Чтение онлайн

Это было еще больнее. Острые зубы проткнули кожу, располосовали мышцы, порвали нервные волокна и добрались до артерий. Раны закипели — так археологу казалось. Не кусали его вовсе, но разрубили шею, вывернули края разруба и влили внутрь кипящую смолу…

В последней попытке освободиться Николай вложил всю свою силу в кулак и ударил горгулью по уху — остроконечному.

С каркающим «Ке?!» горгулья отлетела в сторону. Даже невероятная боль в груди и шее не помешали Николаю удивиться. Он и не предполагал, что способен ТАК двинуть кулаком…

Но реальность оказалась иной. В тот момент, когда археолог ударил горгулью, она получила под дых еще и от… Деймоса.

Рыцарь с обнаженным двуручным мечом угрюмо смотрел сквозь щель забрала на чудовище. Ему потребовалось три шага, чтобы встать рядом с горгульей, и еще одно движение — чтобы разрубить ее поперек на два трепещущих куска.

Николай все еще пытался кричать от боли, но вместо крика из горла рвалось наружу противное клокотание. Не обращая больше внимания на грудь, он обеими руками прижимал рану на горле, пытался остановить кровь и уже позабыл о Деймосе. Боль же, сообщив об опасном ранении, вскоре отступила, и этот факт напугал Николая. Если перестаешь чувствовать боль, ты стоишь одной ногой в могиле.

А могильный холод, холод, струящийся липким промозглым туманом из могилы, Николай уже ощущал. Даже запах смерти он уловил: терпкий, отдающий железом и землей, а еще — чесноком и ладаном.

Те силы, что еще остались, иссякали стремительно. Молчаливый Деймос, легко расправившись с тварью, присел на одно колено подле бьющегося в конвульсиях человека. Николай уже не видел, как Деймос достал из недр своей брони пузырек с желчно-янтарной жидкостью, откупорил и вылил часть содержимого на рану в шее, а часть — в рот Николая. То что осталось, он побрызгал на истерзанную грудь.

Кипящая смола стала остывать. Клокотание в горле сменилось стоном. Николай, закрыв глаза, попытался успокоиться, убрал руки от шеи. Хоть он и не видел манипуляций Деймоса, но понял: рыцарь пытается ему помочь. В подземном царстве ведь наверняка есть сказочное зелье вроде живой воды. Нектар, например…

Хотелось впасть в забвение, но обморок в этот раз проигнорировал свои обязательства. Деймос, выждав полчаса, поднял бессильное тело Николая и донес до ожидавшего поблизости коня. Перекинутый через спину животного, Николай поехал. Куда — знал только Деймос.

Хоть куда. Лишь бы все несчастья поскорее кончились…

Укаченный, Николай все же заснул, когда Деймос вывел коня под уздцы из ущелья и торопливо зашагал вверх по руслу Фермодонта.

За открывшейся дверью оказался узкий, но постепенно расширяющийся ход. Хрон сделал несколько шагов вперед, пока темнота не стала непроницаемой. Вытащив Градус, Хрон стал светить вперед мощным потоком света.

Проход не был сколько-нибудь примечательным. Голые каменные стены, не особо тщательно вырубленные в камне. Ребристый потолок. К тому же, пройдя несколько десятков метров дальше, Хрон уткнулся в тупик.

Но дверь с хитроумным замком не может вести в тупик!

Хрон тщательно осветил Градусом все стены, потолок и пол, пока в самом конце хода, в тупике не увидел слабо мерцающую лишь в луче артефакта плиту. Ровный квадрат был похож на некое силовое поле, он переливался черным, темно-синим и фиолетовым. Хрон раньше не встречал таких полей и не знал, что с ними делать.

Меч из ножен переместился в руку Хрона. Концом меча он легонько ткнул в квадрат силового поля. К радости меч не встретил сопротивления.

Колодец!

Дальнейший путь черт знает куда шел через колодец, замаскированный и невидимый для невооруженного глаза. Градус же смог обнаружить путь, и, вероятно, лишь с помощью Градуса можно спуститься вниз. Куда бы не вел этот ход, другой дороги не существовало.

Яблоки Гесперид должны оказаться в руках Хрона как можно быстрее.

Сколько не пытался Хрон разглядеть то, что находится по другую сторону силового поля, ничего не вышло. И тогда, набрав полные легкие воздуха, Хрон ступил в неведомое…

Не найдя опоры, ноги Хрона утонули в силовом поле. За ногами провалилось и остальное. Луч Градуса продолжал светиться, но ничего более не освещал. Ощущение невесомости навалилось на Хрона, совершеннейшая темнота и отсутствие чего бы то ни было — вокруг. Лишь спустя секунду Хрон понял, что падает. Летит в свободном падении непонятно куда, но определенно — глубоко.

Внизу могут быть камни… А я попал в ловушку… Вот незадача…

Но падение прекратилось шумным всплеском. Хрон ощутил ледяную воду, и даже подумал было, что свалился прямо в Стикс. Но когда его голова показалась над поверхностью воды, он облегченно выдохнул и вновь глубоко вздохнул.

Границы водоема трудно было определить. Лишь один единственный берег виднелся в отдалении, и Хрон стал грести туда. Пришлось потрудиться, изрядно потратив драгоценные силы, прежде чем ноги коснулись каменистого дна. По нему Хрон вышел из воды на берег, голый и совершенно безжизненный. Ни травинки, ни деревца, никакого присутствия здесь смертных, бессмертных или бестелесных существ. Серые камни, за тысячи лет обточенные водой, хрустели под подошвами изрядно износившихся уже кроссовок. Каменистый берег уходил вдаль, наклон был едва ощутим. Впереди во мраке подземелья в подземелье Хрон не смог увидеть совершенно ничего. К тому же у него возникло устойчивое ощущение лежащего вокруг колоссального пространства, ровного и безжизненного. Отдалившись от берега так, что озеро (или море, или подземный океан — неизвестно) пропало из поля зрения, Хрон по-прежнему ступал по гладкой серой гальке, по-прежнему не видел ничего вокруг кроме утопающего во тьме далекого горизонта, по-прежнему ощущал себя единственной песчинкой в большом аквариуме.

Где я? Что это за место?

Он не имел даже приблизительного представления, где очутился. Таких обширных пещер еще не встречалось за время, проведенное в путешествиях по подземному царству. Теоретически пещеры Аида вообще не могут существовать и должны непременно обрушиться. Но что-то сдерживает их.

Это же место — не просто пещера. Это огромный карман пустоты под целым материком…

Хрон не знал, насколько обширна данная пещера, или грот, или как еще можно назвать сие место. Ее размеры воистину оказались невероятными.