Чтение онлайн

Если хоть раз падали в обморок, то никогда не забудете идиотского состояния, когда не понимаешь, что произошло и почему ничего не видно. Да и звуки доносятся будто издалека. Именно это я на себе и испытала. Правда, в обморок не падала. Просто путешествие между мирами вместе с Бураном именно так и происходит. Хотя… Может, когда путешествуешь между мирами вместе с Бураном, как раз и падаешь в обморок… Даже не знаю.

Не суть важно! Окончательно пришла в себя на живописной полянке с восхитительным запахом свежескошенной травы. Я лежала и бессовестно блаженствовала. Но, кажется, нужно было что-то сделать… Смутное беспокойство нарушило идиллию и заставило подняться. Полянка оказалась довольно обширной. А если точнее, вокруг раскинулась одна только полянка. Зеленая-зеленая высокая трава, цветочки. И серая куча в паре шагов.

Маленько подумав и рассудив, что куча – хоть какое-то разнообразие в пейзаже, что-то определенно необычное и, значит, заслуживающее внимания, направилась в ее сторону. «Куча» оказалась волосатой и беззаботно храпящей животиной. Вздохнув, присела возле Бурана в волчьем облике и, ласково прошептав: «Просыпайся, зайка-а-а-а», безжалостно потянула за мягкое ухо. Волчара открыл глазки, сел и зевнул, ослепив блеском частокола зубов.

– Бураша! Хватит дурака валять, превращайся в человека! – скорчив недовольную рожу, проворчала я, зевая вслед за Бураном.

Надо же! Оказывается, заразительно зевают не только люди, но и волки.

– Ты должен кучу всего объяснить! – продолжила я и с садистским удовольствием потянула за другое ухо.

Буран обиженно чихнул и попятился, стараясь аккуратно высвободить «слуховой аппарат» из моих цепких пальчиков. Я злорадно хихикнула и несильно дернула за первое ухо. Но зверский запал мигом испарился, стоило взглянуть в печальные желтые глаза.

– Собаченька-а-а! – зарыдала я, обхватив за шею опешившего Бурана.

Настроение меняется у меня невероятно быстро, так что минуты через полторы я просто сидела, облокотившись на теплый бок волка.

– Буран, чего они на меня набросились? Не убить же собирались, в самом деле! – я нервно хихикнула, и волк вежливо поддержал меня чем-то вроде покашливания. – Но почему они заклятиями кидались? Отвратными, зелеными…

Буран покивал лобастой головой и закатил глаза.

– Буран! Почему ты не превращаешься в голого мужика?! – заорала я, тряся волка. – Ты столько всего должен объяснить! Превращайся!

Зверюга горестно вздохнула и терпеливо стала ждать, когда мой порыв изволит уняться. Унялся он быстро. Прежде всего, потому что наружу вылезла Ее Высочество Обида – мало того, что превращаться негодяй, похоже, не собирается, так еще и «трясение» оказалось абсолютно неэффективным. Буран сидел неподвижно, как мохнатый грустный валун. Я обиженно надулась и стала разглядывать окрестности.

Я бы могла сейчас расписать страницы на три зарисовочку пейзажа, но от одной мысли делается дурно. Нет, читать красивые описания пейзажей – истинное наслаждение! Когда читаешь один, два или сто девяносто девять раз. Но после этой роковой цифры от пейзажей начинает тошнить.

Классики наши дорогие обожали небольшие наброски, где подробнейшим образом со всеми цветами, тонами и полутонами описывали каждое облачко, деревце, травинку, камушек и букашку, покончившую жизнь самоубийством в капельке росы. А некоторые, особо словоохотливые, еще и поведали бы о душевных метаниях бедной крошки, что толкнули ее свести счеты с жизнью.

Так, вернемся к истории, наконец. Хватит лирических отступлений.

– Буран, зайка моя, значит, говорить не собираешься? – ласково поинтересовалась я.

– Хмру-у… – тяжко вздохнул животина.

– Попробуем рассуждать логически… – Я тут же вообразила себя великим полководцем и, заложив руки за спину, стала расхаживать взад и вперед перед носом Бурана. Он вежливо вилял хвостом и поворачивал голову вслед за мной. – Мы не в Пределе. Ты перенес нас… Куда?

– У-урмх… – еще более тяжко вздохнул волк.

– Не знаешь, значит… Или не хочешь говорить? – вскинула обвиняющий перст и победно расхохоталась. – Не хочешь говорить! Вот поэтому и не превращаешься обратно в человека!

Ужасно довольная своим невероятно развитым интеллектом, потянулась к мохнатым ушам Бурана. Волк взвыл и рванул в сторону. Я фыркнула и махнула рукой:

– Да ладно, не бойся… Что делать-то будем, товарищ?

Бросив на меня испытывающий взгляд, зверь уселся напротив и живописно пожал плечами. Уверяю вас, действительно пожал плечами, так что не говорите: «Волки плечами не пожимают!» Еще как пожимают. Во всяком случае, мой точно.

Спустя ровно минуту мы уже понеслись во весь опор куда глаза глядят. Что же побудило нас к столь поспешным действиям? Скажем так – «острое нежелание оказаться утыканными острыми стрелами». Да. Неизвестные злоумышленники выпустили десяток стрел, чуть не срезав мне пару локонов на виске и полхвоста Бурану.

Обычно в таких случаях дамы орут благим матом: «А-а-а! Убивают!», или: «Хулиганы зрения лишают!» – и почти наверняка хлопаются в обморок. Но я без лишних, или каких бы то ни было, слов и, уж конечно, без глупого лишения чувств, припустила в противоположную от летящих стрел сторону.

Волчара бежал рядом, хотя, если подумать, мог бросить меня и спастись. Вполне вероятно, он так и собирался поступить, но… Когда он поравнялся со мной, я совершила неожиданный даже для себя прыжок и со словами: «Вези меня, серый волк!» – оказалась на мохнатой спине.

Даже не знаю, как я все так мгновенно просчитала и как вообще эта мысль в голову пришла таким образом, что я ее не заметила. Как бы то ни было, в этот самый момент волк ухнул, лапы его заплелись морским узлом и мой верный рыцарь ткнулся носом в землю. До сих пор предпочитаю думать, что казус произошел от неожиданности, а не от веса моего тщедушного тела. Но на всякий случай решила не есть сладкого на ночь. И вообще после шести. А еще лучше есть всего два раза в неделю. В понедельник и четверг.