Чтение онлайн

Теперь меня учили искать в лесу воду, подвешивать котелок и варить жидкую кашу, не обращая внимание на залетающие в еду частички пепла. Затем мне объясняли устройство «походной кровати» из лапника и сухой хвои, учили заворачиваться в плащ, подкладывая под голову котомку, да еще и кинжал под рукой держать. Поскольку каждое действие после объяснения или показа я делала сама, провозились мы почти до темноты. Поели в густых сумерках, и улеглись на подстилки.

– Я думала, в лесу не видно звезд, – очарованно прошептала я, разглядывая яркие блестки.

– Спите, леди Фарина, – буркнул лорд Дормиш, поворачиваясь на бок.

Я тихонько повозилась под одеялом и вскоре уснула.

Это была последняя спокойная ночь. Утром лорд Натан разбудил меня на рассвете, напоил горячим отваром, что всю ночь стоял на углях, накормил остывшей комковатой кашей и велел готовить лошадей, пока он мыл посуду в ледяной воде ручья и собирал наши вещи. Возиться с лошадьми я любила, поэтому не возражала.

Когда все было убрано и оставалось только сесть в седло, где-то вдалеке раздался вой. Я бы и внимания не обратила, а вот мой спутник одним махом закинул меня в седло и скомандовал:

– Не отставать! За нами погоня!

Я молча вцепилась в поводья, и началась гонка! Мы неслись так, что все вокруг сливалось в бесконечную стену. Я молилась лишь об одном – не вылететь из седла под копыта собственной лошади! Наконец, кони с размаху влетели в воду, быстро перебрались на другой берег и остановились, подрагивая от усталости.

– Теперь можем ехать медленнее, – сказал лорд Натан, – текущая вода натравленных волколаков не остановит, но задержит.

– Волколаков? – мой голос звучал испуганно и жалко, но я ничего не могла с этим поделать.

– Искусственно выведенные с помощью магии твари, – объяснил Хранитель. – Помесь волка и собаки с магическим вливанием сил от потусторонних тварей. Сильные, неуязвимые, идут по следу до гибели – своей или объекта.

– Ч-чем их можно остановить?

– Серебром, осиной, святой водой или землей. Все это уничтожит магическую составляющую, а крупного волка можно просто убить.

Я шепнула себе под нос, запоминая:

– Серебро, осина, святая вода…

За спиной посыпались серебряные монетки, палки, полилась вода.

Лорд хмыкнул, подставил ладонь, собирая деньги.

– С вами весело путешествовать, леди Фа, давайте соберем монеты, они нам пригодятся. На ночь можно будет выложить ими круг, чтобы нечисть обломала зубы.

Я не возражала. Ценность денег знала и понимала, а уж серебро, искупавшееся в святой воде…какая разница, монета это или ложка?

Вот про ложки думать не стоило – по голове ощутимо стукнуло, и к ногам свалился почти весь набор из парадного фамильного сервиза. Лорд Натан сгреб и его, потом закинул меня на отдохнувшую лошадь, и мы шагом поехали дальше.

Стоило немного успокоиться, как меня начала бить нервная дрожь, поводья задергались вместе с руками, смирная лошадь заплясала, чувствуя нервозность всадницы. Хранитель остановился, бросил поводья на куст, стащил меня, завернул в одеяло, потом велел глотнуть из его фляжки и со вздохом спросил:

– Испугалась?

– Д-д-да! – ответила я, стуча зубами.

– Уже все позади, мы в безопасности. Давай, посидим немного, поговорим, а когда успокоишься, поедем дальше. К вечеру нам нужно добраться до городка, чтобы получше замаскировать тебя.

Я не возражала, только старалась сильнее закутаться в одеяло, чтобы согреться. Наверное, я даже задремала, а когда проснулась, чувствовала себя уже вполне хорошо.

– Спасибо, лорд Натан, – сказала, борясь с неловкостью, – где Вы так научились успокаивать девушек? – конец вопроса я смазала невольным зевком, и это было к лучшему. Кто я такая, чтобы допрашивать взрослого мужчину? Однако Хранитель на мой вопрос ответил:

– После моего рождения моя мать вышла замуж, – сказал он почти равнодушно, но я почему-то видела, что за этим равнодушием много боли. – Ее муж – отличный человек и очень любит ее. Так что у меня есть две сестры и брат. Они живут в небольшом городке, неподалеку от столицы. Отчим булочник, и вся семья помогает ему в пекарне или в лавке. К сожалению, булки не приносят большого дохода. Хватает на достойную жизнь, но откладывать не получается.

– Спасибо, что рассказали о своих близких.

Я все еще держалась чуть чопорно, но понимала, что мы в пути всего второй день, а я уже немало знаю о лорда Натане. А впереди, возможно, несколько лет путешествий. Либо мы срастемся, как два ствола в саду, либо возненавидим друг друга и будем ожидать конца назначенного срока, как освобождения из тюрьмы. Такое, если судить по хроникам, подсунутым мне лекарем, тоже бывало.

До города мы все же добрались. Он был мне не знаком, но походил на сотню других провинциальных городов, разбросанных по всему королевству. Перед тем, как подъехать к воротам, лорд Натан напомнил мне, что я мальчишка Фар, закутал меня в плащ и спрятал косу под шапку.

– Молчите, леди, пока не сотворим маскировку, да и потом помните, что молчание золото. Все же Ваша речь сильно отличается от речи местных.

Я не возражала. Поговорки о молчании нам с Мюриэл няньки напоминали каждый день.

Стражники на воротах молча приняли монеты и пропустили нас в город. К моему удивлению, Хранитель немного проехал по широкой улице, ведущей к центру, а потом свернул в переулок и двинулся среди покосившихся странных домишек, собранных из чего попало.

Стало чуть полегче, когда мы въехали в более приличный район. Здесь домики были почти одинаковыми, опрятными, выкрашенными в разные цвета, у многих возле крыльца стояли горшки или вазоны с цветами. Вот здесь лорд Дормиш и остановился в самом конце короткой улицы. Спешился, стукнул в дверь, а когда на крыльцо выглянула симпатичная пампушка, крепко ее обнял:

– Кларисса! Как поживаешь?

– Натан! – взвизгнула она и повисла на шее моего Хранителя. – Какими судьбами? – спросила женщина, наобнимавшись.

– Нужна твоя помощь, – серьезно сказал лорд.

– Проходите, – посторонилась женщина, – коней придется у крыльца оставить, да я Тима пришлю, присмотрит.

Мы вошли в дом и были встречены шустрым мальчиком лет шести. Он важно выслушал поручение матери присмотреть за конями, радостно подпрыгнул и умчался на улицу, а мы прошли в гостиную.