезаре и Геныча в Австрию, я привыкший к некоторому экшену последних дней, вдруг заскучал и это несмотря на небольшие скандальчики от Марины. После моего ранения, она была категорически против, что бы я возвращался в пустошь. В итоге прихватив Ит-Ану, существование которой мы с Жаровым тщательно скрывали от своих половин, я ушёл в пустошь, отговорившись, тем что мне нужно кормить Карата.

«Переночую здесь пару ночей, пока жена не успокоится».

Похоже нашу ночёвку на едине, в одной палатке Ит-Ана поняла как-то не так. Потому как не успел, я упасть на свой топчан, как девушка, одетая, только в свои распущенные волосы, заявилась ко мне.

Титаническим усилием воли, я сдержался и старясь быть по мягче, услал обиженную Ит-Ану обратно.

После чего полночи меня преследовали картинки, её качающихся в темноте грудей и крутой изгиб белых бёдер. Так же мешало сну и фонившая из её угла обида, почему-то стыд и немного похоти.

Утром оба проснулись не выспавшимся, а я ещё и злой.

Что меня удивило, так это поведение Ит-Аны, едва я привел себя в порядок, она согнулась передо мной в поклоне и стала просить прощения за не достойное поведение.

Тяжело вздохнув, простил.

«Мужика ей надо».

Как обычно в полдень я вернулся к семье, что бы вместе по обедать и принять дежурный звонок от Чезаре. Пока звонка не было, болтал со своими женщинами и сам не заметил как пообещал им поездку в Милан. Через час когда установленное для звонка время минуло, я забеспокоился, при этом я чувствовал, что и Геныч, и Карло оба живы.

Ещё четыре часа спустя с телефона Чезаре пришло сообщение.

«Возвращайся в Россию и жди указаний».

Торопится на родину я не стал, был уверен, что похитители ничего с моим другом не сделают. Моя уверенность основывалась на убеждённости, что за похищением стоят федералы, а в их интересах было сохранить целостность шкуры Жарова.

Первым делом попытался найти Чезаре, но через сутки он нашёлся сам, прилетев на самолёте из Германии.

Из рассказа Карло, я понял, что их ждали у клиники, но кто и как их захватил, ничего сказать не мог, так как в какой-то момент просто потерял сознание. Очнулся только через час, в каком-то парке на скамейке с пустыми карманами и легкой головной болью.

Этим же днем перешёл в мир Врат и уже оттуда открыв портал в родной город, попытался «нащупать» Жарова, но к моему удивлению, незримая нить от его рабского клейма уходила куда-то в даль.

«Не в Екб».

Действуя по наитию, открыл микропортал в Москву и почти сразу почуял, Геныча где то на окраине. Через пару минут, я уже изучал окрестности овощной базы с трёхметровым бетонным забором с «егозой» по верху и десятком камер. Присутствовала и вооружённая охрана.

«Неслабо для овощной базы».

Провести портал в камеру где держат Жарова не составило труда, не думая о сохранности государственной собственности, просто проткнул ребром портала все перекрытия.

В комнате где содержали Геныча меня ждал сюрприз в виде стального ошейника на шее друга с предупреждающе горящим красным светом светодиодом.

«Сто к одному бомба и скорее всего настроенная на подрыв в случае размыкания ошейника или удаления от какого нибудь передатчика»

Геныч совсем не удивился моему голосу, что появился чуть ли не у него в голове.