Чтение онлайн

Приняв долгую ванную с солью и благовониями ребенок надел белые льняные одежды, которые приказал принести домовикам. Свободная, длинная, белая рубаха и такие-же брюки не имели никаких украшений, являя собой идеал простоты. Свободные брюки подвязывающиеся на поясе витым шнуром и цельнокроеная рубаха без пуговиц и даже завязок, казались бы исподним если бы не грубая ткань стоящая колом. Северус увидев господина в таком наряде попытался предложить теплую шубу, и сапоги на меху, но Дагда не обратил на него внимание, прошествовав с отсутствующим видом по направлению коридора. К этому моменту мужчина уже усвоил, что его странный хозяин вполне способен позаботиться о себе сам и не стал настаивать на том, чтобы тот оделся, но выходя из комнаты вслед за господином прихватил с собой теплые вещи. По лабиринту переходов они добрались до жертвенной площадки находящейся за замком. К этому моменту было обговорено сложить два костра: для светлых и темных Богов, но планам было суждено измениться.

На площадке уже суетились домовики под командованием Вольдеморта и начинали собираться гости.

Когда Темный Лорд увидел вышедшего Дагду, у него похолодело в сердце: за последний месяц он стал полностью материальным не хватало самой малости что бы вернуть себе жизнь и магию, сегодня он ожидал, что такой шанс представиться. Но сегодня он боялся не за себя, а за странного ребенка, которого считал то наставником, то сыном, которого ему не дала судьба. В отличие от Северуса, мужчина прожил долгую жизнь и много попутешествовал по свету, так что уже видел такой наряд. Так в некоторых Европейских странах одевались воины, выходя на бой, из которого они не вернуться. А в старину так одевались Друиды идя на встречу Богам и не зная увидят ли смертный мир вновь.

Планы явно поменялись или малыш сказал им не всё.

– Соберите один погребальный костер на трех человек. Высотой два метра, сбоку приставьте удобную лестницу с перилами и защитите её от огня, - начал отдавать приказы мальчик, не замечая, что его сияние уже видно даже при свете поднимающегося зимнего солнца, а сам он слегка парит над землей. Он был настолько глубоко погружён в себя, что не обращал внимания на такие мелочи, его глаза сейчас видели не смертный мир, а Океан Вечности и все решения принимались там. Вольдеморту очень хотелось вмешаться, но он понимал: Дагда делает что должно, и будь что будет. Поэтому Темный Лорд не в праве мешать юному повелителю делать свои выборы, это он усвоил за последний месяц намертво.

– Приведите Дурслей, - прозвучал приказ произнесенный тихим голосом.

Площадка быстро наполнялась народом, услышавшем, что начинается ритуал. Кто-то пытался возмущаться, что их не позвали заранее, кто-то, что начинали раньше времени и не дали поесть, но никто из проводящих не обращал на них внимание. Появившийся Люциус, кинулся было к Дагде, пытаясь одеть мальчика: на улице шел снег и стоял сильный для этих мест мороз, но его перехватил Вольдеморт, молча покачав головой, показывая, что всё бесполезно, его не услышат.

За последние дни в замке собралось больше трех сотен народу. Древнее строение наполнилось гомоном человеческих голосов и криком детей. Приказ повелителя был прост "Явиться всем членам семьи включая детей" и относился ко всем принявшим Дагду как своего сюзерена. С прибывающих брали неприложный обет о неразглашении увиденного и пережитого в замке, и селили в один из пустующих покоев. Вчера Темный Лорд вызвал всех Пожирателей и сковав их присягой о неразглашении, приказал привести семьи на сегодняшний ритуал. Аристократы были напуганы, но не смели ослушаться прямого приказа, так что стали прибывать ещё до рассвета, а теперь стекались на площадку за замком заслышав о том что там что то начинается.

Домовики быстро сложили огромный плоский костер, которому было суждено гореть не один час, унося небесам жизненную энергию и магию живых существ которых он поглотит. На вершину вела лестница, по которой без труда можно будет подняться жертве. И малыш, не моргнув глазом, приказал пиведенным маглам подниматься наверх. Опоенные наркотиками люди, пребывали в эйфории и с радостью подчинялись приказам, не замечая, что за ними следует ребенок с серповидным кинжалом.

Зрителям не было видно того, что происходило наверху. В полной тишине, нарушаемой только завыванием декабрьского ветра, как и поднялся, ребенок спустился вниз что-то напевая с отстраненным видом и легкой улыбкой на устах, достойной семейства Лавгуд. С кинжала, который он всё ещё держал в руках, капала кровь.

Дойдя до низу малыш взял у Люциуса зажженный факел, отдав более ненужный нож и разжег костер, начиная основную часть ритуала. Все отошли от кострища опасаясь за своё здоровье, ибо загорающееся пламя взметнулось на несколько метров в высь и хватило бы небольшого порыва ветра, чтобы опалить неосторожных зрителей, а северные ветры были сегодня неукротимы и даже маги не могли обеспечить хорошую погоду для проведения ритуала. Но малыш, стоящий ближе всех и его свита, так и не отошли. Ребенок всё больше погружаясь в транс произносил слова незнакомого ритуала, и его спутники знали, что не было никакого древнего заклятья, которое он читал, а были слова рвущиеся из души и сплетающиеся с потоками духовной энергии и магии, во много раз превосходящие по действенности любые заклятья древних колдунов.

– О древние Боги, создавшие этот мир и его обитателей, о вы хранящие равновесие в самые неспокойные времена, взываю к вам, примите жертву плоти и крови моей и да откроются в этот день Врата между миром духовным и материальным, да услышите вы мою мольбу и примите мой дар, как символ будущего договора. Взываю к огню, воде земле и воздуху, как первоэлементам мира физического и духу, как основе мира духовного, благословите меня и станьте свидетелями заключаемого договора.

По мере того, как разгорался костер, а мальчик произносил слова, от жертвенника пошли сильные волны жизненной энергии, она золотыми волнами исходя от огня расходилась кругам по острову. Вокруг площадки выросли пять столбов, над четырьмя из них бушевали стихии а над пятым пульсировало белое сияние. При последних словах речи Дагды, столбы испустили лучи и в воздухе повисла пентаграмма соединившая стихии в единый узор в центре которого горел костер.

Пространство перед ребенком замерцало и стало складываться в две фигуры: мужчины и женщины. От них исходило тончайшее белое сияние переливающееся всеми цветами радуги, они казались сотканными из звезд.

Зрители не могли пошевелиться, столь огромной была призванная сила, и настолько давно ничего подобного не происходило, что даже в мифах потерялся след Создателей мира. Боги и демоны и сами подзабыли, что были сотворены, а не появились из океана вечности.

Смертные с ужасом и детским восторгом взирали на божественные лики, которые виделись каждому немного по своему.

– Пришелец, зачем ты побеспокоил нас?
– раздался в головах людей рокочущий голос.

– Чтобы заключить договор.
– звонко ответил малыш.

– Чего ты хочешь?

– Восстановления круга перерождений для всех душ.

По мере того, как продолжался разговор за фигурами Отца и Матери начали появляться более плотные фигуры Хранителей.

Они с нетерпением ждали сегодняшнего дня наблюдая за миром смертных без возможности вмешаться. Долгие пять столетий им было запрещено принимать активное участие в делах людей, за это время большинство из них потеряло почти все силы и мало отличалось от ангелов и темных тварей, которых они когда то сотворили. Духовная энергия получаемая с молитвами, и огонь душ забираемый у смертных иссяк оставив их с жалкой пародией на былое величие. Они успели перегрызстся друг с другом, не один раз, но сегодня, воодушевленные перспективой открывающихся Врат, забыли о прошлых обидах и объединились что бы предстать в выгодном свете перед смертным который вернет их им власть над миром. Они вознесут ему хвалу, а потом разделят его жертву, и жизненную энергию между собой, а душу запрут в тюрьме для таких же ошибок мироздания как он. Нет, они понимали что этот смертный делает для них, но не могли позволить существовать в мире такому своевольному и неподвластному ни кому элементу. Так что это они делали - ради общего блага, что бы закон не был нарушен странной душой, которой они не могли управлять. Таких ошибок с момента сотворения мира, было не много, чуть больше сотни душ было заперто в пространстве между мирами, это ничтожная плата за сохранение гармонии и буквы Закона.