Хранитель
Шрифт:
Массивная дверь с шумом захлопнулась, оставляя девушку в одиночестве.
Вот какой же он все-таки хам, подумалось Катарине. Немного успокаивало, что несмотря на то, что накидка небрежно была брошена на плетеное кресло, а ее ботинки стояли рядом с кроватью, платье все же оставалось при ней… Но чулок с больной ноги был снят… И судя по тому, что в комнате никого, кроме них, не было, чулок стянул именно сэр Андреа Карибальди… Воспользовался ее беспомощностью! А может, он и дальше заходил, отцепив крючки на поясе…
Конечно, ни о какой потери невинности речи не шло. Катарина была замужем. И опыт сексуальных отношений, к сожалению, у нее уже был. Но можно ли назвать это опытом? Скорее истязаниями.
В день ее совершеннолетия родители устроили прием, пригласив самые уважаемые кланы Ваславии. Молодые мужчины оказывали Катарине знаки внимания, но весьма сдержанно, в рамках установленного этикета. А что Катарина? Мечтала поскорее уединиться, дабы погрузиться в недочитанный накануне приключенческий роман. Одним словом – дитя. Улучив свободную минутку, она вприпрыжку побежала в сад, в беседку, находящуюся в тени. Там можно было слышать, что происходит в большом зале дома, а самой оставаться невидимой. Усевшись поудобнее, Катарина увлеклась любимой историей. Сквозь настежь открыты окна слышалась музыка и смех светского приема, ничуть не мешающие чтению девушки.
– Здравствуй, Катарина, – послышался голос откуда-то сверху. Девушка подняла голову и увидела его – Станислава Кабье…
А дальше все было, как в тумане. Осторожные слова, легкие прикосновения… Властный тяжелый поцелуй и робкий ответ Катарины… Как-то случайно. Нелепо. И она не могла себе объяснить, почему именно поддалась. Почему сразу не ушла в дом… Увидевшая такую картину мать, решила, что ее дочь потеряла невинность… Потом, на утро, от Станислава Кабье последовало вынужденное предложение руки и сердца. И как бы Катарина ни пыталась убедить мать в своей невиновности, родительница оставалась непреклонной…
В итоге, после короткой брачной церемонии, Станислав Кабье, как полагается, на руках принес молодую жену в новый дом… И, небрежно положив на кровать, кинул, наливая себе полный стакан виски: «Раздевайся!» Катарина подчинилась, сглатывая подошедший к горлу ком. Без нежности, без осторожности, без каких-либо полагающихся моменту сентиментальных вещей, он разом лишил Катарину и невинности, и детства, и романтических надежд на счастливую жизнь в браке.
Ужас супружеской жизни продолжался всего лишь полгода. Станислав Кабье умер неожиданно, от сердечного приступа. Точнее причину не назвали. А дальше были обвинения родственников в том, что она причастна к его гибели… Смерть родителей… Смена власти в Ваславии… Террор и гонения… Целых три года непрерывного ужаса выживания… Ни родных, ни близких, ни друзей, нищета и позорное бегство…
По прибытию в Белас, Катарина пожелала, чтобы никто не узнал о ее разбитой жизни. Назвалась «мисс», будто замужней никогда и не была. Да и кому какое дело, что творилось в ее душе. Хорошо, Август Кафани был вовремя предупрежден о изменениях в статусе Катарины. Иначе в раз разболтал бы по доброте душевной о ее незавидном прошлом.
В дверь комнаты постучали. И Катарина сначала не решилась ответить. Но потом вспомнила, что сэр Карибальди обещал послать за ланчем.
– Войдите, – громко произнесла мисс Кабье.
Вошла невысокого роста девушка с длинной косой. Одета она была в приталенное серое платье с длинным рукавом, подол пышный, на ногах несуразные кожаные пинетки. Но самой неожиданной в ее образе была ярко-красная атласная лента на голове.
– Ваш ланч, мисс… – она запнулась, не зная, как обратиться.
– Катарина, – подсказала девушка.
– Мисс Катарина, – и служанка сдержанно улыбнулась, опуская глаза.
Она осторожно поставила низенькую деревянную резную подставку на кровать перед мисс Кабье. В фарфоровой изумрудной супнице дымился горячий ароматный бульон. На тарелке благоухали свежеиспеченные булочки. Как же хотелось есть. И живот снова не преминул об этом напомнить. Вдохнув полной грудью, Катарина еле сдержалась, чтобы не накинуться на простую, но столь необходимую пищу. Неизвестно, сколько она пролежала без сознания: несколько минут или пару часов.
– А тебя как зовут? – Катарина постаралась сесть на кровати поудобнее и тут же сморщилась от резкой боли.
– Равилия, мисс. Вам нехорошо? – обеспокоенно поинтересовалась девушка.
– Ничего. Все в порядке… А ты давно живешь в замке? – Катарине хотелось перед обещанным отъездом все же поподробнее узнать об этом месте, полном легенд. Чтобы вернуться и с полной уверенностью сообщить профессору, что ничего здесь нет таинственного. Только, если и вправду нет повода для беспокойства, то причину нервного расстройства мисс Невитли и ее скоропостижной смерти придется искать в другом месте. И про Альтобато Сальконе, значит, все неправда…
– С самого рождения, мисс. Моя мать работает на кухне, а отец – в конюшне, – девушка скромно потупилась, будто ожидая очередного вопроса.
– И вам… – Катарина смешалась, не зная, как подобрать нужные слова, – не страшно здесь?
– Что вы, мисс! – воскликнула служанка. – С таким хозяином нам нечего бояться.
– А… какой у вас хозяин? – осторожно поинтересовалась Катарина.
– Он сильный, добрый, заботливый и… очень красивый… – Равилия опустила глаза, и ее щеки вспыхнули ярким румянцем.
Катарина снисходительно оглядела служанку с ног до головы. Все понятно – время пришло, и девочка влюбилась. Печально. Вряд ли хозяин, холодный и бесчувственный, сможет ответить взаимностью. Лишь бы не удумал в дурной момент воспользоваться ее наивностью. Ведь может взять и просто так поиграть с ней…
– А сэр Карибальди один здесь проживает? – В этот момент в голову мисс Кабье пришла совершенно логичная мысль о том, что хозяин замка может быть женат. А потому совершенно неприличным было бы пригласить ее, Катарину, к себе в гости.
– Нет. То есть не совсем…
Девушка при этом смущенно потупилась.
– К нему иногда приезжают и подолгу живут… другие… эээ… уважаемые месье.
Катарина поднесла к губам ароматную булочку, да так и замерла в нерешительности. Заминка служанки спровоцировала мысли на разные вариации.
– Родственники? – наконец, решилась спросить Катарина.
– Друзья, скорее… Я, мисс, наверное, что-то не то говорю… Мне пора идти… Нужна ли я вам сию минуту? – девушка заметалась в смущении.