Хранитель
Шрифт:
Первое обучение. Конечно, уже завтра Кирилл поймет, что она никчемная, расскажет Александру, а потом Алиса вернется домой к маме и разберет все свои вещи обратно в шкаф…
Утром Алису разбудило неясное чувство. Солнце заглядывало в окно, выстреливая острым лучом из-за шторы, звуки улицы залетали в форточку. Встав с кровати, и пытаясь понять, что с ней, Алиса надолго замерла около окна, глядя на детей, которых родители вели в детский сад.
Не смотря на то, что вчера вечером мама провела часовую лекцию на тему того, как опасно Хранителю чего-то бояться, Алиса проснулась именно из-за страха. Что у нее не получится, что она не оправдает ожидания, что не справится.
И ей придется покинуть дом теперь уже навсегда…
Она никак не могла совладать с собой, а до прихода Кирилла было еще почти два часа. Пустая квартира давила светлыми стенами, раздражали детские голоса под окнами, солнце, чай, звук лифта в подъезде…
Измучившись окончательно, Алиса поймала себя перед входной дверью.
Ей запрещено ходить одной.
С другой стороны, что случится с ней по дороге до Хранилища? Двадцать минут. Голосов она не слышит, на помощь точно никому не кинется. Всего лишь двадцать минут… Дойти до метро, нырнуть в переход и пройти два квартала…
Алиса маялась, измеряя коридор шагами, вздохнула, махнула рукой и открыла входную дверь. Ничего по дороге не случится. Будет хуже, если она проведет эти ужасные, скованные страхом неизвестности, два часа в квартире.
Она старалась не бежать и не оглядываться так, словно за ней гонятся, замедляла шаг, но пришла к Хранилищу в рекордные пятнадцать минут.
На скамье у входа сидел Артур, вытянув ноги и сложив руки на животе. Его глаза закрыты, лицо подставлено солнечным лучам. Он выглядел спящим ровно до тех пор, пока не приблизилась Алиса. Хранитель нахмурился, повернул голову и оглядел ее с ног до головы. Словно почувствовал, что она идет…
– Где Кирилл? – спросил он строго.
– Дома… – Алиса замялась, сцепив пальцы за спиной.
– А ты что, одна пришла? – не понял он.
– Ну… да…
Артур зло сверкнул на нее глазами, выпрямился, подтянув ноги.
– Никогда так больше не делай! Первый запрет для ученика – ходить одному до посвящения в Хранители! Никогда не ходи одна, поняла?
Алиса хотела огрызнуться, сказать, что ей достаточно лет, чтобы с ней ничего не случилось, но не смогла. Горло сдавило от обиды. Отчитывает ее, как маленького ребенка.
– Алиса!
– Да! – выпалила она и прошла мимо.
Поднявшись на четвертый этаж, позвонила в дверь, прислонилась спиной к стене и замерла в ожидании, глядя себе под ноги. Сонный Кирилл выглянул в коридор, широко зевнув, и уставился на нее так, словно не узнал. Мгновение, и его взгляд прояснился. Он оглядел коридор, отступил, впуская ее.
– Ты что тут делаешь? – спросил он, прикрывая дверь. – Тебя мама проводила?
– Я сама пришла, – ответила Алиса, расстегивая босоножки.
– Ты… что?
Он обошел ее и встревоженно заглянул в лицо. Алиса хотела и ему сказать, что она взрослая, но лишь опустила голову, делая вид, что не может справиться с ремешком на ноге.
– Алиса, – Кирилл сложил руки на груди и строго посмотрел на нее. – Никогда, слышишь? Никогда не ходи одна! Я прошу тебя! Позвони мне, напиши, скажи, что проснулась и не можешь сидеть дома, но не ходи одна!
– Да что за запрет?! – не сдержалась Алиса. – Что со мной будет? Украдут?
У Кирилла дернулись уголки губ, он сокрушенно покачал головой. Стены темного коридора осуждающе смотрели на нее.
– Ты – ученик. Самая большая проблема учеников в том, что они могут почувствовать призыв о помощи и уйти на него. Думают, что справятся. И нарываются на Небесных или неприятности. Не смотри на меня так, пожалуйста. Все считают себя взрослыми, пока лично не столкнутся. И ты тоже. Не ходи одна. Я, мама, другой Хранитель – не одна. Договорились?
Алиса не ответила, отвела глаза и коротко кивнула. Кирилл тяжело вздохнул, отер лицо ладонью.
– Не злись, – попросил он. – Просто прислушайся. Я не из своего желания так говорю. Пойдем, сделаю тебе кофе. И себе кофе.
– Я не пью кофе, – пробурчала Алиса.
– Чая у меня нет, к сожалению. Давай я сварю тебе свой любимый кофе, а ты скажешь потом, пьешь или нет?
Она ни разу не была в его квартире ни сейчас, ни в детстве. Красивая светлая двухкомнатная квартирка была обставлена со вкусом. Мебель аккуратно подобрана, картины на стенах, шторы в тон покрывал, мягкие игрушки, вазы – все указывало на женскую руку.
– Ты живешь не один? – осторожно поинтересовалась Алиса, разглядывая большого плюшевого зайца.
– С чего ты взяла?
Кирилл вместе с ней оглядел просторную светлую гостиную, словно впервые увидел.
– Обычно мужчины не настолько внимательны к ремонту и… деталям.
– Правда? – удивился наставник. – Нет, я живу один. Сам все… обставлял.
Он смутился, кивнул ей на дверь и удалился в кухню.
Кирилл пил кофе без сахара. Алиса же сдержала порыв скривиться от горькой, слишком крепкой черной жидкости, придвинула сахарницу под ухмыляющимся взглядом наставника.
– Вкусно, – сообщила она, пообещав себе выпить чай, как только найдет его.
– Не вкусно, – рассмеялся Кирилл. – У тебя на лице написано.
– Нет же! – принялась отпираться Алиса. – Вкусно! Кажется, я мало сахара положила…
Она схватила чайную ложку, насыпала еще сахара в кофе, отпила. Нет, чай она точно найдет в ближайшее время.
Ближе к полудню Кирилл замер, выпрямился и ушел в себя. Алиса удивленно следила за ним, не донеся печенье до рта.
– Нам пора, – сообщил наставник. – Зовут. Едем!
– А как ты понимаешь, что пора? – поинтересовалась Алиса, застегивая босоножки.