Чтение онлайн

— Что же он вам такого сказал? Попросил денег взаймы? — усмехнулся Бартон.

Хорн досадливо мотнул головой и сжал губы.

— Ладно, Макс, давайте покороче, я тороплюсь!

— Он сделал мне предложение, смысл которого сводится к одному: программа Хроноразведки должна быть, как можно быстрее, свернута.

— Вы серьезно?! С какой стати его интересует Хроноразведка?

— Он сказал, что Алекс в опасности.

— А вы не думаете, что вас дурачат? У нас столько недоброжелателей. Лично я не торопился бы верить первому встречному.

— И я не сразу поверил. И вообще, посоветовал ему обратиться лично к вам.

— Ко мне? — рявкнул Бартон. — Этого еще не хватало! Он что, прилетел вместе с вами?

— Летел, но в Дакаре и здесь я его не видел. Мне кажется, ему не было смысла лететь со мной в одном гравилете — только время терять. Я думаю, он объявится здесь сегодня…

— Чего конкретно он добивается?

— Досрочного возвращения Алекса.

— А вы знаете, чем это пахнет? Это же дискредитирует меня как руководителя проекта и в первую очередь как политика, ведь до выборов считанные недели. К тому же мы похороним идею Хроноразведки на многие десятилетия! И чем он мотивирует свое требование?

— Ну, якобы нам еще рано соваться в прошлое, неандертальцы мы неотесанные, не за свое дело взялись, а последствия могут быть непредсказуемые.

— Он не шантажировал вас, не выдвигал ультимативных требований?

— Не-ет, он старался лишь убедить меня, а когда ничего не вышло, кажется, расстроился.

— Расстроился?.. А кто он вообще такой — ученый, политик, военный?

— Он представился экспертом Службы Хроноспасения. Зовут его Майкл… фамилию сейчас не вспомню.

— Что он вам еще говорил?

— Сожалел, что я не на его стороне. Надеялся назавтра все же меня убедить, представив веское доказательство своей правоты. Сказал, что это связано с церемонией захоронения капсулы и явится для нас неожиданностью.

— Вот как! Надеюсь, он не подложит нам свинью. Что вы ему ответили?

— Ничего. А что вы ответили бы на моем месте? Да будь он трижды прав, разве вы добровольно зарубили бы проект?!

Генерал насупился.

— Ладно. Подождем, что будет дальше. Если нам ничем не угрожают, с какой стати мы будем слушать этих умников из будущего?! Черт вас дернул, Макс, давать интервью в аэропорту. Да еще эта капсула, из-за которой вы задержались.

— Я думаю, им не составляет труда обнаружить любого из нас в любой точке хронополя, так что зря вы ворчите, генерал, насчет капсулы. Ладно, давайте пока будем считать, что ничего не случилось.

— В таком случае я поехал в банк за письмом для этих умников.

— Вы думаете, письмо до сих пор в сейфе?

— Какой смысл потомкам красть у нас золотую фольгу и мнемокристалл, которые и так предназначаются им? Это не логично.

Доктор Хорн пожал плечами. Генерал распахнул дверь и, коротко кивнув, вышел из номера.

Генерал спускался по лестнице, когда его жестом остановила хрупкая светловолосая девушка. Он хотел пройти мимо, но она преградила дорогу и тихо сказала:

— Вы — генерал Бартон. Меня зовут Линда Пинелли. Я хочу вас предупредить: ваша жизнь под угрозой!

Генерал враждебно посмотрел на девушку из-под козырька раззолоченной позументами фуражки, грубо отстранил ее своей мощной волосатой рукой и, бормоча на ходу ругательства, поспешил к ожидавшему его лимузину.

Этьен Лекок возглавлял Службу Спасения не один десяток лет. На ниве бескорыстной помощи терпящим бедствие во Времени Лекок благополучно состарился, приобрел вес в обществе, стяжал славу и лавры героя. Правительственные эксперты, а значит, и сами лидеры, всегда были довольны его работой. Имя Лекока стало синонимом поборника прав человека во Времени. Официальная пропаганда превозносила куратора ССВ как героя Объединенных Материков. Мало кто догадывался о его грязных аферах во Времени, которые он ловко провертывал, хотя находился под контролем Службы Безопасности. Больше того, о самых догадливых, о тех, кто мог и хотел навредить Лекоку, обычно как раз и успевали позаботиться его покровители — функционеры СБ.

Службой Безопасности руководил Ион Петреску, жестокий и опасный человек, об истинном влиянии которого на жизнь правящей верхушки мало кто знал. Долгое время он играл роль «серого кардинала», для которого не существовало ни законов, ни нравственных норм, и которого, конечно же, не интересовало мнение рядовых служащих. Петреску контролировал ССВ и ряд других правительственных служб, делая их инструментом своих политических амбиций. Этьен Лекок был, по сути, правой рукой Петреску и выполнял самые щекотливые и ответственные из его поручений.

Вот и сегодня Петреску прислал Лекоку свой «имидж» — голографическое изображение в натуральную величину — с приглашением посетить его виллу на берегу Мраморного моря. Этьен Лекок знал, что Ион ждет его немедленно, поэтому живо нырнул в «серое окно», оставив вместо себя на время своего клона. Из своего кабинета Лекок шагнул прямо на садовую дорожку между двух розовых кустов. Он огляделся вокруг. Роботы-садовники с наклеенными улыбками весело сновали по саду, превращая его в рай на земле. У овального бассейна с подкрашенной водой под лучами искусственного солнца нежилась в шезлонге обнаженная восточная гурия — новое увлечение Петреску. Правда, Лекок не был вполне уверен, что это не биоробот.

В отдаленной беседке, почти скрытой порослью олеандров, гостя ждал Петреску. Пристальный взгляд его колючих немигающих глаз заставлял невольно ежиться всех, кто имел несчастье попасться ему на пути. Высокий, худой и длинношеий, Петреску напоминал питона, гипнотизирующего свою жертву. Брезгливая складка рта, выдвинутая вперед нижняя челюсть и вечно оттопыренные ноздри красноречиво говорили о его отношении к окружающим.

— Присядьте, Этьен, — лениво предложил он, указывая на садовую скамью, и начал, как обычно, издалека. — Не правда ли, приятно вот так вырваться из душного кабинета на часок-другой? Здесь всегда солнце, всегда лето. Искусственный климат — весьма полезная штука, хотя и чертовски дорогая. Отдохните и вы, Этьен, хоть часок, вид у вас какой-то нездоровый. Сейчас Зубейда принесет напитки, а мы попросим ее что-нибудь спеть нам, или станцевать.