Хранители
Шрифт:
– Я не знаю, я ничего не знаю!
– Идите домой, и занимайтесь молодой женой, работайте и не думайте о плохом, мы вас уведомим об изменениях!
Они вышли и он опять провалился в сны, сны о счастье.
Как тяжело с родственниками.
С родственниками заболевших коллег ещё тяжелее.
Они слишком много знают и слишком недоверчиво относятся к персоналу.
Лучше бы его положили в другую клинику, но страховка и прочие условия работы диктовали госпитализацию здесь, там же где работает.
Друг.
Коллега.
Вот только весной у его сына была свадьба.
Осенью он собирался жениться сам.
Вот прямо сейчас должен был отдыхать – я знаю только потому, что помогал с выбором отеля и путешествия. Свадебного путешествия. В сорок лет жизнь только начинается?
– Я тебя вытащу, не знаю как, но вытащу! Ты даже координат своей женщины не оставил, я не знаю как её зовут, ты ничего не рассказывал, как будто боялся спугнуть мимолётное счастье! Наверное, ты был прав. Но хоть номер её телефона? В аварии ничего не спасли, тебя-то еле довезли и каждый день, когда я ухожу вечером – я молюсь, чтобы ты дождался меня! И каждую ночь я вспоминаю, что ты тут один! Каждое утро с облегчением говорю спасибо, что ты жив и борешься! Слышишь ты меня или нет, но я скажу – ты спи, всё в порядке, если она придёт, я её сюда проведу, только, как я узнаю что это именно она? На твоего сына полагаться в этом вопросе очень трудно. Я бы вообще запретил ему навещать тебя. – проверяя графики и показания приборов говорил врач.
Врачи ведь тоже люди, может лучшие в нашем мире. Они спасают жизни, пытаются это делать вопреки всему!
Самолёт!
Ей не верилось что это – правда, что она уже летит! Всё хотелось ущипнуть себя, но, посмотрев на руку в синяках, она только улыбалась и закрывала глаза.
Перед глазами стояла картинка их будущего – как она себе это представляла.
А пока была реальность.
Как попасть в больницу?
Где жить?
Да и виза на месяц, так мало, но и на этом спасибо, чудом просто досталась!
Деньги-деньги, кто-то неизвестный перечислил на её счёт кучу денег и сроки заказа такие огромные, что она, не задумываясь, сняла половину и отдала вчера маме:
– Эни, девочкам всё, что нужно покупай, сама не голодай, квартиру я оплатила за пол года, все счета тоже – я приеду, как смогу!
Мама плакала всю ночь, но благословила дочку и отпустила с молитвой и Кораном – это было самое лучшее, после того что мама её вырастила!
Самолёт.
Ведь уже так всё близко и скоро можно будет войти к нему и быть рядом!
Нет, ей не верилось, и сердце ёкало в груди, и всё равно рвалось к нему! Вопреки всему на свете!
Такси, совершенно случайно она вспомнила название клиники, где он работал, ведь не может быть так, чтобы на работе не знали, где он лечится сейчас, их сотрудник.
Ей очень повезло!
Требуются на работу санитарки без медицинского образования, к тяжёлым, лежачим больным! И тут же предложили комнату рядом с клиникой – дорого, но денег теперь на всё хватит! А там она узнает всё как надо, теперь ещё ближе!
Первый день на работе, ей ничего не страшно, она всё пройдёт и будет делать. Это она его не узнала, сердце узнало, а глаза не верили. Первые дни за ней присматривали, поначалу, а вот вечером и ночью… в первую же ночную смену она была у него в палате и шептала как в бреду, что она его нашла и это самое главное!
Истошно завопили датчики, и ей пришлось убежать из палаты.
Сердце, сердце чувствует, он её тоже узнал, он её помнит!
Теперь она издалека начинала разговаривать, не расстраивая его, а скорее успокаивая, и только после этого подходила ближе. Датчики уже не так громко пищали, просто сердцебиение было чуть более учащенным – так и общались.
Если бы не внимательность его друга, через месяц она бы уехала, виза заканчивалась, и разрешение на работу тоже.
Он отследил всё, и учащенное сердцебиение по определённым дням и дежурство медперсонала (ведь к его другу никто больше не приходил, даже сын перестал навещать) и нашёл её, помог в оформлении и продлении всех документов, отвёз к нему домой и даже поговорил с сыном.
Сказки не случилось, она жила в чужом доме, без любимого, приезжала к нему в больницу всё равно и с работы не увольнялась.
Так её и застал там его сын, Макс, так и наорал прямо там, требовал, чтобы её уволили, депортировали, просто убрали!
Их всех вывели, потому что приборы зашкалили и никак врачи не могли справиться с состоянием её любимого.
– Идите к нему, я не знаю что такое, мы уже всё перепробовали, но ведь это сердце! Идите, даже если надо попрощаться, я вам разрешаю, под свою ответственность, вам никто не помешает, слово чести!
Он стоял рядом с ними и глазам не верил.
– С нами ничего плохого уже не случиться, ведь самое страшное позади! – как молитву, как заклинание прошептала она, подходя к постели любимого.
Приборы затихли.
Пациент моргнул.
Пальцы дёрнулись.
Ритм сердцебиения стал стабилен.
– А сначала мы поженимся… – хриплый голос пытался сказать, но получилось *аялаыэися*
– Нет, любимый, сначала Никах, надо перед Аллахом произнести клятву! – она поцеловала его опухшие пальцы и взглянула на врача.
– До всего этого будет реабилитация, а уж потом хоть куда, я сам вас отсюда прогоню, слышите! – и вышел из палаты.
– Вот слышишь, реабилитация! Тебя научат жить, есть ходить, а потом Никах и свадьба!
Он только улыбался и не сводил с неё влюблённых глаз!
– Не уходи! – получилось *еухои*, но она поняла.
– Не уйду, если хочешь, буду спать здесь!
Реабилитация.
Пока она проходила, сын смирился, и ему вообще стало некогда жить делами отца, у него родилась прелестная дочка и все силы уходили туда, в дом в семью!
А потом была сказка.
Невеста в золотом платье, яхта на сто гостей, тамада известный актёр и свадебное путешествие!
И главное, что он всё это именно так и представлял, так и хотел, именно сказки!