Чтение онлайн

Сашка перевел дух.

– В подвал-то зачем залез? – спросил Перун.

– А вы меня когда молнией ебн… саданули, я к Акиму в ограду и залетел. Когда очухался, смотрю – скоро рассвет. Ну в погреб и залез. А что со мной дальше будет, Пётр Богданович?

– Ну как шо, убьем тебя. На кой хрен ты нам сдалси? – вставил свои пять копеек Аким, на что Петр лишь кивнул.

– Дядь Пётр, это, не меня надо убивать! Я ж это… помогать буду! Я тут все места, как свои пять пальцев знаю. – побелел еще больше Сашка.

– А откеда ты места окрестные знаешь? Ты ж с другой деревни? – ехидно осведомился леший.

– Да я все детство тут провел, потом работал, да к девкам ездил. Все знаю, честно. Не убивайте, прошу вас. – казалось еще чуть-чуть и парень разревется.

– Ладно, переходишь пока деду в распоряжение, а дальше видно будет. – посмотрев на вампиреныша, махнул рукой Перун. И больше не обращая на него внимания, принялся за еду.

Перекусив, Перун зашёл к себе в комнату, взял блокнот и ключи от машины. Собравшись, он вышел из дома и направился к автомобилю. Гудение двигателя разогнало утреннюю тишину. Нажав на педаль газа, Петр двинул машину вперёд.

Нужно было съездить к Савельевым и узнать, для чего глава семьи собрал мужиков и зачем полез в лес ночью. Также нужно было разузнать о кладбищенском стороже и поставить по периметру деревни несколько ловушек, что дадут понять где в следующий раз объявится нечисть.

Лексус вывернул из переулка на центральную улицу и остановился возле магазина.

Магазин был полон. Старики и бабы разговаривали, не понижая голос, а некоторые и не выбирая выражений. Шум был таким, что казалось будто не в сельском магазине находишься, а на багдадском базаре. Однако, это нисколько не мешало им набивать свои сумки хлебом и другими продуктами. Появление старого бога нисколько не изменило обстановку. Он заслужил лишь несколько мимолетных взглядов от присутствующих, которые, впрочем, не отвлеклись от своих разговоров ни на секунду.

Перун подошёл к окну и стал ждать пока магазин не опустеет. Спустя час в помещении не было никого, кроме старого деда, продавщицы Риты и Перуна. Пока дед что-то выбирал, разглядывая прилавки, Перун подошёл к Риье и завёл разговор.

– Здравствуй, Рита Павловна. – с улыбкой сказал он.

– Ой, Пётр Богданович, здравствуйте! Как вы, обосновались уже? Как вас дедушка Аким принял? – улыбаясь и радуясь встрече ответила девушка.

– Да с огоньком. Риточка, а вы знали Павла Семёныча – сторожа кладбищенского?

Улыбка, которая украшала лицо Риты, исчезла, и в глазах появилась печаль.

– Да, это отец мой. А что вы хотели? – в глазах продавщицы плескались слезы.

– Прими мои соболезнования. Я бы хотел осмотреть его вещи, я могу это сделать?

– Да конечно, у меня завтра выходной. Приезжайте, я вам все покажу.

Не желая больше мучать девушку, потерявшую отца, Перун спросил где может найти Савельева и, попрощавшись с ней, вышел на улицу. Снова заурчал мотор и Петр поехал дальше.

Через двадцать минут Перун был около большого двухэтажного дома. Тут веяло смертью. Над домом словно была огромная серая туча, которая затягивала в себя жизнь, высасывала её всю до капли. Сам же дом был огорожен высоким деревянным забором, что не позволял заглянуть во двор.

Подойдя к калитке, Перун нажал на кнопку звонка. Ждать ответа пришлось недолго и перед ним открылся проход. В нем стоял жилистый мужчина маленького роста, с проплешинами на голове, и пышными седыми усами.

– Вы кто? – спросил мужчина.

– Меня зовут Пётр Богданович. Мне бы Савельева увидеть.

– Нет Генки больше, помер сегодня ночью. Да ты не стой заходи, хоть попрощаешься. Меня Владимир Яковлевич звать.

Мужчина впустил Перуна за ограду, и жестом пригласил в дом. Они зашли внутрь, дошли до зала, где стоял гроб. В нем мирно лежал почивший Геннадий Савельев.

– Ты кто ему был?

– Друг армейский его. Хотел навестить старого товарища. – сделав скорбное лицо, сказал бог. – А вы ему кто?

– Брат младший. Пошли на кухню, выпьем хоть за упокой, раз за встречу не получилось.

Перун с братом усопшего прошли на кухню. Владимир достал бутылку водки из холодильника и разлил в граненые стаканы, которые были извлечены из недр заляпанного жиром шкафчика.

– Ну, за упокой. – они дружно выдохнули и выпили.

Весь оставшийся день они пили и разговаривали о недавно почившем брате и "товарище". К одиннадцати вечера Владимир уснул. Перун оставил его на кухне, а сам подошел к телу почившего и приложил руку к его голове. Память покойника смешалась с памятью бога и он увидел…

Последние воспоминания тараном врезались в сознание богу. Он увидел, как Савельев развешивал кресты над дверью и окнами, чертил руны оберегов по всему дому. Он носился, как бешеный, по всей деревне – искал иконы и кресты.

– Гена, ты чего? Что случилось-то? – спросил его Мальцев.

– Да надо мне Вась, надо. Придет он скоро, придет… ко мне явится. – дрожащим голосом говорил Генка. Было видно, что он не спал, как минимум, двое суток.

– Кто придет? Давай мужиков соберу, мы всех их разом положим. – лицо Мальцева стало суровым.

– Тебе у церкви резни не хватило? – рявкнул Савельев, – Ночью лучше не высовывайся и жене своей скажи, чтобы дома сидела. Я справлюсь.

– Ну тебе сейчас поди помочь чего надо? – спросил Василий обеспокоенно.

– Да. Мел нужно, много мела. Чтоб не видели. Найди мел и ко мне.

В три часа дня Савельев вернулся домой и стал чистить ружье. Закончив с ним, он стал заряжать патроны в старую винтовку, перед этим накладывая слой серебра, на которые он пустил все драгоценности, что смог найти в доме.