Чтение онлайн

– Никогда еще не звучал этот язык в Имладрисе, – проговорил Элронд, когда настала тишина и участники Совета перевели дыхание.

– И надеюсь, больше никогда не прозвучит, – ответил Гэндальф Владыке Раздола. – Но я не прошу у тебя прощения, ибо от меня, Гэндальфа Серого, потребовали доказательств моей правоты. А для того, чтобы звуки этого языка не затопили навеки западные земли, надо запомнить, что Кольцо невысокликов – это, как в древности определили Мудрые, Сокровище Сокровенной Мощи Врага. Во тьме Черных Лет эльфы Остранны впервые услышали мрачное заклинание:

А Одно – Всесильное – Властелину Мордора, чтоб разъединить их всех, чтоб лишить их воли и объединить навек в их земной юдоли под владычеством всесильным Властелина Мордора, –

и поняли, что попали в сети предательства.

Да, многое рассказал мне Горлум, хотя говорил он невнятно и неохотно. Ему удалось пробраться в Мордор, где он был пойман Прислужниками Врага, и у него выпытали решительно все, и Враг знает, что Кольцо нашлось, долгое время хранилось в Хоббитании, а потом опять куда-то исчезло. Однако скоро ему станет известно – а быть может, известно уже и сейчас, – что хоббиты переправили Кольцо к эльфам, ибо девять Призрачных Прислужников преследовали Фродо до самого Раздола...

– Так он, этот Горлум, маленькая тварь? – прервал затянувшееся молчание Боромир. – Маленькая тварь, но большой лиходей? И к какой участи его приговорили?

– Он заключен под стражу в Северном Лихолесье, только и всего, – ответил Арагорн. – Ему пришлось немало претерпеть. У Врага его, по-видимому, страшно пытали, и он до сих пор не избавился от ужаса. Однако я рад, что его охраняют – и не кто-нибудь, а бдительные эльфы Лихолесья. Отчаяние и ненависть, горечь и страх сделали его неимоверно опасным, так что если б он был на свободе, я не удивился бы любому злодейству, совершенному этим злосчастным существом. Да и вряд ли его отпустили из Мордора без какого-нибудь черного Вражьего умысла. А ему, на вид удивительно хилому, ненависть придает недюжинные силы!

– Меня прислали с горестным известием, – внезапно воскликнул эльф Леголас, – но его поистине страшный смысл я понял только на сегодняшнем Совете. Дело в том, что Смеагорл, прозванный Горлумом, сумел погубить своих стражников и скрылся.

– Скрылся? – удрученно вскричал Арагорн. – Это действительно зловещая новость. Как же случилось, что эльфы оплошали?

– Наша доброта обернулась беспечностью, и он удрал, – сказал Леголас. – Но по всей вероятности, узнику помогли – а это значит, что о наших делах известно кому-то за пределами Лихолесья. Мы добросовестно охраняли Горлума, хотя нам не нравится роль охранников; но уходя, Гэндальф попросил Трандуила не углублять черного отчаяния узника, и мы выпускали его прогуляться, чтобы не держать в подземелье все время...

– Ко мне вы отнеслись гораздо суровей, – сверкнув глазами, перебил его Глоин. Он вспомнил свое заточение у эльфов – его-то все время держали в подземелье.

– Успокойся, мой друг, – вмешался Гэндальф. – Не надо вспоминать улаженных ссор. Если мы допустим, чтоб эльфы и гномы начали считаться старыми обидами, Совет никогда не будет завершен.

Глоин встал и молча поклонился, а эльф продолжил прерванный рассказ:

– В погожие дни мы приводили узника на поляну с огромным деревом посредине, и он, вскарабкавшись высоко наверх, подолгу сидел там, скрытый листвой, а стражники ждали его внизу. Но однажды он отказался слезть; стражникам не хотелось стаскивать его силой – он умел намертво вцепляться в ветви, держась за них и руками и ногами – поэтому они просто сидели под деревом: убежать-то ему все равно было некуда.

И как раз в тот летний безлунный вечер на нас неожиданно напали орки. Завязалась битва, и только под утро нам удалось отбить нападение – полчища орков дрались отчаянно, но им, жителям степей Загорья, было непривычно сражаться в лесу... А потом, разгромив их свирепую орду, мы обнаружили, что стражники Горлума перебиты, а сам он куда-то исчез.

Похоже, что этот нежданный набег был совершен для его освобождения, и ему сообщили о нем заранее – но каким образом, нам неизвестно. Горлум весьма хитроумная тварь, а Вражьих шпионов становится все больше. Когда Бард Лучник уничтожил Дракона, мы выбили Темные Силы из Лихолесья, однако сейчас они опять появились, и наше поселение превратилось в остров, со всех сторон окруженный врагами. Следы беглеца мы потом нашли, хотя их почти, затоптали орки, и следы вели на юг, к Дул-Гулдуру – самому опасному району Лихолесья, – мы не отваживаемся туда заходить...

– Короче, он скрылся, – заключил Гэндальф, – и охотиться за ним нам сейчас недосуг. Значит, такая уж у него доля. И быть может, ни он, ни Властелин Мордора не знают, что ему уготовано в будущем.

– А теперь я отвечу на вопрос Гэлдора, – немного помолчав, продолжал Гэндальф. – Итак, почему среди нас нет Сарумана и что он мог бы нам присоветовать? Это довольно длинная история, и знает о ней пока только Элронд; впрочем, и ему я рассказал ее вкратце, а она требует подробного изложения, ибо к прежним бедам Средиземья прибавилась еще одна, серьезнейшая, беда, завершившая на сегодня повесть о Кольце.

Когда этим летом я был в Хоббитании, меня постоянно грызла тревога, и я отправился к южным границам этой маленькой мирной страны, ибо чувствовал, что опасность быстро приближается, хотя и не мог определить – какая. На юге мне рассказали о войне в Гондоре и о том, что гондорцы отступили за Реку; а когда я услышал про Черных Всадников, ощущение приближающейся опасности усилилось. Однако никто их как будто не видел – даже несколько усталых беженцев с юга, которые встретились мне по дороге; и все же моя тревога росла, ибо южные беженцы были очень напуганы, а причину страха почему-то скрывали. Тогда я свернул на Зеленый Тракт, и в Пригорье мне встретился Радагаст Карий – он, как и я, носит титул Мудрого. Радагаст некогда жил в Розакрайне, рядом с Лихолесьем, но куда-то переселился... Так вот, он сидел у обочины дороги, а рядом, на лугу, пасся его конь.

«Гэндальф! – обрадованно вскричал Радагаст. – Именно тебя-то я и разыскивал. Мне сказали, что ты обитаешь на западе, в стране с неуклюжим названием Хоббитания – я ведь совсем этих мест не знаю».

«Правильно сказали, – ответил я, – до Хоббитании отсюда – рукой подать. Так что потише про неуклюжие названия: хоббиты очень обидчивый народец. Но у тебя, вероятно, важные новости? Ты ведь никогда не любил путешествовать, и едва ли твои привычки изменились».

«Очень важные, – сказал Радагаст. Потом, тревожно оглядевшись, добавил: – Очень важные и очень скверные. Назгулы. Они опять появились. В этот раз – как Черные Всадники. Им удалось переправиться через Реку, и теперь они движутся к северо-западу».

– Вот почему меня грызла тревога, – посмотрев на Фродо, проговорил Гэндальф.

«У Врага здесь какая-то тайная надобность или тайный умысел», – сказал Радагаст.

«Что ты имеешь в виду?» – спросил я.

«А зачем Призрачным Всадникам Хоббитания?»

Тут мне, признаться, стало не по себе, ибо сражение с Отрядом назгулов устрашит и самого отважного из Мудрых: все они в прошлом великие воины, а их Предводитель – чародей и король – наводил ужас на своих врагов, даже когда еще не был призраком.